Всё жду, когда Александр Александрович Бушков выпустит шестую часть своей серии «Остров кошмаров» про Англию, надеюсь там будет немало интересных и смешных вещей, ну, а пока перечитываю старенькие издания – предыдущие пять частей.
Оказывается, я много чего пропустил в своих предыдущих обзорах указанной серии, и вот вновь возвращаюсь к этим книгам, несколько из-за желания подловить уважаемого мною писателя на очередных нелепицах, надеюсь больше заполнить пробелы собственного образования.
«Плаха и корона», глава «Шерше ля фам», царствование Карла II Стюарта.
«Как-то в парламенте принялись обсуждать, не брать ли с актеров особый налог. Эту идею отвергли, заявив, что актеры «служат на потеху королю». Один из парламентариев, некий сэр Ковентри, явно оппозиционно настроенный, громко уточнил с места: кто именно служит королю на потеху, актеры или актрисы? Дошло до короля, и тот обиделся. Другой бы на его месте самое малое засадил бы наглеца в Тауэр, но Карл, в общем, был не кровожаден и не тиранствовал. Но и обиду спускать не хотел. Несколько его приближенных, знатных повес, ночью напали на сэра Ковентри и отрезали бедолаге нос…»
Любопытно, это с целым «сэром» какие-то забулдыги так обошлись? Откуда это вообще взялось? Увы, как обычно, Сан Саныч не балует своего читателя ссылками на источник, да и имен шалунов не называет. Кстати, вот он сэр Уильям Ковентри (1627-1686), как видим, всё у него на месте. Известный роялист, после падения монархии обретался во Франции, чуть позже вернулся, жил тихо, но с воцарением Карла II, был сразу же назначен секретарем герцога Йоркского (Джеймса Стюарта). Богач и финансист, слегка коррупционер (подозревали, но доказать не смогли), уважаемый деятель правительства.
В Тауэре, он между прочим, всё-таки немного сидел – по официальному поводу, как это ни странно, некоторым образом, связанному с театром. Джордж Вильерс, 2-го герцог Бэкингем (сын известного временщика), был давним политическим противником Ковентри, и в одной из своих пьес высмеял своего оппонента, умышленно желая получить вызов на дуэль. Ковентри сорвался, вызов послал – и попал ненадолго в тюрьму, будучи исключен из правительства. Хм, если только за вызов можно было угодить в Тауэр, то, что же на самом деле могла ждать группу лиц, разбойно и подло нанесших увечья не последнему человеку в королевствах?
Настоящая причина падения сановника, конечно, не в этом дуэльном вызове. Ковентри был ярым противником союза с Францией, он так и не смог простить французам, отсутствие должной (по его мнению) поддержки Карлу II во время изгнания. А вот Бекингем состоял в партии с противоположенными взглядами, и эта партия брала верх, вскоре после политического краха сэра Уильяма Ковентри, 1 июня 1670 года был заключен Дуврский мирный договор, находись Ковентри на своем месте, он мог бы существенно осложнить ситуацию.
Влияния в обществе, в целом, этот джентльмен не утратил. Да, он вскоре и ко двору вернулся, скончался же Ковентри в 1686 году в почете и уважении, нос, естественно, также был при нем.
Рассмотрим другую цитату из этой главы, здесь одна любопытная ошибка, которая случается, если бездумно работать с иностранным текстом через гугл-перевод.
«Франциска Стюарт была особой своеобразной и, как бы поделикатнее выразиться, весьма любвеобильной. В красавицу были влюблены и Карл, и его родной брат герцог Йоркский, и двоюродный брат короля герцог Ричмонд.»
Не буду особо придираться к «Франциске», но лучше бы все-таки назвать ее Френсис. Итак, эта любовница короля стала третьей женой упомянутого здесь же 3-его герцога Ричмонда – Чарльза Стюарта (1639-1672). Вот только герцог Чарльз, не двоюродный, а четвероюродный брат короля Карла, по мужской линии. Может быть по женской линии герцог двоюродный брат?
Отнюдь, матерью Чарльза была Екатерина Говард (?-1650), кстати, очень смелая дама, вместе со своим вторым мужем (овдовев после гибели Джорджа Стюарта, отца герцога Ричмонда) она пыталась спасти из лап парламента Карла I, но безуспешно. Но откуда же тогда взялось это странное уточнение – «двоюродный брат»? А всё потому, что гугл-переводчик, термин «кузен» на русский язык упрямо переводит именно как «двоюродный брат».