В теплице было душно, воздух был пропитан запахом созревающих огурцов. Мигель вытер пот со лба и положил в ящик еще один пухлый зеленый овощ. В животе у него заурчало, и это урчание отражало кипящее внутри него недовольство.
В течение нескольких месяцев рабочим запрещалось есть урожай огурцов, о котором они так нежно заботились. Поскольку в суровую зиму цены на продовольствие резко возросли, боссы стали действовать более жестко, фанатично охраняя каждый огурец, как если бы он был сделан из золота.
Взгляд Мигеля скользнул к Розе, ее раздутый живот натягивался на тонкую рубашку, пока она собирала. Как они могли отказать будущей матери хотя бы в одном огурце, чтобы прокормить себя и своего ребенка?
В ярости Мигель схватил огурец и вызывающе откусил его, раздался громкий хруст. Он медленно жевал, глядя в глаза недоверчивому начальнику.
«Как ты думаешь, что ты делаешь?» — рявкнул надзиратель, покраснев.
Мигель ничего не сказал, просто в ответ откусил еще кусочек. Один за другим его коллеги по работе начали следовать его примеру, срывать огурцы и жадно их пожирать.
«Прекратите это немедленно!» — пробормотал надзиратель, но его слова были заглушены хором хруста.
В теплице начался хаос, поскольку рабочие наелись запретной наградой. Ящики были перевернуты. Слишком долго они находились в подчинении!
Когда волнения распространились на другие теплицы, Мигель высоко поднял огурец, словно зеленое знамя революции. «Мы больше не будем лишены плодов нашего труда! ¡Viva la revolución del pepino!» «Да здравствует огуречная революция!»
Огуречный бунт быстро набрал силу, распространяясь со скоростью лесного пожара по сети теплиц. Рабочие сбросили оковы угнетения, демонстративно потребляя тот самый урожай, который они были вынуждены покорно собирать для обогащения своих корпоративных хозяев.
В соседних теплицах грохот беспорядков перерос в рев, когда рабочие танцевали восторженные джиги среди разбросанных огурцов. Они нарисовали на стенах теплицы толченым огуречным соком лозунги освобождения: «Пусть огурцы будут свободными!» и «Мы на 99% зеленые!»
Силовики начальства прибыли в защитном снаряжении, но были подавлены залпом огуречных снарядов. Влажные снаряды разлетелись по визорам и помятой бронежилету. Благодаря численности и скользкости разбросанных огурцов рабочие вышли победителями.
После захвата теплиц был быстро сформирован чрезвычайный совет, чтобы определить судьбу революции. Некоторые выступали за героическую позицию и удержание своих позиций, в то время как другие призывали к стратегическому отступлению, чтобы перегруппироваться и спланировать более широкие скоординированные восстания в сельскохозяйственной отрасли.
В конце концов, раздался мощный голос Мигеля, предложивший третий путь. «Братья и сестры!» он прогудел. «Слишком долго нам запрещали наслаждаться наградами, которые мы выращиваем собственными руками. Мы больше не позволим эксплуатировать наш труд ради прибыли жадных корпоративистов! Пусть это будет первый выстрел в огуречной авангардной революции!»
Рев толпы сотрясал стекла теплиц, когда они высоко хватали огурцы, как зеленые копья. Под руководством Мигеля они пронесут революцию во все уголки мира, освободив рабочих и бесплатно раздав урожай огурцов всем…