Хочу с вами поделиться интересным материалом, обнаруженным мною в книге 1969 года "Русская скульптура малых форм".
Скульптор Дулевского завода П. М. Кожин — настойчивый и упорный художник. У него много излюбленных пластических мотивов, к которым он обращается на протяжении ряда лет и работает над ними снова и снова. Его постоянно интересуют проблемы расположения скульптурных масс в пространстве. В одной из ранних работ — фигурке «Беременная» (1930, бисквит и фарфор с росписью), при естественных для начинающего художника просчетах (неудачно деление всей фигуры на две равные части по горизонтали очень энергичной линией края кофты, с которой совпадает и край рукава, неприятно напряжен объем опущенной вниз руки).
Кожину уже удалось достигнуть кое-где выразительного соотношения скульптурных масс, например, в положенной на грудь левой согнутой руке, очень тактично вылепленной в невысоком рельефе, в ниспадающих концах головного платка, в мягкой моделировке черт лица, в сохранении цельности общей массы фигурки.
Кожин первоначально работал в фаянсе. К фарфору он обратился в 1938 году, когда поступил работать на Дулевский завод, где трудится и сейчас. 1940 год был для скульптора необычайно плодотворным, он дал ему ряд больших удач. Это — фигурка «Работница» («Выборщица фарфора»), отмеченная живым, взволнованным переживанием увиденного, «Литовский танец», «Пробуждение Снегурочки».
Все эти вещи подлинно «фарфоровые», что удивительно для молодого еще скульптора, по существу только начинавшего работать в этом материале. В статуэтке «Работница» энергичная, собранная и вместе с тем мягко пластичная форма, очень компактная. хорошо слаженная композиция.
Она «держится» на нескольких ясно читаемых вертикалях; линейных — боковой край фартука, и объемных — две неравной высоты стопки фарфора с частыми горизонтальными делениями. В «Литовском танец » интересен момент совпадения пластического и физического движения, дающий очень динамичный «ход» форм по спирали. Но особенно привлекательна «Снегурочка», изображенная в момент пробуждения.
В ней большая цельность, соподчиненность второстепенных деталей основному объему, и непосредственность народной пластики, не боящейся отхода от правдоподобия и условности изображения. К сожалению, в дальнейшем Кожину не удается достигнуть такой же «точности попадания» в создании образа человека. Присущая его произведениям декоративность в значительной мере перерождается в нарядность, броскость цветовых эффектов переливающихся глазурей высокого огня; появляются элементы красивости и даже некоторой слащавосли. В последующие годы он работает больше в области анималистической пластики, где проблема соотношения формы и композиционного пространства привлекает внимание художника почти в такой же мере, как и сама пластическая форма.
Особенно интересны его «Севрюги» (1947) с их необыкновенно активным, «жадным» захватом окружающего пространства, которое они пронизывают длинными гибкими телами, заостренными носами, и делают ощутимым, материальным.
В эти же годы Кожин снова начинает работать над образами людей, создавать композиции на героические темы. Таковы два варианта скульптурных групп «Воззвание Кузьмы Минина» и «Баян» (обе 1947 г.), уже совершенно далекие от декоративного языка кожинских вещей 1940 года.
Видимо и этот оригинальный и самобытный скульптор с талантом явно выраженного декоративного склада испытал на себе воздействие взглядов, уравнивающих станковую и декоративную пластику, или даже сводящих последнюю на роль второстепенного раздела станковой скульптуры, столь распространенных в конце 40 — начале 50-х годов. Здесь скульптор не только теряет «чувство декоративности», но и отходит от решения чисто пластических задач. В его произведениях начинают господствовать изобразительность, развернутость сюжетной ситуации, попытки достигнуть психологической выразительности опять-таки «литературными» средствами. Эта тендендия проявляется с большей ясностью в произведениях Кожина, посвященных изображению человека, и в меньшей степени в анималистической пластике, где он остается верным своим принципам довоенных лет. Хотя и в скульптурах животных можно наблюдать в те годы некоторое «затухание» их яркой декоративности, которая здесь достигается скорее эффектной окраской, чем идет от самого характера и трактовки пластической формы. В дальнейшем художник этот кризис преодолевает.
(И.А.Крюкова. "Русская скульптура малых форм".1969)
К сожалению мне не удалось найти все иллюстрации. У кого есть возможность, дополните пожалуйста в комментариях.
Если вам понравилась моя заметка - ставьте лайк и подписывайтесь, делитесь своим мнением в комментариях!
Н.Ломоносова. Художник, искусствовед, куратор выставок.