На новый, 213 год до н.э., шестой год войны, консулами были избраны Квинт Фабий Максим, сын Медлителя, консула предыдущего года, и Тиберий Семпроний Гракх. Молодой Фабий получил командование над легионами, расквартированными в Свессуле.
Отец консула, старший Фабий, решил быть рядом с сыном. По прибытии его в лагерь консул с ликторами вышел встречать его. Старший Фабий въехал в лагерь верхом и ликторы, памятуя о заслугах Кунктатора, молча пропускали его, пока консул не приказал одному из них остановить отца. Тит Ливий пишет об этом так:
Спрыгнув, старик обратился к сыну: «Я испытывал тебя – вполне ли ты сознаёшь, что ты консул».
Тут, по всей видимости, необходимо пояснить ситуацию. По римским законам, передвигаться по лагерю верхом имел право только консул.Это с одной стороны. С другой стороны почитание отца, отца семейства, в Риме было основой общественной морали. Все домочадцы должны были беспрекословно подчиняться главе семью. Власть отца над остальными членами семьи распространялась до права продажи в рабство или убийства своего ребенка. Разумеется, в описываемый период истории, подобных эксцессов уже не происходило, нравы значительно смягчились, но, по крайней мере де юре, отец семейства такой возможностью обладал. И в предыдущем абзаце власть отца над сыном встала в противоречие с властью консула, высшего должностного лица, над гражданином. И власть государственная, оказалась выше власти частной.
Чуть позже описанных событий в римский лагерь прибыл некто Дазий Альтиний. Правда его прибытие не было таким примечательным, как прибытие Кунктатора. Дазий Альтиний появился тайно, под покровом темноты. Этот человек после канской катастрофы переметнулся на сторону Ганнибала, и передал тому свой город - Арпы. Теперь же он явился к Фабию с предложением за малую толику презренного металла, выдать Арпы римлянам. Дело было передано на рассмотрение совета. Большинство считало, что Альтиний по старым отеческим законам должен быть наказан как предатель. То есть он должен быть высечен и казнен. Так бы и случилось, если бы не вмешательство старшего Фабия. Тот заявил, что надо принимать во внимание время в котором мы живем. Идет война, надо делать все, чтобы сохранить союзников. Если можно уйти от римлян, а вернуться к ним нельзя, то в Италии вскоре не останется римских союзников.
Было принято компромиссное решение. Кто Дазий Альтиний друг или враг решим после окончания войны. А пока он был отправлен в город Калы, под своеобразный домашний арест. Днем он мог передвигаться по городу, но в сопровождении стражи, а на ночь его запирали.
В Арпах вскорее всполошились. Сначала домашние Дазия, а затем и граждане. Еще бы, пропал первый гражданин города. Об этом тут же известили Ганнибала. Что ж, Ганнибалу было это только на руку. Дазий Альтиний был богат и Ганнибал был не прочь завладеть его имуществом. Жена и дети Альтиния были допрошены на предмет где и сколько у их семьи золота и серебра, а затем заживо сожжены. Таково пунийское благородство.
Несмотря на отказ от услуг Дазия Альтиния, консул все же решил захватить Арпы. Подойдя к городу, римская армия расположилась невдалеке от стен. Фабий выбрал для штурма наиболее укрепленную часть стены, окружающей Арпы. Он рассчитывал, что ввиду крепости стен, гарнизон будет уделять меньше внимания этому участку городских укреплений. Были отобраны лучшие центурионы армии и 600 солдат. Ночью отобранные бойцы двинулись к стене. Начался дождь, и караульные покинули свои посты, чтобы укрыться от него. Без труда была захвачена часть стены и воротная башня. После этого римская армия вошла в город. Только после этого враг начал организовывать оборону. Арпийцы вооружили около трех тысяч своих граждан и кроме того в городе было пять тысяч карфагенян. Опасаясь предательства арпийцев, карфагенский военноначальник поставил городское ополчение впереди.
Сначала бой шел в темноте, но затем, после того как римляне заняли улицы около ворот и стало светло, легионеры стали замечать людей, с которыми когда то сражались в одном строю. Завязались разговоры между бывшими соратниками. Римляне спрашивали о причине по которой арпийцы помогают африканцам поработить Италию, а арпийские ополченцы в ответ кричали, что это знать продала и их и город.
Кончилось тем, что арпийцы повернули свое оружие против карфагенян. Впрочем, карфагенский отряд тоже не долго сопротивлялся. Среди карфагенян находилось около тысячи испанцев. Они заявили о своей готовности перейти на сторону Рима, при условии, что карфагенский отряд будет выпущен из города. Так все и случилось. Карфагеняне свободно вышли из города и ушли к Ганнибалу, а Арпы вернулись к римлянам.