Капитан, заядлый охотник, с любовью готовился к открытию долгожданного сезона. На добротном столе, установленном в большой ограде, под навесом, рядом с самодельной жаровней, лежало начищенное до блеска ружьецо, в дружной компании с гранёным стаканом и пол-литровой бутылочкой холодненькой водочки, после жаркого рабочего денька, в успокоительной вечерней прохладе.
«Поликарп» не ждал гостей. Переодетый в полосатую майку и смешные, узкие, чёрные рейтузы, неприлично выделяющие проблемные места, он блаженно отдыхал, положив свои пухлые ручки на большое пивное пузо.
Когда подкатила «шестёрка», Бормотов даже не обратил на это внимания. Обычно в это время его уже никто не беспокоил.
Ограда оказалась, однако, запертой, но Антон Капитонович перемахнул через высокий забор.
– Э-э! – увидел жирный мент, тяжело поднимаясь на ноги-колодки. – Ты чего это творишь?! Мог бы позвонить!
– Не хочу ждать, товарищ капитан! – честно ответил младший лейтенант.
– Что, что-нибудь этот дьявол в ангельском обличье снова натворил?! – заржал Андрей Поликарпович, предвкушая сенсационный материал. – Раз уж замуж невтерпёж! Не прошло и полгода! А я говорил тебе!..
– Слушай, капитан, сюда! – и Тарасов толкнул толстяка в кресло-качалку, отчего он грузно бухнулся в него, как в корыто, напуганно и недоумевающе, а сам завис над ним сверху.
– Ты чё себе позволяешь, сопляк?! – взорвался жирдяй. – «Ромашку» захотел?!
– Это я тебе устрою «ромашку»! – прошипел Антон Капитонович. – Ты зачем Пороховых шьёшь?! Я знаю всё!
– Ха-ха! – снова засмеялся Бормотов. – На понт берёшь?! Тебе ничего неизвестно! И кто поверит?!
– Подполковник Зверев! – зло прошептал Тарасов. – Уже пиши рапорт!
– Послушай, дорогой! – залебезил «Поликарп». – А оно тебе надо?! Ты кто?! Всего лишь районная крыска! Младший лейтенантик! Даже не начальник! Пешка! Ну, ты меня уже утомил! А ну, встать по стойке «смирно» перед капитаном милиции!
– Не встану! – отказался выполнять поданную команду вспыхнувший коллега. – А тебе это всё зачем, Андрюха?! Если узнают, трибунал!
– А надо ещё доказать, Антоша! – в усмешке сказал поганый ментяра. – Я открою миру тайну! Порохов – потенциальный преступник! Сам говорил тебе! Таких, как он, надо жечь заживо! Ну, ничего! Вот изнасилует девочку, тогда сядет! А ты будешь разжалован! Лучше молчи, молокосос! Зверев хоть и зверь, а покорится мне! У меня-то своя теория вероятности!
– Ты ещё та сволочь, капитан! – процедил Антон Капитонович и уже хотел как следует вмазать по лоснящейся капитанской морде, но замер. – Ладно! Поеду я! – вдруг решил он.
– Вот-вот, – тихо одобрил тайный подстрекатель, десятикратно виновнее в совершении правонарушения, чем тот, который его совершил. – Давно пора! И не пересекай мне дорогу, Капитоныч! Нам с тобой эти проблемы ни к чему!
– Проблемы будут у тебя! – пообещал неопытный младший лейтенантик, уходя с чужой территории, через двери, в сердце которой покоился миленький холостяцкий домик.
– Это мы ещё посмотрим! – насупился «Обормот» и фальшиво-высоко пропел строчку из детской песенки: «Из чего же, из чего же, из чего же сделаны наши девчонки?»
Ух как не хотелось капитану-подлецу больше пересекаться с Тарасовым! А он и не будет!
Не забывая о Жанночке, Капитон, по приезде домой, поставив служебную технику в машдвор, набрал её домашний номер. Девушка жила с мамой-хирургом и папой-рентгенологом. Это была врачебная семья. Однако Синица не пошла по родительским стопам, а выучилась на секретаря-машинистку, заживо похоронив себя в бумажной могиле. К телефону подошёл строгий отец.
– Да! Я слушаю! – громко и манерно сказал хозяин трёхкомнатного фамильного гнезда. – Синица у аппарата! Добрый вечер!
– Добрый! – ответил Капитон. – А Жанну можно услышать?
– Жанну Давидовну?! – уточнил состоятельный врач.
– Да! – прозвучало в стационарную трубку.
– А хто её спрашивает?! – спросил любопытный папаша, не разрешающий совершеннолетней дочке гулять по вечерам, особенно после десяти.
– Коллега! – представился младший лейтенант. – По работе! Тарасов!
– Ах, вот оно что! – вдруг оживился повелитель рентгеновских лучей. – Сейчас позову! Жанночка Давидовна постоянно о вас только и говорит! Вы ведь Антон?!
– Да-да! – резко прокричал повеселевший милиционер и услышал уже отдалённое: «Доченька! Твой молодой человек! На проводе! Подойди, пожалуйста!»
Продолжение следует...