Что говорят чаще всего про эту барышню?
История — пишется победителями;
История — не знает сослагательного наклонения;
История — нас учит тому, что ничему не учит.
Как сплошь и рядом получается с «красивыми» афоризмами, они плохо стыкуются с реальностью.
Пишется победителем?
Самая старая европейская «История», созданная Геродотом, написана представителем победившей стороны: греки ведь одолели персов. Правда, родной для автора Галикарнас сражался за персидского царя, но это мелочи.
Вторая из «Историй», созданная Фукидидом, написана побежденным — представителем Афин, которые проиграли Пелопоннесскую войну со Спартой. Надо сказать, и Геродот, и Фукидит старались освещать события с разных сторон.
Зато парфяне, уничтожившие легионы римлян в битве при Каррах, и германцы — в Тевтобургском лесу, своих историй не оставили: все, что известно, известно со слов побежденных.
Почти таким же образом обстоит дело и с Батыевым нашествием на Русь: противник (в «Сокровенном сказании») писал об этих событиях немного и путано, так что наш самый содержательный источник — русские летописи.
Так кто же на самом деле пишет историю? Тот, кто умеет и любит писать. Тот, чья культура «заразительна» и привлекает соседей, потомков. С балансом поражений и побед это не всегда коррелирует. Сколько раз варвары покоряли Китай?
Если же обратиться к относительно недавним событиям, то очевидно: свою историю пишет каждая сторона, будь то Столетняя война или Тридцатилетняя. Попытки заткнуть рот побежденным, если и предпринимаются — проваливаются. Гражданскую войну нельзя было описывать иначе, как с точки зрения «красных»… в отдельно взятой стране и всего семьдесят лет. И что случилось далее? А в зарубежье «белая» версия была влиятельна с самого начала.
Такова психология человека разумного. Если сегодня модно освещать события с одной точки зрения, завтра — начнут набирать популярность адепты другой.
Не знает сослагательного наклонения?
Чем дальше человек от истории, тем выше вероятность услышать от него сей «мудрый» афоризм. На практике же редкая историческая книга избавлена от сослагательного наклонения… Без «если бы да кабы» нельзя понять смысл развернувшихся событий и мотивы тех, кто принимал решения. Допустим, когда пишут о сдаче Москвы после Бородина — не убежать от вопроса: «а что, если бы не сдали? чем это было чревато?» Иначе сложно осмыслять исторический процесс.
Короче говоря, это утверждение опровергается опытом! Читаешь серьезные работы и видишь, как много профессионалов не оглядываются на дилетантское табу.
Учит, что ничему не учит?
Рациональное зерно тут есть: история учит нас медленно, плохо и реже, чем хотелось бы. Однако утверждение, что ничему не учит — нонсенс. Неужели, скажем, Хиросима ничему не научила?
Свойство учиться на ошибках — человеческое свойство, и история последних веков свидетельствует: учатся.
В конце концов, большинство успешных реформ были проведены именно по этой причине. Не секрет, например, что губернская реформа Екатерины II — это ответ на Пугачевский бунт. Урок был выучен, и ужасы «крестьянских войн» не повторялись до XX столетия, при этом новые учреждения очень помогли в 1812 году.
Все, что я написал, пожалуй, банально, однако мысль, противоположная банальности — как правило, ложная мысль.