Как во сне, Ева подошла и села.
— Что ты будешь? — Артем по очереди снял крышки с блюд. — Три салата, закуски, горячее. Показывай, что хочешь.
Ева почувствовала, как ее рот наполнился слюной — пахло божественно, а выглядело!!!
— Я сама положу.
— Нет, ты говори, я хочу за тобой поухаживать! — Артем, следуя подсказкам жены, положил ей салата, придвинул тарелочку с бутербродиками.
— Что тебе налить? Вина, сока, минералки?
— Минералки, пожалуйста, — Ева никак не могла прийти в себя.
— Артем, а когда ты успел всё организовать?
— Вчера, — скромно сообщил он. — А перед тем, как мы сели в машину, отправил сообщение, что готов принять заказ. Пока ты мылась, всё и привезли.
— А накрывал кто? Сам?
— Сам, — Артем махнул рукой в сторону ноутбука. — По шпаргалке. Тебе нравится?
— Очень.
— Ева… ты прости меня.
— За что?
— За то, что уехал. За то, что пустил в наш дом Соню.
— Ну, я же сама настояла на поездке, так что ты тут не виноват, — девушка взяла стакан, отпила воды. — И Соня… дело не в том, что ты разрешил ей тут пожить, дело в том, что ты ничего мне об этом не сказал. Я чувствовала себя очень глупо — прихожу домой к мужу, а там чужая женщина. Ещё и бабушки у второго подъезда шпилек подпустили. Ох, и язвительные у вас здесь бабушки!
— Что есть, то есть, — согласился Артем. — Сам мимо них, как сквозь строй прохожу. Что до остального — верно, именно ты настаивала на поездке, но я должен был отказаться. С меня спрос больше — я же мужчина, и должен думать за двоих. Всё равно без тебя это путешествие мне доставило гораздо меньше удовольствия, чем если бы мы поехали вместе. А когда ты перестала отвечать на звонки — я чуть с ума не сошел. И вчера, когда нигде тебя не смог найти. Пожалуйста, больше так не делай, не пропадай, никому ничего не сказав.
— Понимаешь, мне показалось, что до меня никому нет дела, — медленно ответила Ева. — Отец на своей волне, не полицию же мне вызывать? Какой-никакой — родной отец, и какое-то время пожить в этой комнате имеет право. Позвонила маме, а она дала понять, что ей не до меня. Мы и раньше ругались с ней, вернее, я ей наговорю всякого и дверью хлопну. Вернусь, мать, как ни в чем не бывало, и все идет по-прежнему. А в этот раз она уперлась. Подумала, что перекантуюсь здесь, но твоя официантка…
— Она не моя официантка! Она — просто официантка, сама по себе, — исправил Артем.
— Не важно. Главное, что она была в квартире, и не слишком дружелюбна. Наверное, можно было приструнить её, потерпеть несколько дней, но мне не захотелось её видеть. Ты же спал с ней?
— Ева…
— Спал?
— Один раз. И не спал, а так, быстро сбросили напряжение. В кафе, в подсобке, сюда я до тебя девушек не водил. А что Соня тебе рассказала?
— На эту тему — ничего. Про остальное — что ты пустил её, пока где-то не выветрится запах краски.
— Откуда тогда ты узнала, что я с ней… был?
— Не твоя официантка вела себя дерзко, заняла спальню, говорила о тебе не как о малознакомом человеке. Догадаться было нетрудно, — Ева провела пальцем по скатерти.
— Накрахмалена. Как это ты угадал? — Однажды ты упомянула, что обожаешь белоснежное и хрустящее, я запомнил это, — сказал Артем. — Ева, я никогда не изменял тебе. Это был единичный случай, мы только что познакомились тогда и ещё не стали близки.
— И что это было, если не измена? Встречаться сразу с двумя...
— Я не встречался! Десять минут голой физиологии. Мне жаль, что ты об этом узнала. До тебя у меня были женщины, и не одна, но теперь — только ты.
Ева наклонила голову, вздохнула, царапнула вилкой по тарелке — Артем был прав, зачем цепляться за случайное событие? Лучше не касаться этой темы, у них были более важные вопросы для обсуждения.
— Тебе горячее положить? — разрушил тишину муж, внимательно следя за выражением лица жени.
— Попозже, у меня еще салат есть. Артем, а расскажи, как там, в море? — девушка решила перевести разговор в нейтральное русло, жалко портить такой вечер!
— О, у меня для тебя есть сувениры! Пойдем, я их оставил в спальне, там много, за раз не принесу.
И она ушла за мужем смотреть сувениры и слушать, как Артем рассказывает о путешествии. Хохотала, когда он показывал в лицах процесс покупки с обязательным торгом, ахала над подробностями, как выбирал самые красивые — для неё! И казалось, что между ними не было этих дней в разлуке, не было недопонимания и недоговоренностей. Все было легко и просто, как раньше.
— Ох, горячее уже, наверное, совсем остыло! — спохватился муж. — Ты что-то совсем похудела за эти десять дней.
Конечно, она похудела — от переживаний и токсикоза. Рвота почти прекратилась, но аппетит оставался капризным. Иногда ей по целым дням ничего в рот не лезло. Но сейчас она ощущала голод и готова была бывшее съесть.
Они вернулись в зал.
Мясо под грибным соусом оказалось великолепным — нежным, сочным, просто — мням! Ева ела и не могла насытиться. Что интересно, её токсикоз притих и не протестовал.
Ева с сожалением отложила вилку — желудок уже был полон, но глаза хотели еще — она потянулась к стакану с минералкой.
— Что это мы, как несовершеннолетние, воду пьем? — улыбнулся Артем, доставая бутылку вина, открыв её и наливая бокалы светло-янтарной жидкостью. — Мы изрядно попортили друг другу нервы, предлагаю отпустить всё, что было раньше, и начать сначала. Это вино я выбрал специально для тебя — знаменитое "Мускат белый красного камня". До дна — за нашу семью!
А вина-то ей и нельзя!
Ева растерянно взяла бокал, не зная, что делать. Рассказать о беременности прямо сейчас, в такой момент? Она хотела подождать, поговорить по душам, обсудить планы, попробовать разобраться в ошибках. И в процессе признаться об обмане со справкой.
— До дна! — повторил муж и поднёс свой бокал ко рту. Ева задержала дыхание, готовясь извиниться, но вдруг прозванила тонкая мелодия звонка, и девушка вымолвила не то, что собиралась.
— Ты кого-то ожидаешь? — на лице Артема отразилось такое же недоумение. — Секунду, поищу, кого пригнала.
Он исчез в коридоре, щелкнул отпираемый замок и…
— Когда ты вернулся? — рявкнул громкий голос тесть, заставивший Еву прижать голову к плечу. Она только собиралась рассказать Артему о звонке с угрозами, как Степан Николаевич сам появился перед ними. Что-то случилось?
— Почему я должен узнавать о возврате сына от сторонних людей? — продолжал претензионный свекор. — Мама тут целый день трудилась, а он за весь день не нашел минуты, чтобы заглянуть к родителям? Чего ты там бормочешь? Кого ты пригласил сюда?
Послышались шаги, и на пороге появился Степан Николаевич.
— Ах, Ева, — протянул с разочарованием мужчина. — Поймешь, тут никуда не доехать до родителей, если везде одни малины и черемухи. От одной избавился, за другой ушел?
— Папа! — возмущенно воскликнул Артем. — Что ты несешь?
— Правду, — спокойно ответил отец, подошел к столу, уселся и потянулся к бутербродам. — Кто готовил? Она?
— Нет, заказывали из ресторана. И, папа, мою жену зовут Ева. Можно просто Ева, но не Евочка.
Отец взял в рот второй бутерброд, прожевал и произнес:
— Готовься.
— Куда? — напрягся Артем, а у Еве в голове кружилась лишь путаница.
— Куда? Я же говорил — мама ждет. Поедешь, поднимешь ей настроение.
— Мы собираемся ужинать.
— Дома по ужинаешь, мама с самого утра трудилась. Ждет любимого сыночка, а он про родителей забыл. Готовься, уже поздно, а завтра и работать надо.
— Мы никуда не поедем, завтра же и жена работает, — отпихнулся Артем. — Постараюсь заглянуть позже.
— Что ж, моя вина, я же не трогаю Женю, пусть ест и отдыхает. Поехали, расскажешь, что там увидел. Подарки привез?
— Папа, я не пойду. И вообще, не оставлю жену одну. Тебе не кажется, что неправильно — меня зовешь, а Еву — нет?
продолжение следует...
Спасибо за лайки, комментарии и подписку