Несколько лет назад я очень любил брать интервью. Индустрия у нас не очень открытая, но мне казалось, что если бить молоточком в одну точку, то может получиться пробить эту стену молчания. Было несколько заходов, когда мы за условный «сезон» записывали до десятка интервью, но результаты были не очень. Сегодня, оглядываясь назад, я много чего могу сказать про то, что я был плохим интервьюером. И уж тем более просмотр чужих интервью мне всегда интересно не только с контентной, содержательной точки зрения, но и в плане его ведения.
Вот недавно кто-то обратил на забавную и бесхитростную, но безотказно работающую методику Познера: он, желая чутка закольцевать тему, переспрашивает собеседника, буквально повторяя его последнюю фразу. Получается, что как бы и вопрос задал, и точку поставил, но не он сам поставил, а собеседник. Хитрый прием, я запомнил.
Еще мне интересно смотреть интервью одного человека. Причем как спикера, так и интервьюера. Это позволяет глубже изучить приемы как того, кто берет интервью, так и того, кто это интервью дает. У меня разные бывают периоды. Когда-то пересмотрел практически все интервью и выступления Сергея Доренко. А сейчас вот смотрю интервью Артемия Лебедева. Если Доренко я смотрел не только ради того, чтобы подглядеть у мастера какие-то приемы ведения беседы и незаметного переключения этой беседы на нужную тему, но и потому что он всегда давал лютую базу как про профессии журналиста, так и по, так скажем, правилам жизни. Артемия же мне интересно смотреть по тому, как он умеет держаться, терпеливо выслушивая любую дичь. И это тоже ведь прием – собеседник, а точнее интервьюер, который вроде как должен держать вожжи этой словесной повозки, расслабляется, думает, что все хорошо, все идет по плану. И начинает нести какую-то откровенную дичь.
И я даже не о бедном художнике, который в своем уютном мире никак не может принять, что есть другой мир, другая точка зрения, и что аргументы его бывают настолько смешны, что разбить их может даже ребенок. Я вот об интервью Влада Козыры, про которое упоминал вчера.
Влад – молодой контент-продюсер из Беларуси. Раньше работал в Google, а когда началось то, что началось, Google уехал из Беларуси. Уехал из Беларуси и Влад, и начал зарабатывать помощью разным людям и компаниям вести канал на YouTube. Таких, как Влад, много, и если вы задумываетесь о том, чтобы начать делать какое-то видео, то, конечно, обучающие ролики Влада очень помогут. Как и ролики Голованова, который из Риги не уехал, но продолжил заниматься примерно тем же. В общем, учителей таких очень много.
И вот Влад пригласил Артемия. Первая половина интервью была восхитительной, Лебедев рассказал – уж поверьте моей оценке – огромное количество всякого интересного про его собственный подход к созданию видео (в первую очередь, новостей), некоторые вещи я услышал не то, чтобы впервые, но про это мало кто говорит. Не суть. Наступила вторая половина интервью, и тут я аж подпрыгнул. Влад начал рекомендовать Лебедеву как надо возвращаться на YouTube и что для этого делать. Артемий пару раз пытался его вернуть в реальность, заикаясь о том, что удаление его канала делалось в ручном режиме (как и удаление других каналов миллионников из России), но Влада было не остановить – Влад перешел в режим «а теперь рассказываю я». Выглядело нелепо и глупо.
Примерно так же выглядят мои интервью, о которых я говорил в начале. Мне казалось, что я очень компетентен во всех темах, что мое мнение кого-то (кроме меня самого) волнует. Ну, это возможно и так, но в таком случае зачем брать интервью – можно просто сидеть и в камеру говорить, изливать, так сказать, истину и жечь глаголом сердца людей (попробовал, не очень). Интервью – это в первую очередь вопросы и ответы того, кого на это интервью пригласили. А об этом забывают практически все. И я забывал. И Влад вот забыл.
Крайнее интервью я резал нещадно, младший научный сотрудник не даст соврать. В первую очередь под нож шел я сам, но и спикера резали порядочно. В результате получилось динамично и информативно. Но не идеально. Есть над чем работать.