Не так давно я обнаружил, что за последний год аудитория моих соцсетей совокупно выросла больше чем в 2 раза. Поэтому, наверно, пришло время подробнее рассказать о себе.
Всегда представляюсь как «Врач скорой помощи, педиатр». СМП не зря стоит на первом месте, поскольку я в первую очередь именно Врач скорой помощи. Свою карьеру на 03 я начинал в далёком 2008 году, в возрасте 19 лет, ещё санитаром (да, тогда на 03 были санитары). Буквально через полгода получил диплом о среднем профессиональном образовании и начал работать фельдшером выездной бригады на Городской станции скорой медицинской помощи города Санкт-Петербурга.
Большая часть по-настоящему диких историй с работы, известных как «Байки со скорой», относятся как раз к этому периоду. Тогда же я поступил в Педиатрический университет на педиатрический факультет. Всё это время продолжал трудиться на 03 (до сих пор удивляюсь, как вообще удалось выжить).
Карьерный «рост» на скорой помощи в СПб возможен в двух направлениях. В сторону повышения интенсивности и сложности работы — реанимационные и специализированные бригады. И в сторону более спокойной работы — «неотложка». Или ОСМП при поликлинике. По стечению обстоятельств (как я сейчас считаю, счастливому) в 2014 году я начал работать на детской неотложной помощи Калининского района. Сначала тоже фельдшером, а после получения диплома — врачом.
Детская неотложная — достаточно специфическое место. После 03 — это настоящий курорт и место, где можно спокойно встретить старость! Пациенты не находятся в состоянии алкогольного и наркотического опьянения. Не пытаются тебя убить (в большинстве случаев). Чисты и невинны во всех смыслах слова. А если случается «конфуз», у них есть родители, которые с этим быстро справятся.
Работа на неотложной очень похожа на работу участкового педиатра. При этом значительно более динамичная. Наши пациенты в среднем значительно более тяжёлые. На однократную рвоту или температуру 37 мы тоже приезжаем, но редко. При этом на ОСМП значительно меньше бессмысленной бумажной работы.
При этом у врача детской неотложной, в отличие от участкового педиатра, есть чемодан с медикаментами, небулайзер, фельдшер, водитель и машина с мигалками. И всем этим регулярно приходится очень активно пользоваться. При этом я, например, по долгу службы никогда не составлял календарь вакцинации. Мне до сих пор приходится каждый раз подглядывать в документы, чтобы отвечать на вопросы о прививках. Зато я могу в красках рассказать, как выглядят реальные клинические случаи заболеваний, от которых можно было вакцинироваться, но по какой-то причине это сделано не было...
На работе я научился самому главному навыку — быстро и чётко объяснять, что делать с ребёнком в момент, когда он болеет. Официально СМП вообще не оставляет никаких рекомендаций. Но есть нюанс: я уже приехал, осмотрел ребёнка. Выявил, что показаний для госпитализации (и введения препаратов из оранжевого чемодана) пока нет. В целом я могу вообще ничего не говорить, только оставить «актив на поликлинику». НО!
Родители вызывают скорую на рвоту, жидкий стул, температуру, кашель (повод обычно «задыхается») не потому, что хотят поиздеваться над бригадой, а поскольку они не понимают происходящего и что нужно делать. А я понимаю и уже приехал. При этом есть совершенно официальные 15–20 минут, которые можно потратить на объяснения.
Работа на неотложной организована так, что если на один и тот же адрес, пока ты на смене, поступает повторный вызов, едет та же бригада. То есть плохо объяснил — получи повторный вызов! Это мотивирует либо объяснять хорошо, либо всех поголовно госпитализировать вне зависимости от наличия показаний. Как вы понимаете, я выбрал первый путь.
По этой причине мой опыт может несколько отличаться от, например, врача, который работал в поликлинике или стационаре. А значит, и информация, которую мы с коллегами даём, будет если не разной, то «под разным углом».