Дигори уже не слышал льва, но он его видел. Лев был так прекрасен, что он не мог оторвать от него глаз.
Клайв С. Льюис. «Хроники Нарнии»
Когда я была маленькой, мы каждый день ходили гулять в соседний двор. Я хорошо помню. Мне не было тогда и четырех лет. В четыре меня определили в детский сад. И я уже не могла так часто приходить к тем львам.
Они каменные, с холодными шершавыми мордами. Они такие грустные. Я гладила их и жалела. Я должна была приходить к ним. Я понимала – они такие грустные, потому что у них нет львенка. Я отчетливо помню, как сказала им на ушко, что обещаю, пока у них не появится львенок, я буду им вместо ребеночка. Они согласились, конечно. Но все равно плакали иногда – особенно после дождя.
Потом я выросла. На том месте хотели строить дом. А львов нужно было убрать. Они устарели. И я благодарила Бога, когда стройку запретили из-за каких-то подземных коммуникаций.
Львы остались. Но почему-то их разъединили. Так казалось, наверно, красивее. По-парковому. Но они ведь не стражники. Они – семья вообще-то. Когда они не рядом, по ним уже нельзя полазить, порезвиться, пообещать им обоим, что у них обязательно будет львенок.
Они начали немного разрушаться. Их нельзя было разъединять. Они должны быть вместе. Хотя они и так вместе. Они одинаковые. Просто у одного есть грива. А у другой – нет.
Мы давно уехали из того района. И когда проезжаем мимо детской площадки, возле которой должны быть эти львы, у меня замирает сердце. Как в детстве – от жалости и ласки. Сейчас я понимаю, что эти львы подращивали незаметно во мне чувство супружества и материнства. Не важно, кстати, как сложилась бы моя жизнь. Эти чувства во что-нибудь да воплотились бы при любом раскладе.
А недавно я увидела это фото. На нем наш местный художник Тамерлан Кодоев. Он не оставляет львов. И даже вроде бы согласовывает проект – мастерит для них львенка. Может, им разрешат даже пару-тройку малышей? Хотя бы))
© Мария Тряпкина
Издательство «Вольный Странник»