Со смертью Пикассо исчез настоящий великан, озаривший весь художественный мир.
Все считали, что этот старик попросту бессмертен. Хотя он и продолжает в апреле 1973 года все более неистово рисовать по ночам, его силы уже на исходе. Колоссу ведь 91 год. Вот уже несколько лет его тело все больше отказывается ему повиноваться, что и вынудило его покинуть свой слишком изолированный от всего мира замок Вовенарг, расположенный на склонах горной гряды Сент-Виктуар, и перебраться в сельский дом в Нотр-Дам-де-Ви, в Мужене, поближе к своим докторам. Его последняя жена, Жаклин Рок, на 44 года моложе его, защищает художника с решимостью тигрицы и заходит так далеко, что препятствует любым посещениям, даже его детям и внукам.
Его сын от предыдущего брака Пауло служит его секретарем в Париже и, прежде всего, является козлом отпущения. Надо сказать, что если Пикассо ослепляет весь мир своей гениальностью, то в личной жизни он представляет из себя настоящего монстра. По отношению к своему сыну он является и садистом, и деспотом. Он часто его унижает и содержит чуть ли не в нищете. Он, как позже скажет его внучка, «злобное существо».
7 апреля в конце дня, когда приходит время идти в свою студию, «Солнце Божье», как его называла Жаклин, чувствует, что его жизненный огонь угасает. Он так полностью и не оправился от гриппа, которым заразился несколькими месяцами ранее и из-за которого был вынужден лечь в больницу. Его недомогание беспокоит Жаклин, которая тут же вызывает из Мужена доктора Жоржа Ранса.
Врач диагностирует отек легких. Жаклин звонит знаменитому парижскому пульмонологу Берналю и просит его приехать как можно скорее. Пикассо тяжело дышит, заходится кашлем. Ко времени ужина старый художник чувствует себя все слабее и слабее. «Солнце» садится за горизонт в последний раз.
«Вам следует жениться»
Утром, 8 апреля, Пабло просыпается едва живым. Хотя голова все еще находится в сознании, но тело ему уже не подчиняется. Он и сам знает это. Его жизнь висит на волоске, тоньше, чем волосок у кисти, которой он рисует. Жаклин уже позвонила его адвокату, мэтру Антеби, на случай если Пабло захочет продиктовать свои последние желания. Его состояние огромно, его произведения искусства бесчисленны, а его потомство обеспечено. Но Пикассо это не волнует. Он всегда подшучивал над хаосом, который оставит после себя. Его зловредная душа даже рада этому. Пульмонолог, приехавший из Парижа накануне, сделать ничего не в состоянии, он может лишь наблюдать за последними минутами жизни на земле священного монстра.
У умирающего художника все еще есть силы спросить парижского пульмонолога, женат ли он. Поскольку последний отвечает отрицательно, он берет Жаклин за руку, прежде чем шутливо сказать: «Вам следует жениться. Это полезно». Затем, повернувшись к жене, он говорит уже серьезным тоном: «Жаклин, ты скажешь Антеби…» Что именно, мы так никогда и не узнаем. «Солнце Божье» угасло в 11:35 утра, став жертвой тромбоэмболии легочной артерии.
Фредерик ЛЕВИНО Le Point (Перевод Александра ПАРХОМЕНКО)