Часто бывает, что за какими-то громкими новостями теряются другие яркие события. То политика меркнет на фоне терроризма, то терроризм на фоне политики. Главными новостями марта 1989 года в Советском Союзе стали первые частично свободные выборы народных депутатов СССР. 26 марта проходили сами общие выборы, приковавшие внимание публики. А за ними – подсчет голосов, подведение итогов и осмысление произошедшего. Набирали обороты «гласность» и «перестройка». Всю неделю подводили итоги выборов и обсуждали, пожалуй, только их. На их фоне практически незамеченной прошла операция по обезвреживанию террориста, захватившего пассажирский самолет.
Офицеры Группы «А» с 30 по 31 марта не вникали в политические расклады, а обезвреживали террориста в Баку. Практически голыми руками!
Уроженец Керчи Станислав Скок, 1956 года рождения, находился во всесоюзном розыске по обвинению в хищении крупной суммы денег и, оказавшись на борту Ту-134 (тогда не было единых компьютерных баз данных), сообщил о присутствии двух его сообщников на борту и взрывного устройства в грузовом отсеке. Под угрозой дистанционного подрыва бомбы Скок потребовал 500 тысяч долларов и право вылета за границу. После получения данной суммы он планировал улететь в Пакистан.
Под предлогом того, что топлива в баках только до Баку, самолёт приземлился в столице Азербайджана. В работу включилась Группа «А». Операция проводилась по всем правилам антитеррористической науки, с тем расчётом, что у преступника может быть как настоящая бомба, так и сообщники.
Операцию, в ходе которой Скок был арестован, проводил командир группы «А» Герой Советского Союза Виктор Федорович Карпухин. Действовали быстро и умно.
Одна группа захвата проникла по пожарной лестнице в кабину пилотов, другая, под шум разгружаемого багажа, в хвостовой отсек. На борт поднялись два сотрудника, переодетых в форму лётчиков — «сменный экипаж». А дальше... террорист даже не понял, что произошло.
В этот раз Группа также сработала ювелирно, мгновенно обезвредив преступника без применения оружия. Разумеется, без потерь и пострадавших.
Участник той спецоперации, ветеран подразделения антитеррора «Альфа» Виталий Демидкин вспоминает, что действовать приходилось в условиях повышенного риска, так как не было ясно, сколько человек участвовало в захвате самолета на самом деле.
«У нас была боевая тревога в связи с тем, что в Баку захвачен самолет одним террористом. Как правило, террористы ведут себя так, что проявляется один, а сообщники сидят в салоне. Но в данном случае действительно был всего один террорист, хотя мы и были предупреждены, что, возможно, действовала группа, с огнестрельным оружием и взрывным устройством», – рассказывает ветеран «Альфы».
Виталий Демидкин работал в группе, проникавшей в самолет через кабину пилотов.
«Еще на подлете к Баку было четко определено, кто с каких направлений действует. Я был в группе, которая штурмует самолет из кабины пилота: я шел первым, за мной еще два сотрудника. К этому моменту в салон уже поднялись два офицера, находившиеся в Баку и переодевшиеся в форму летчиков. Собственно, с поднятия их на борт мы начали действовать, проникать в салон из кабины пилота и из багажного отсека. Получилось очень быстро», – вспоминает ветеран группы «Альфа».
«Те сотрудники, которые по трапу зашли переодетыми в форму летчиков, моментально блокировали этого человека. Мы проскочили мимо и в салоне уже давали общие команды: руки за голову, нагнуться, а также спрашивали у пассажиров, есть ли у него сообщники. Никто ничего ответить не мог, поэтому всех сопроводили вниз по трапу, а первым, конечно, того человека, который диктовал требования и сказал о своих намерениях взорвать самолет», – рассказал Виталий Демидкин.
Любопытно, что из-за экстренности ситуации подразделению антитеррора пришлось использовать не спецтехнику, а подручные средства. К примеру, использовали обычную пожарную лестницу с крюком.
«Мы хотели проникнуть внутрь при помощи фала, который был сброшен, но в итоге воспользовались лестницей, так как она намного облегчила наше проникновение в кабину пилота. В грузовом отсеке сотрудники разгрузили вещи, которыми он был заложен, и под шум винтов проникли внутрь, затем выскочили из люков в хвосте. Все было отработано на автоматизме и закончилось успешно», –
заключает Демидкин.