Отречение Николая II, конец монархического режима, торжество истинной демократии. Одним словом, Февральская революция, самая бескровная в российской истории. И где в это время Владимир Ленин? А он сидит в Швейцарии, запертый, аки лев в клетке.
Дело в том, что ведомые Лениным большевики провозгласили лозунг «Превратим империалистическую войну в войну гражданскую!», подразумевая выход России из Первой мировой и мир с Германией. Это одна сторона дела. А другая заключалась в том, что за границами нейтральной Швейцарии находились либо Германия с союзниками, либо Франция, входившая в блок Антанты, который вел против Германии войну.
Перед Лениным встал вопрос: как попасть в Россию? Через вражескую территорию нельзя — родное Отечество как-никак воюет с немцами. А странам Антанты был не нужен Ленин и вся его пацифистская братия, желавшая выхода России из войны. Поэтому они блокировали передвижения большевиков, запрещая им выезд из британских и французских портов.
Получалась безвыходная ситуация. Ленин обратился к Временному правительству с просьбой, чтобы оно договорилось с Германией о «зеленом коридоре» для проезда на Родину. Но зачем был нужен новой власти Ленин с его смутой? Вполне ожидаемо Временное правительство оставило просьбу большевиков без ответа.
Оставалась только одна Германия, которая была рада пропустить через свою территорию Ленина, ведь он нес с собой нужный немцам мир. Но как проехать по вражеской земле и не скомпрометировать себя при этом? Выход один — «пломбированный вагон».
Вот так и родилась эта байка про то, что немцы перевезли Ленина из Цюриха к побережью Балтики в запломбированном вагоне «как чумную бациллу» (по выражению Черчилля). На самом же деле никаких пломб не было и в помине.
А был обычный четырехдверный пассажирский вагон, три двери которого по требованию Ленина были закрыты на ключ, а около четвертой располагалось немецкое офицерское сопровождение, нужное больше Ильичу, чем Германии. Отправился этот вагон из Цюриха в день нашего обзора — 9 апреля 1917 года, и вез кроме самого вождя, его верную жену, подругу Инессу Арманд и еще 30 большевиков. Никто на станциях не выходил и в контакты с офицерами, упаси Боже, не вступал. Через три дня вагон прибыл в порт Засниц, а оттуда паром, Финляндия, снова поезд (уже без «запломбированных» вагонов) и — здравствуй, Россия, привет, революция!