Читатель спросил на днях: "А как лично вас касаются новые постановления и рекомендации, о которых написали? Они вроде про детей с аутизмом. А у вас сын уже взрослый, более-менее адекватный."
Да, у меня взрослый сын с диагнозом. И я вижу, что в отношении взрослых людей, пациентов психоневрологических диспансеров, тучи сгущаются ещё больше.
Две недели назад вышло постановление номер 298 (от 14 марта). Оно законодательно утвердило ограничение прав пациентов, находящихся в психиатрических стационарах. Что это значит, я думаю, объяснять не нужно. Об этом я уже рассказывала не так давно. Речь о запрете свиданий с адвокатами, правозащитниками и даже родственниками (на усмотрение лечащего врача.)
Уходят в прошлое и личные приёмы медперсонала. Их заменят скупые эсэмэс оповещения о состоянии пациентов. Схемы и сроки ле4ения с пациентами и их родственниками теперь не обсуждаются. Психиатрические больницы вслед за психоневрологическими интернатами становятся очень закрытыми.
Кто-то скажет сейчас: "Ну и прекрасно. Это не проходной двор. А нездоровые люди и не должны ничего решать. За них всё решают психиатры." И я бы так тоже сказала много лет назад, когда сын мой был ещё маленьким, и у него не было никакого диагноза.
Я тогда вообще была очень критично настроена к людям с психиатрией. Не ко всем, конечно, к тем, кто не отличался хорошим поведением. Могла сказать: "Закрыть и не выпускать."
Так, например, относилась (и продолжаю относиться) к своему соседу. Что он вытворял много лет в нашем подъезде, вы себе даже не представляете.
С малолетства шокировал всех своим поведением. Помню, как учась в десятом классе, зашла с ним, второклассником, в лифт. И он мне стал рассказывать в красках, что сейчас со мной сделает, употреблял нецензурную лексику и спрашивал, страшно ли мне.
Нет, страшно не было. Так я ему и сказала и пригрозила, что оторву кое-что, чем он меня собрался обижать, если он сейчас же не замолчит.
Спустя десять лет, в его квартире образовался самый настоящий бедлам. Туда ходили толпами местные алконафты и нарики. Они кричали, дрались по ночам. И всё закончилось очень плохо. Кого-то вывезли в неживом состоянии.
А соседа моего, состоящего на учёте в ПНД, по просьбе других жильцов отправили в психиатрическую больницу. Помню, ставила подпись в какой-то бумаге.
Выписали его месяца через три-четыре, и несколько лет в подъезде было тихо.
А потом в этой квартире и на лестничной клетке стали кричать женщины. Их таскали за волосы. И вообще неизвестно, что там происходило по ночам. Был слышен грохот, летали и падали тяжёлые предметы. Регулярно приезжала полиция.
И сейчас приезжает. Бедлам у соседа почти каждую весну или осень. Уже не таких масштабов. Но тем не менее.
И да, я продолжаю радоваться, когда этот сосед отбывает куда-нибудь, особенно в стационар. И мне абсолютно всё равно, в чём там его ограничат, в каких правах.
Ибо он мои права на сон и отдых нарушал много лет.
Вот такой я жестокий человек. Но это всё до той поры пока законы, постановления не касается лично меня, моего сына.
Вот здесь я категорически не согласна. Не хочу, чтобы нарушали его права, мои права как близкого родственника. Я привыкла общаться с психиатрами. Быть в курсе того, что они назначают Серафиму, какие есть риски. Пациент он довольно сложный в плане того, что многие типичные средства, которые есть в рекомендациях, ему не подходят, вызывают самые серьёзные побочки.
В общем, вы уже поняли, какая сегодня тема. Тема довольно тяжёлая: отношение родителей к своим нездоровым детям, которое очень субъективно.
Вроде и правильные, казалось бы, принимаются решения. С точки зрения общества правильные. И я всё так же готова бежать в самых первых рядах, кричать: "Да, закрыть, лишить прав совсем, изолировать от людей, тех,, кто не может нормально жить в обществе. Познакомить с Галиной Перидоловой."
Но потом вспоминаю о сыне. О себе. Думаю: "А ведь это тоже чьи-то дети. Вдруг на их месте когда-то окажется мой Серафим. Нельзя так. Это негуманно"
Вот такие противоречия сознания. Почти постоянные, ежедневные.
Вот вчера, например, читатель рассказал свою историю. Про сына, который проявляет агрессию и самоагрессию с самого юного возраста. Сейчас он подросток. И стало в разы сложнее.
Фарму подобрать не могут. На стационар мать не согласна. Максимум на дневной, но толку в нём нет.
И пока я читала обо всех ужасах жизни этой женщины, каких только мыслей не было в моей голове.
И осуждала за то, что себя не жалеет, живёт в аду. Отправила бы в стационар и отдохнула хотя бы немного. А лучше сразу в пни, раз всё так сложно.
Мы все умные, когда нас не касается.
А потом я вспомнила про себя, про сына. Про его поведение в подростковом возрасте, самоагрессию. Я ведь тоже жалела своего ребёнка, терпела многое, что, наверное, не стоило терпеть.
Имею ли я право давать советы и даже думать о том, как лучше поступить?
Я только могу прочитать и посочувствовать этой женщине. И лучше не в слух. Потому что не знаю, нужно ли ей сейчас сочувствие. Не всем оно приятно. Возможно, её цель просто выговорится, чтобы стало легче.
И знаете, что я заметила? И не только я, но и другие читатели. Мама эта в двух комментариях написала абсолютно противоречащие друг другу утверждения. То её сын самый сложный на участке, то, по мнению врачей, не такой уж тяжёлый.
Что, думаете, происходит в таких случаях? Специально человек вводит всех в заблуждение? Нет. И ещё раз нет.
Это как раз из-за таких вот странных раздумий, которые возникают в голове у родителей многих детей с аутизмом и прочими психиатрическими диагнозами.
И автор этого блога вас не желает запутать противоречиями.
Автор - вполне адекватный человек. Всё понимает, что нужно делать и как нужно делать...пока не касается её сына.
Как только касается, начинается это всё: "он приближается к норме", "совсем нетяжелый", "ему не нужно" и прочее.
И автор говорит чистую правду. В каких-то направлениях, да, произошли очень большие сдвиги в лучшую сторону. А в каких-то, увы, мы стоим на месте, пытаемся сдвинуться, и ничего не выходит. И это необходимо понять.
И не спрашивать всякий раз удивлённо: "Почему так? Вы же писали, что всё уже хорошо."
А разве я так писала? Хорошо вот здесь, а здесь уже просто прекрасно. Но есть много всего, над чем ещё нужно работать, где мой сын очень сложный.
И я понимаю, что некоторые проблемы решил бы, наверное, круглосуточный стационар. Но мне сына жаль. Я не хочу, чтобы он туда попадал. Тем более сейчас, когда всё пересматривается, ужесточается. Считаю, что людям с аутизмом там делать нечего. Поэтому да, "приближается к норме." Мне так спокойнее.