Одним из ключевых трендов, разворачивающихся на глобальном уровне в последние годы, является переход от международной валютной системы, построенной на долларе как на центральном контрагенте. В рамках этой системы любые транзакции между двумя странами, даже не связанные с США, проходили через американские корреспондентские счета, через долларовую инфраструктуру.
Однако расширение санкций в отношении Ирана, Венесуэлы и России показало, что, несмотря на удобство и скорость транзакций, такая система сопряжена с рисками использования доллара в качестве политического и экономического инструмента для оказания давления на страны. Так, США и Европа в рамках санкционных ограничений с 2022 года отключили ряд российских банков от международной системы передачи финансовых сообщений SWIFT.
Это укрепило стремление Китая и Индии к интернационализации своих валют для торговых расчетов. По мере того, как ужесточалась санкционная политика Европейского союза, восприятие евро как альтернативы доллару, в большей степени защищающей от санкционных рисков, ослабло. Это, а также экономические проблемы в еврозоне, оказывающие давление на единую валюту, уменьшило роль евро в мировой торговле.
Доллар США по-прежнему остается доминирующей валютой в мировой торговле, платежах и резервах. В ноябре 2023 года доля американской валюты в международных платежах через SWIFT составила 47,08%, а без учета платежей в пределах еврозоны – 59,78%. На втором месте – евро (22,95% и 12.88% соответственно), на третьем – британский фунт стерлингов (7,15% и 5,46%). Доля юаня в международных платежах в ноябре составила 4,61%, без учета платежей внутри еврозоны – 3,15%. Для японской иены эти показатели составили соответственно 3,41% и 4,87%.
Пусть и медленно, но доля доллара снижается: по итогам февраля 2024 она составила 46,56% - это минимум с июля прошлого года.
Полный обзор мирового валютного рынка читайте в исследовании ИИМР «Мировой валютный рынок 2024. Фрагментация платежей и долгий путь к дедолларизации».