Ветер перемен. Глава 15.
Через месяц Иван уехал, а Оля связалась с одной из клиник в Москве. Узнав сумму процедуры начала метаться в поисках денег. Основу составили деньги, оставленные мужем ей на пропитание, кое-что заняли друзья и родители, но денег всё равно катастрофически не хватало. Переселив себя, она пришла на поклон к свёкрам, зная, что кое-что они сумели скопить на старость.
-Я всё верну, -шмыгала она носом, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слёзы, разговаривая с Анной, -вот Иван вернётся, и мы отдадим.
-Маленькая ложь за собой большую ведёт,-вздохнув ответила ей свекровь,- наворотишь дел, всю жизнь расхлёбывать будешь, стоит ли ребёнок этого? Подумай ещё раз, в конце концов можно отказное дитя взять, тут я помогу, выберем здорового ребёночка.
-От детей просто так не отказываются, мало ли что там у него по генетике! Неизвестно, что из него вырастет! –непримиримо ответила ей Оля.
-На минуточку, ты от донора рожать собралась, его генетика не беспокоит?
-Вы просто скажите мне, дадите денег или нет? А отговаривать меня не нужно, я уже всё решила!
-Оля, мы же не враги тебе, ты пойми, процесс ЭКО не быстрый, если всё получится, как ты объяснишь свою беременность Ивану, ведь срок совсем небольшой будет? Он не дурак и считать умеет?
-Там придумаем что-нибудь, давайте решать проблемы по мере их поступления! Значит я на вас могу рассчитывать?
-Да-тихо ответила ей Анна.
Замечали ли вы тот факт, что когда человек замысливает дурное, перед ним словно все двери открываются? Вот и Оля, собрав нужную сумму уехала в Москву, чтобы начать подготовку к процедуре. Тут во всякое поверишь и в происки дьявола в том числе, иначе как объяснить тот факт, что Ивану удалось вырваться на несколько дней домой перед финальной процедурой ЭКО.
Не иначе сам вершитель судеб свою руку приложил, но всё прошло, как по маслу, эмбрион был подсажен, прижился и вернувшегося из командировки Ивана встречала уже беременная жена. Ни тени сомнения не возникло у него, лишь бесконечная радость плескалась в его глазах, заставляя работать больше, расширять бизнес, чтобы создать небольшую империю для будущего наследника.
Сын. Такое короткое слово, всего три буквы, казалось бы, но как много значат они для отдельного человека. Он окружил Олю бесконечной заботой, не давая ей делать ничего, словно была она вазой из тонкого стекла, которая легко могла разбиться от малейшего ветерка.
Нося ребёнка Оля расцвела, налилась женской силой, как краснобокое, сладкое яблочко на зеленой ветке. Анна, оберегая её покой про деньги, данные ей на ЭКО не напоминала, а после и вовсе простила долг, считая, что рождение внука дороже всяких денег.
Казалось бы, жизнь налаживается, Полина дохаживала последние дни перед родами, страна, потихоньку, отряхивая свои колени, поднималась и распрямлялась в полный рост.
В начале декабря 1999 года Полина родила здоровую, щекастую девочку, которую назвали Софией. Новоиспеченная бабушка переселилась к дочери, чтобы помочь с ребенком на первых порах. Анна, словно снова вернулась в то время, когда на свет появился Иван, с умилением она смотрела на крохотные пальчики внучки и с упоением целовала её розовые пяточки.
-Может и правильно, что я Оле помогла, родится малыш, семья станет крепче только,-утешала она саму себя, всё ещё переживая за обман сына. Впервые Новый год встретили они не большой компанией, как обычно, а врозь, Николай в одиночестве, Иван и Оля вдвоем, Нюра в компании соседок, а Анна с дочерью и зятем. Новый, 2000 год сулил надежды, встречали его на эмоциональном подъёме, верилось, что дальше всё будет хорошо.
Лишь один Иван был задумчив, видения, приходившие во снах, были не радужными. Весь 1999 год он провел, как в аду, видел во снах взрыв грузовика в Буйнакске рядом с пятиэтажным жилым домом, в котором проживали семьи военнослужащих, не обошли его во снах и взрывы в Москве и Волгодонске и всюду среди погибших были дети, дети, дети.
Он просыпался в поту и долго лежал с открытыми глазами, пытаясь вернуться в реальность. Страх поселился в его жизни, страх потерять долгожданное дитя и лишь нащупав рукой тихо спящую рядом Олю и её живот, он успокаивался.
-Не бойся, маленький, я сумею тебя уберечь,- шептал он, веря, что сын его слышит. Тонкая нить любви связала его с ещё не рождённым сыном и ничто не могло её разорвать.
В июне 2000 года в своем родном отделении Анна лично приняла своего первого внука. Не совсем своего, конечно, но всё равно облегченно выдохнула, узнав, что Илья, так назвали его родители, полностью здоров. Жил в ней подспудный страх, боялась она даже, будучи медиком, процедуры ЭКО, не верилось в то, что человек решился вмешаться в богоугодные дела.
Целый месяц суеверная Оля никому не показывала сына, боясь, что сглазят. Иван над ней подсмеивался, но уступил желанию жены, чтобы лишний раз не волновать, погрузившись с головой в новый проект - компьютерные клубы в городе. Через сорок дней по настоянию свекрови Оля организовала «кашу» для самых близких, привезли даже бабу Нюру из Елошного.
Сухонькая старушка, завернула мальчика в вывернутый шерстью наружу кожух и обнесла по квартире, приучая малыша, таким образом, к семейному очагу. Оля всё порывалась забрать у неё ребёнка, боялась, что слабые, старые руки его уронят, но удерживая мужем смирилась.
-Ничего с Ильюшкой не случится, не бойся! -шепнул ей на ушко муж, успокаивающе гладя её по спине. После обхода Нюра достала младенчика из кожуха и положила в кроватку приспособив рядом с ним новенький молоток.
-Это ещё зачем? –рванулась к ребенку мать,- на нём же одни микробы! -выкрикнула она, стараясь подавить в себе начинающуюся истерику. Её раздражали все эти улыбающиеся вокруг люди, ей хотелось спрятать, укрыть сына ото всех.
-Экая ты беспокойная, -с укоризной сказала Нюра, качая головой, -этак ты свихнешься быстро, если как наседка над ним кудахтать начнёшь. Ничего с мальцом не случится, ежели рядом с ним молоток мой полежит, традиция такая есть, ложить рядом с ребенком инструмент какой, чтобы счастливую судьбу привлечь. И прабабка так делала и мать моя, да и я тоже.
-То-то и видно счастье ваше, раз вы единственную дочь свою на мать кинули ради штанов,- выплюнула из себя Оля, беря сына на руки. Повисла неловкая тишина, ошарашенные гости не знали, что сказать и лишь переглядывались между собой. Ситуацию попыталась исправить Анна, деланно засмеялась, словно услышала самую веселую шутку на свете, засуетилась, захлопотала, приглашая гостей к столу, накрытому в соседней комнате.
-Постой-ка, девка,- остановила Нюра Олю, которая хотела уйти вслед остальным, - чужие грехи под очами, а свои за плечами, да? Думаешь всё шито-крыто у тебя? Нет милая, прежде чем других судить, на себя погляди, в венце ты черном девка, за всё ответ держать придётся, - сказала она и громко, девушка не ожидала такого звука из уст хрупкой на вид старухи, крикнула:
-Коля! –и добавила, когда он пришел:
-Отвези-ка меня взад, в Елошное, душно мне здесь, продыху не хватает, задыхаюся. Ни просьбы дочери, ни запоздалые извинения Оли и её родителей не могли умаслить суровую старуху. Поджав губы и пригрозив пальцем Анне, она уехала. После её отъезда праздник как-то не задался и все быстро разбежались по домам, оставив молодым родителям щедрые подарки для новорожденного.
-Что на тебя сегодня нашло? –спросил её Иван, проводив последнего гостя, -чего ты к бабе Нюре моей прицепилась, старый же человек, могла бы и потерпеть.
-Никого я терпеть не собираюсь! –шёпотом огрызнулась Оля, укачивающая малыша в люльке, -если бы ты знал, как мне достался этот ребёнок, ты бы вёл себя иначе!
-В смысле достался? Оля, тысячи женщин ходили беременными, рожали и ничего! В том и предназначение женщины, выносить и родить дитя или я чего-то не понимаю?
-Ничего ты не понимаешь!
-Так объясни, Оля! –потребовал Иван, но она, вымученно посмотрев на него, вышла. Тот подошел к ребенку, Илюшка спал, голубые венки просвечивали на его веках, маленький ротик недовольно морщился, малыш видел сны.
-Сладких снов тебе, малышок! –прошептал мужчина, приглушая свет настольной лампы.
В темную ночь августа 2000 года Иван, спавший теперь отдельно от жены, проснулся, увидев один из самых страшных своих снов. Он был настолько реалистичным, что ему показалось на миг, что он почувствовал над собой многокилометровую толщу воды, спертый воздух и ужас, охвативший людей.
-Да что это такое! Господи, избавь меня от этих ведений, не могу я больше с этим жить! Дай знак мне, что я должен с ними делать? Что ты хочешь от меня? Он опустил ноги с дивана, шатаясь встал и шаркая ногами прошёл на кухню.
Сунув голову под кран с холодной водой, постоял так несколько минут, чувствуя, как стекают струйки без того влажной спине под шелковой пижамой. Под ногами мигом образовалась маленькая лужица, не обращая на неё внимания, он закрутил кран и отошёл от раковины.
Мягко чмокнул дверцей большой, импортный холодильник освещая его мокрое от воды лицо, рука сама собой потянулась к темной бутылке с виски, которую он почему-то хранил здесь, а не в баре. Иван налил пахучую жидкость в стеклянный, низкий бокал и подошел с ним к окну.
На улице было темно. Одинокие фонари перемигивались друг с другом, где-то вдалеке шумел никогда не спящий перекрёсток. Он прислонился лбом к холодному стеклу, отдавая ему свою боль. Тихо капала вода из неплотно прикрытого им крана, зеленым цветом светились электронные часы на стене.
Утром из новостей он узнает, что 12 августа 2000 года, произошла самая страшная катастрофа в истории российского подводного флота — в Баренцевом море погибла атомная подводная лодка К-141 «Курск». По главной версии, озвученной позже, на крейсере взорвалась торпеда, однако почему это произошло — никому было неизвестно.
Я тут с годами немного напортачила, здесь исправлять не буду, а в тексте исправила (не исторических событий, а даты в жизни героев). Прошу понять и простить)