Там, в Серой Утице страшное было время… - и баба Маня заговорила.
Ее отправили в деревню в качестве помощника фельдшера местного. И вообще, со стороны это могло бы показаться странным направлением, но в Серой Утице ох, как нужны были лишние руки врача, а точнее — педиатра, да вот только уже состоявшихся врачей было не сыскать и кинули, что называется, уж того, кто был. Дело же было в том, что деревню накрыла, так сказать, странная и уникальная эпидемия… То есть, не совсем эпидемия, но то, на что фельдшер и вообще местные взрослые разводили руками.
Ребятишки от трех примерно годиков и до шести-восьми лет вдруг стали пропадать. На сутки-двое терялись в лесу, а потом, когда выходили оттуда… Они менялись. Не могли спать ночами — их терзали кошмары! Теряли аппетит и худели так, что глядеть страшно! Но главное — несли полную околесицу, никак не совместимую с материалистичным взглядом на мир, которому их учили взрослые! И если от совсем малышей сказки эти были еще позволительны… То когда подростки начинали лепетать, мол, их заманила в лес, на болота кикимора и там откармливала корешками, тиной, червями, черным медом, да ягодами, чтобы потом самой сожрать или волкам скормить… То есть, она пугала их, что сделает с ними это, если он не будут ее слушать, если они не станут хорошими людьми, если будут баловаться или вырастут плохими людьми. И вот это вот все заставляло задуматься — а нет ли тут эпидемии, простите, шизофрении?!
Очень немногие деревенские имели возможность отвозить своих детей в город и водить их там по врачам — поэтому и направили на место педиатра. Да и к тому же, многие местные совсем, совсем не хотели, чтобы про Серую Утицу дурная слава шла, эдакий позор, потому что все как будто хорошо там — и надои рекордные, и колхоз прибыльный, а тут… эдакие случаи, от которых суевериями и еще чем похуже за версту несло!
- И что же там было на самом деле? - спросил Михаил.
Бабе Мане удалось эдак незаметно, под разговорчик, усадить его и начать поить чаем с гречишным — для диабетиков, печеньем. Печенье было сухое, приторно сладкое, но Михаил стойко жевал и глотал — не хотел показаться невежливым.
- А кто его знает! - развела руками баба Маня. - Леший то знает!
- Это как? - не понял Михаил. - В каком смысле?!
- Да в том, что вроде как здоровы были ребятишки, - вздохнула старушка. - Туда же и психиатр приезжал. Профессор! Говорил, очень странные дела творятся… Но никаких признаков психических заболеваний не обнаружил! Ну а потом, детишкам же лучше становилось — забывают быстро, дети то, эдакий бред… Ну а кого, известное дело — родители хворостиной приучали к молчанию! В общем… Со временем все сошло на нет. - задумчиво почесала бородавку баб Маня. Этой же рукой полезла в пакет с печеньем и Михаила передернула — подумалось, что старушка так вот не брезгливо делает не впервой.
- Страсти вы рассказываете, баб Мань! - усмехнулся Михаил.
Но смешно ему не было. Просто так — за юмором было проще спрятать жутковатое чувство, которое тыкалось куда-то в позвоночник недобро… Это было похоже на дурное предчувствие. И поскольку Михаил в своей жизни со всякой там интуицией и прочим вообще не был знаком, то ему от этого было очень некомфортно!
- Да какие страсти, - покачала головой пенсионерка. - Я всему свидетельницей была! Только что кикимора ко мне не приходила…
- А разве не только дети ей нужны? - вскинул взгляд Михаил.
- Нет, - баба Маня расплылась в улыбке. - Она бывает и взрослых наказывает. Но при мне тогда там этого не случалось. Сказывают, что ночью к ним приходит и душит… За дела дурные отчитывает!
- А как она выглядит? По рассказам детей? - севшим голосом спросил Михаил. - Кикимора…
- А она по-всякому выглядеть может! И как девица красная и как старуха… А то и как лихо черное, из топи восставшее… Всякое говорили!
Михаил откинулся на спинку стула. Нет! Нет и еще раз нет! То, что ему привиделось во сне не имеет, конечно же, к этой истории более чем полувековой давности никакого отношения! И за ним, кстати, дурных дел вроде бы не водилось. А то, что во сне невестку силой взял, так это же во сне, это же не считается, правда же?!
Наконец, поблагодарив за угощение, Михаил ушел. Ничего яснее не стало. Вот запутаннее — это пожалуйста! И легче всего, естественно, было бы отмахнуться от странного звонка. И вообще, даже есть у него дочка, то видимо, не маленькая уже — по голосу взросленькая, так что в отеческой заботе не шибко нуждается, не пропадет! Но… Не мог Михаил это все так просто выкинуть из мозга и потому мучился! А на следующий день принял решение.
- Сын, - сказал он, входя в комнату к Андрею. - Сколько там чего стоит? Давай денег дам… Поедешь… И я с тобой. Ну, как поддержу и помогу вообще, естественно! Поглядим, как там что…
- Спасибо, - ответил Андрей. - Да мне бесплатно, как первому и так сказать, бета-тестеру! Оксана! - позвал он. - Собирай вещи! Едем в Серую Уточку!
Михаил сто лет не ездил на поездах. Последний раз… Да лет почти двадцать назад это было — выбирался тогда к дальней, не седьмой даже, а двенадцатой минимум, воде на киселе, то есть к дальним родственникам. Хорошо тогда прокатился! Попутчики добрые попались — мужики-вахтовики, с Севера ехали. Угощали копченой рыбой и вяленой олениной, Михаил слушал их байки, а потом — сыграли в шахматы, которые, если не врали для красного словца, конечно, работяги, были вырезаны аж из кости мамонта!
Но сейчас с компанией не так повезло. Просто Михаил купил три места в купе, а на четвертое, на следующей же станции, после начала путешествия, вошла пассажирка. Объемная такая, или если толерантно выражаться — плюс сайз кинг по фигуре дама. В цветастом платье и соломенной кокетливой шляпке.
- Ой, сквозняк! Закройте, дует! - велела она, шлепнувшись на полку так, что жалобно заскрипело сиденье.
- Нечем дышать будет, извините, пусть будет приоткрыто, - возразила Оксана. - Июль на дворе, какой сквозняк?
Дама, поджав губы, покачала головой неодобрительно, но больше ничего не сказала. Взялась раскладывать вещи.
- У кого нижние полки? - спросила она.
- Сыну взял, - сказал Михаил. - У меня верхняя. Вторая нижняя у нее, - кивнул на невестку.
- Понятно, - кивнула дама и окинула Оксану оценивающим взглядом. - Я в последнюю минуту сорвалась ехать. Племянницу надо поддержать… Поэтому верхнюю взяла. Но мне неудобно. Давайте меняться? Ты молодая, тебе то легко будет!
- О, захватит нижней полки! - Оксана уперла руки в бока. - Знаю я таких умных! Нет, со мной этот номер не пройдет! На какую билетик купили — на той и катитесь!
- Ты мне не хами! - дама надулась, выпятила вперед грудь.
Михаил про себя усмехнулся — ни дать ни взять бойцовская рыбка! Правда, очень уж жирно раскормленная… Хотя… Стоило признать, был в этой женщине какой-то шарм. Сколько ей? Лет тридцать пять или сорок… Кольца обручального нет… Стоп! Михаил отвесил себе мысленный подзатыльник — потому что с чего вообще рассматривает женщину?! Его поезд на личное счастье, как говориться, давно ушел! Раз тогда искал, да не нашел, то все… Да и кому нужен обыкновенный самый мужик, заводской работяга не первой свежести по возрасту и здоровью, не миллионер, да еще с сыном-инвалидом?!