29 марта мы вспоминаем советскую актрису, писательницу-мемуариста и театроведа Тамару Владиславовну Петкевич, родившуюся в этот день в 1920 году.
Тамара Владиславовна одарена Богом так щедро, как мало кто на этой земле. Это удивительная личность,
— так однажды сказал о ней драматург Леонид Зорин.
Широкую известность Петкевич обрела благодаря книге «Жизнь — сапожок непарный», над которой трудилась долгие годы после 7 лет заключения в лагерях. Книгу опубликовали в 1993 году, перевели на пять языков, переиздавали несколько раз, по ней ставились спектакли, снимались документальные фильмы. Писательница получила ряд литературных премий, а после выхода первой книги написала еще несколько («На фоне звезд и страха» и «Шепот пепла. Письма Александра Гавронского»).
Кинорежиссёр Эльдар Рязанов отозвался о мемуарах так:
Я открыл, понял, что это будет про ГУЛАГ и подумал: что я могу ещё прочитать про ГУЛАГ после Солженицына, Шаламова, Гинзбург? Но дальше я не мог оторваться, я плакал, и сейчас, когда вспоминаю свои впечатления — это невозможно, это невероятно. Я верю каждой фразе, каждому слову, которые написала Тамара Владиславовна в своей книжке, и думаешь: сколько пережила эта женщина!
На ее долю выпало немало испытаний, которые она пережила с мужеством, –расстрел отца, лагеря, лесоповал, голодная смерть матери и младшей сестры в блокадном Ленинграде, потеря сына, рожденного в заключении и вынужденно отданного навсегда. Отца, бывшего поляком, расстреляли в 1938 году по так называемому Списку польских шпионов № 54. Об этом Тамара Владиславовна узнала только в 1990-х, а до этого семья получала ложные сведения о его участи. Саму Тамару Петкевич вместе с мужем Игорем Петровым арестовали в 1943 году по обвинению в контрреволюционной деятельности. Тогда-то и наступила самая трагическая глава жизни, о которой она поведала в книге, слогом полным чувств и тепла к людям, разделявшим ее судьбу.
Эта книга могла возникнуть только потому, что во мне жила неотменимая потребность вернуть в жизнь хотя бы некоторые имена, обстоятельства прежних лет и судьбы ушедших людей. Эти люди мучились, страдали и погибли, не реализовав своих богатейших возможностей. Их мужество, человечность, их дружба сформировали и спасли меня. Спасли тогда, когда спасение казалось невозможным,
— написала она в кратком предисловии к первому изданию.
После реабилитации в 1957 году Петкевич закончила театроведческий факультет Ленинградского института театра, музыки и кинематографии и работала в ленинградском Доме художественной самодеятельности заведующей репертуарным отделом. Не имея права на театральные высоты, многие годы она занималась самодеятельными театрами. Будучи членом худсоветов, боролась за все живое и талантливое, что было тогда в этих театрах, не позволяла запрещать спектакли. Работала в Доме творчества слепых, давая незрячим возможность проживать наполненную жизнь.
Хорошо знавшая ее литературовед Ольга Рубинчик писала:
Вокруг Тамары Владиславовны было множество людей. Я никогда не видела, чтобы человека так любили. На дни ее рождения съезжались родные и друзья не только из разных городов России, но и из разных стран. Перед ее благородством, талантом, красотой, «вечной женственностью» преклонялись, перенесенные ею страдания вызывали немедленный отклик, желание что-то для нее сделать — она умела все это царственно и благодарно принять, но дело не в этом! Царственность, потребность в признании, идущая, может быть, от подлинно актерской сути, — лишь одна из сторон этой великой женщины. Ее не любили бы так преданно, так многолетне, если бы не ее глубинная потребность в людях, не самоотдача, равной которой мне не приходилось видеть.
Кроме того, писательница оставила огромное документальное наследие: книги, открытки, тетради и письма, хранящееся в Центральном архиве литературы и искусства, в петербургском Музее политической истории России, в московском Музее истории ГУЛАГа и в музеях северных городов, где она была в лагерях или в последующей ссылке. Среди них не только ее личные документы, но и множество материалов ее близких друзей, знакомых, солагерников, их жен, детей и внуков. Все фотографии, открытки, телеграммы она бережно хранила, дабы память об этих людях не исчезла бесследно.
Тамара Владиславовна Петкевич скончалась 18 октября 2017 на 97 году жизни, будучи ярким примером человека, испытанного жизнью и сберегшего живость души. Незадолго до смерти она успела поделиться своими воспоминаниями в интервью проекту «Мой ГУЛАГ».