Наш мозг автоматически предсказывает будущее. Мы понимаем – как человек закончит фразу, что сейчас произойдет. Прошлый опыт подсказывает нам наиболее вероятный конец.
А если ожидания рушатся, возникает эффект неожиданности, который и родил всю империю юмора.
На заре эволюции смешно было весьма условно. Предок веселья – чувство избавления от страха. Леопард промахнулся, мы юркнули в норку и нам хорошо. Радость от смеха создает синтез эндорфина, который вообще-то нужен для маскировки чувства боли.
В современном обществе тень леопарда заменяют рискованные шутки. Сатирик, издеваясь над культурными нормами и стереотипами, высказывает то, о чем люди думают, но боятся сказать. И мы облегченно смеемся, понимая, что наши «странные мысли» вовсе не что-то уникальное, многие считают также, а значит мы – по-прежнему часть стаи.
В общем, шутки - это хорошо.
Правда, не все. Точнее даже так – с течением жизни то, что кажется смешным, постепенно исчезает. Говорим, мол, «Comedy Club уже не тот» и в