Холодный асфальт, разодранный в клочья комбез, кровь хлещет из боков, нога сломана, как я думаю.
Сил нет совсем. Неужели я вот так закончу? Не нужно было разделяться с группой. Хотя, если бы не разделились, то полегли бы все сразу. Миссию я не выполню. Уже не в состоянии встать.
Патроны на исходе. Стоило оставить хоть один для себя. Не хочу дать этим тварям возможность увидеть то, как я помру.
Уже думал закрывать глаза, да прижаться бесконечно вечному, как заметил на горизонте парня. Он бежал в мою сторону. Мародёр, наверное. Ну что ж, может хоть он даст мне возможность уйти достойно.
Я ошибся.
Молодой парнишка. Лет 25. Огляделся вокруг, подкрался ко мне и спросил:
- Эй, дружище. Идти сможешь?
Я опешил.
- Эм... Да, попробую. Но нога сломана.
Откуда-то силы прибавились и я приободрился, хотя и кровушка моя продолжала вытекать тонкими струйками, но пришлось взять себя в руки.
Парень снял с меня жилет и помог мне подняться. Подхватил меня за плечо и потащил во все ещё не рухнувший дом.
Там он положил меня на кровать, достал из рюкзака бинты, нить с иглой и спирт. Обеззаразил раны, быстренько заштопал и перевязал. Мастер своего дела. Боли я почему-то не чувствовал, наверное, он вколол обезболивающее или что-то типа того. Затем он приступил к ноге.
Когда я посмотрел вниз,осознание ко мне пришло быстро,предстоит работа побольше. Теперь все ясно. Открытый перелом. Вокруг раны обломки костей и кровь продолжает сочиться. Далее взгляд упал на его рабочий стол. Скальпель, дробилка, бинты, иглы. Стоит просто закрыть глаза и не смотреть.
Затем я вырубился.
Очнулся я уже на диване с самодельным гипсом на ноге,боль начала ко мне возвращаться спустя пол часа после моего пробуждения. И болело просто всё. Адски.
В таких условиях грех жаловаться. Тем более, док "прописал" мне мазь. Сказал, что быстродействующая собственного производства.
Затем он накинулся на меня с вопросами. Кто я, откуда, что значит патч на моём снаряжении и многое другое.
Не было смысла отнекивается. Сейчас уже всё равно.
И я рассказал ему всё.
О нашей организации, чем она занимается, кто такие ликвидаторы, что тут вообще происходит последние два года и почему все пошло не по плану.
Он сидел, слушал не отводя взгляда, даже не моргая. Понятное дело, был в шоке.
После того, как док дослушал, он встал со стула и спросил:
- И что теперь? Что нам делать дальше?
Я незамедлительно ответил:
- Нам ничего не нужно делать. Я вам весьма благодарен док. Вы меня заштопали просто великолепно. Я переконтуюсь у вас несколько дней, вы что-нибудь подшаманите с моей ногой и я пойду дальше. Вы хороший человек. Надеюсь, что мы с вами встретиться после того, как ликвидация закончится. Очень жаль, что вы меня не вспомните.
Док: - "Почему не вспомню? У меня хорошая память. Я всё-таки врач."
Власов: - "После ликвидации мы соберём всех людей вместе и введем каждому амнезиак. Наши сотрудники изменят ваши воспоминания, создадут для вас новую историю и вы ничего не будете помнить о том, что тут происходило. Но это будет не скоро... Совсем не скоро. Сначала нужно избавится от всех аномалий, затем отстроить заново все города, наладить инфраструктуру."
Док поник. Было видно, что он хочет сохранить свою историю. Этого хотят все, чью жизнь переписывают.
Док: - "Такое ведь уже было, да? Что-то похожее."
Власов: - "Это совсем не важно. Но да, ты прав. Такое событие происходило неоднократно. Мы не можем это предотвратить. Очень много людей умирают, но у нас, все время удается воссоздать новую популяцию. Есть предчувствие, что когда-нибудь нам не удастся. Но это уже совсем другой разговор.
Сочувствую, Док.