- Ну все, Вероника, школу ты закончила, аттестат у тебя на руках, поэтому я считаю, что выполнила свои материнские обязанности, - посадив дочь напротив себя, произнесла Тамара Владимировна. - Дальше сама уже устраивай свою жизнь, а мне пора за свою браться.
Женщина воспитывала дочку одна. Муж ушел от нее сразу же после родов, поэтому Тамаре Владимировне пришлось очень тяжело.
Речи о том, чтобы устроить свою личную жизнь, не было. Женщина ждала момента, когда может скинуть Веронику со своей шее.
- Конечно, я тебя не бросаю, но сильно помогать уже не смогу, - удрученно проговорила мать. - Зубы пора вставить, да немного своей внешностью заняться.
Девушка понимающе посмотрела на Тамару Владимировну. Претензий к матери у нее не было.
Та как могла в свое время воспитывала ее, одевал и обувала. На этом ее помощь ограничивалась.
Особой теплоты между матерью и дочерью не было. Вероника не помнила, чтобы когда-то делилась с ней своими тревогами.
В основном девушка не беспокоила ее и привыкла сама решать все свои проблемы.
Получив пару тысяч рублей от Тамары Владимировны, Вероника собрала вещи и уехала в город.
Девушке повезло, она поступила в пищевой колледж и так как была иногородней, получила комнату в общежитии.
С того момента мать и дочь стали все реже и реже общаться. Часто приезжать в гости к Тамаре Владимировне Вероника не могла, так как в выходной день обязательно брала подработку.
Спустя четыре года девушка получила диплом и устроилась пекарем на кондитерскую фабрику.
Помаленьку Вероника смогла встать на ноги и зарабатывать достаточно хорошую для небольшого города зарплату.
В этот же период случилось несчастье: Тамара Владимировна получила травму и стала инвалидом.
С работы ее, соответственно, попросили. Однако пособие по инвалидности было не таким большим, как она думала, поэтому на жизнь его не хватало.
Вероника, узнав о беде, тут же приехала к матери и предложила свою посильную помощь.
- Ой, дочка, да чего ты будешь меня тянуть, - всплакнула Тамара Владимировна, чем еще больше разжалобила единственную дочь.
- Мама, на продукты и лекарства денег точно дам! - решительно заявила Вероника.
Каждый месяц дочка переводила матери стабильную сумму в десять тысяч рублей и привозила продукты.
Сама девушка получала сорок, поэтому на оставшиеся снимала квартиру и покупала себе продукты.
Со временем она поняла, что этих денег ей не хватает, поэтому взяла подработку вахтершей в собственном подъезде.
Тамара Владимировна, каждый месяц получая от дочери денежную помощь, благодарила ее сообщением.
Однако на этот раз Вероника не дождалась от нее благодарности, что не могло не взволновать ее.
Решив, что с матерью могло случиться самое страшное, встревоженная дочь позвонила ей.
К ее удивлению, ответил Веронике грубый мужской голос. От неожиданности девушка оторопела.
- Вы кто? Где мама? Что с ней? - всполошилась дочь. - В больнице?
- Чего разоралась? - грубо одернул ее незнакомец. - Нормально с ней все. Занята она, борщ варит. Когда продукты ждать? Ты разве не должна была их уже привезти?
- Нет, я обычно в конце месяца привожу. На этих выходных собираюсь, - опешила от наглого напора незнакомца Вероника.
- Ждем тогда, - ответил мужчина и положил трубку.
В ближайшие выходные девушка нагрузила пакетов с продуктами и на такси поехала к матери.
У калитки ее встретил незнакомый полный мужчина, которому на вид было не больше пятидесяти пяти лет.
По его басу Вероника поняла, что это тот же самый человек, который разговаривал с ней по телефону.
- О, продукты подъехали! - с довольным видом незнакомец потер вспотевшие ладони и стал хватать пакеты.
Когда все продукты оказались в доме, мужчина стал с недовольным лицом рассматривать их наполнение.
- Так себе, конечно. Экономишь на матери, - с осуждением произнес незнакомец.
- Вы кто такой, собственно? - спросила Вероника, презрительно взглянув на мужчину.
- Это Василий. Мы с ним живем вместе уже три недели, - многозначительно произнесла Тамара Владимировна.
- И где работает Василий? - сухо поинтересовалась девушка.
- Пока нигде. Ищет как раз, - с важным видом ответила мать. - Слушай, дочь, у него туфли порвались, дай две тысячи.
Вероника удивленно посмотрела на женщину, решившую, что ее дочь должна содержать не только его, но и новоиспеченного хахаля.
- Нет. Пусть сам себе зарабатывает или просит у своих детей. Судя по возрасту, они у него должны быть, - скрестила руки на груди девушка и с вызовом посмотрела на Василия.
- Вот жадина какая! - воскликнул мужчина и презрительно сплюнул в сторону. - А ты говорила, что она добрая и заботливая. Ага, вижу я, какая она. Даже по продуктам видно, что покупает все самое дешевое...
- Я вообще-то и сама это ем! - возмутилась наглостью Вероника.
- Есть ты можешь все, что угодно, а вот возить матери такое не стоит, - Василий брезгливо взял в руки пачку сыра. - Лучше такой не брать.
- Еще у вас я не спрашивала, что мне покупать на свои же деньги! - гневно выкрикнула девушка, которую возмутили слова материнского хахаля.
Василий в ответ только ядовито ухмыльнулся, чем еще сильнее раззадорил Веронику.
- Пока он здесь, я помогать не стану, - произнесла дочь, проходя мимо Тамары Владимировны.
Мать скривила лицо и, несерьезно отнесясь к ее словам, стала по привычке ждать помощи от Вероники.
Однако когда деньги не пришли в намеченный день, Тамара Владимировна сама позвонила дочери.
- Ты забыла о своей обязанности? Где деньги? Совсем совести нет? Мы же голодные сидим, - женщина начала разговор с активных претензий.
- Я еще в прошлый раз сказала, что денег не будет, пока с тобой живет Василий...
- Ты хочешь, чтобы я всю жизнь была одна? - обиженно заголосила Тамара Владимировна. - Я и так тебе все свои молодые годы отдала!
- Нет, мама, я считаю, раз у тебя появился мужчина, то он и должен тебя содержать! Твой не только не работает, он и не собирается, - решительно ответила Вероника. - Я не намерена его кормить, тем более что Василий в прошлый раз осудил продукты, которые я привезла. А раз так, то давайте как-то сами. Вот когда его не будет, звони.
Тамара Владимировна, не желая больше слушать нравоучения взрослой дочь, бросила трубку.
Однако Веронике она больше не позвонила, и та поняла, что бросать нахлебника мать не собирается.
А девушка не собиралась садить на свою хрупкую шею сразу двух взрослых людей.