Сегодня исполнилось ровно 30 лет с тех пор, как Донбасс на референдуме высказался за официальный статус русского язык

Ветеран донецкой журналистики, а ныне руководитель отдела региональных проектов МИА «Россия сегодня» Руслан Мармазов вспоминает, как в Донецке еще будущий глава государства, «красный директор» Кучма вместе со всеми хмыкал над тем, как перевести на украинский шахтерский термин «грудь забоя». Аналогов не было, и вопрос казался абсолютно понятным и практически решенным.

"На тот момент в Донбассе это не очень остро воспринималось: да, мы обозначили свою позицию, выступили, Киев это пропустил. Но, слушайте, не заставят же они нас в конце концов говорить на украинском языке. Ну как они нас будут заставлять? Ну не заменят же они технические термины? Это же промышленный регион, где терминология имеет серьезное значение", - рассказал он ИА Регнум.

Да никаких резких телодвижений не последовало. Последовали движения ползучие, и, в конце концов, это вылилось в ситуацию 2014 года и в её дальнейшее развитие, во все то, что мы наблюдаем сегодня. Корни всего этого даже не в 1994 году, они и в большие глубины уходят. Но 1994 год был все-таки показательным, - подчеркнул журналист. 

◾️По мнению Мармазова, народную волю «слила» нарождающаяся тогда новая элита, во многом вышедшая из Компартии, но стремящаяся к формированию Украины как государства с националистическим душком. 

◾️Итоги плебисцита на Донбассе стали называть «совещательным опросом», прокуратура начала процесс оспаривания законности референдума, и в конечном итоге после принятия Конституции в 1996 году он был забыт. 

◾️Тема федерализации стала запрещенной, и когда снова возникла в 2004 году, то сразу попала в разряд уголовно преследуемых.

◾️Но в народе ничего не изменилось, общественное мнение жителей Донбасса было неизменным все эти годы.

@donbassr