Сумерки уже давно сменились ночной темнотой, и лишь опасливо выглядывающая из-за рваного облачного одеяла луна иногда освещала спящую долину и ненадолго запускала тусклые блики по поверхности озера. Шум шелеста листьев деревьев и прибрежных высоких трав заглушался падающими струями водопада, укреплявшего своими брызгами и без того сильный ночной холод. Казалось, что такой студеный воздух охватил всю округу, и лишь летучим мышам, мелькающим над озером и деревьями, да рыбам с лягушками, оставлявшим в виде кругов следы на воде, такая обстановка понравилась.
Он сидел неподвижно за своим камнем и внимательно осматривал каждый кусочек озера в надежде увидеть волну от плывущего крупного тела. Руки и особенно ноги закоченели, отдав свое тепло ненасытному камню. Вдруг вода прямо у каменной площадки приподнялась, и на массивный пьедестал, залитый лунным светом, вылез зверь. Громадный и страшный, шумно вдохнул воздух и тут же насторожился, распознав посторонний запах и резкий шум сверху.
Он не стал больше ждать и прыгнул с высоты, боясь упустить момент, и, прицелившись ровно в голову, свисавшую над водой.
Зверь отреагировал незамедлительно, махнув хвостом, резко бросился в воду, чтобы скрыться от внезапного нападения. Но не успел — копье нашло свою цель, пусть и не в голову, а лишь глубоко пронзив заднюю лапу. Зверь потащил своего обидчика на глубину, но он всё не отпускал древко крепко засевшего копья. Но вдруг, сильно ударившись о скальную поверхность, воздух сам вырвался из его груди, а руки выпустили оружие. Он рывками поспешил подняться наверх, туда, где можно было вновь вдохнуть жизненного газа. Когда водная поверхность лопнула, высвобождая пленника глубин, он невольно прикрыл глаза. Вся поверхность пещеры сияла холодным зеленоватым светом миллионов светящихся огоньков, исходивших от каких-то растений, растущих прямо на камнях. А между ними сновали мошки-лампочки.
Он быстро выбрался на холодный пол с тяжелым дыханием в стремлении насытить кислородом тело и обвел взглядом пещеру. Рядом с водой лежало разломанное копье, острый камень блестел в свете В дальнем углу огромной кучей лежал зверь, свернутый в кольцо и прикрывая хвостом маленький подвижный хныкающий комочек. Он сразу узнал маленькое создание, твердым шагом направился к нему, подняв по пути обломок копья. Но истекающий кровью зверь не стал защищаться, лишь беззвучно раскрыл пасть в бессильной попытке отсрочить трагичный момент. Поднимая на руки маленькое существо, он увидел уже истлевшие останки крошечной копии зверя, аккуратно прикоснулся к ним, затем отложил копье и перенес ладонь на тяжелый сильный хвост. Он посмотрел зверю в глаза и всё также, не выпуская из рук малыша, зашагал к воде.
Ночь окрасилась детским плачем, слегка наглотавшись и искупавшись в прохладной воде, маленькое тело требовало тепла и сухости. Он бежал через слабые водяные потоки по камням, крепко прижимая к себе драгоценный комочек. Он бежал, не жалея вдруг появившихся из ниоткуда безграничных сил.
Она встретила их недалеко от подножья скал, проснувшись от плача, она мчалась сквозь ночной заслон из кустов и низких веток деревьев. И успокоилась, лишь прижав свое дитя к груди. Малыш ел, и в долине вновь воцарилась тишина. Позже они направились к своему небольшому лагерю.
Со стороны озера раздался протяжный, полный тоски рёв. Рёв зверя...