Софья Михайловна нервно мерила шагами небольшую кухню, поглядывая, то в окно на серое хмурое небо, то на часы, отсчитывающие минуты до возвращения дочери с работы. Старушка сутулилась, кутаясь в старенький ватник, несмотря на включённое отопление. В квартире становилось всё холоднее день ото дня, а у них не было денег заплатить за коммунальные услуги.
— Ох, Господи, что же делать? — бормотала она, горестно качая головой, — вот до чего дожили...
После того, как Софья Михайловна потеряла свою квартиру, ей пришлось переехать к дочери Ольге и её мужу Виталию. Казалось бы, какое счастье снова обрести семейное гнёздышко и быть рядом с дорогими людьми. Однако испытания, выпавшие на долю этой небольшой семьи, с каждым днём лишь множились, порождая новые ссоры и недопонимания.
— Мамочка, я дома! — крикнула Ольга, стряхивая снежинки с пальто в прихожей.
— Оля, доченька, слава Богу, ты пришла, — Софья Михайловна всплеснула руками, выбегая в коридор, — что-то Виталий всё не идёт... Не случилось ли чего?
— Не переживай, мам, он на подработке, — вздохнула Ольга, проходя на кухню и разуваясь, — задерживается уже не впервые.
— Всё, опять без денег? — нахмурившись, спросила старушка.
— Не без денег, но приходится экономить, — уклончиво ответила та, снимая плащ.
Софья Михайловна лишь горько усмехнулась и покачала головой:
— Ох, деточка, что же вы делаете? Разве можно так жить? Так и до греха недалеко, ей-богу.
— Какого ещё греха, мама? — не поняла Ольга.
— Да тут всё грех, сплошной грех! — всплеснула руками Софья Михайловна, роняя слёзы, — в таких условиях разве ребёнка можно рожать? Вы же обнищаете совсем!
Ольга ахнула, прикрыв рот ладонью:
— Так ты... Ты думаешь, что я...
— Чего ты думаешь?! — резко бросила старушка, — я всё вижу, всё понимаю! Ну как у вас может быть ребёнок сейчас? Да в такой нищете он и жить-то не сможет!
Она шмыгнула носом, достала из кармана платок и принялась вытирать слёзы. Ольга подошла к ней, присела на корточки и заглянула в глаза:
— Мамочка, успокойся, пожалуйста. Я не беременна. Пока не планировали детей из-за наших трудностей.
— Вот и я о том же! — горестно воскликнула Софья Михайловна, — разве это жизнь? В таком положении только не живут, а выживают!
— Но мы справимся, мам, вот увидишь, — попыталась успокоить её дочь.
— С чем вы справитесь? Подумать страшно, что дальше будет!
В эту минуту в прихожей хлопнула дверь и на кухню, весь взъерошенный и промокший, вошёл Виталий. Сбросив с ног тяжёлые ботинки, он шумно выдохнул и устало опустился на стул.
— Что ж так поздно, милок? — тревожно спросила Софья Михайловна, — опять у начальника вкалывал?
Виталий лишь кивнул и потёр виски.
— Вот видишь? Так пашет, что еле живой домой приходит! — вспыхнула старушка, — когда же это кончится? Когда мы нормально жить будем?
— Успокойся, мама, прошу тебя, — Ольга присела рядом с Виталием и положила руку ему на плечо, — Виталик скоро нормальную работу найдёт, вот увидишь...
— А если не найдёт? — резко перебила её Софья Михайловна, — если так и будет на подработках гробить здоровье, вы пропадёте, бедные как церковные крысы?
— Мама, не надо так, — на глазах Ольги навернулись слёзы, губы задрожали.
— Чего тут не надо, доченька? — старушка всхлипнула и высморкалась в платок, — это правда самая что ни на есть! После всего, что эти мерзавцы с вами сделали...
— Хватит меня обвинять! — не выдержав, выкрикнул Виталий, вскакивая со стула, — что ж я теперь виноват, что меня сократили?
— Конечно, виноват! — неожиданно заорала Софья Михайловна, размахивая платком, — виноват, потому что не можешь прокормить свою семью! Я теперь буду нищенкой из-за тебя, понял?!
Ольга вскочила и бросилась между ними, пытаясь успокоить и утихомирить, но взвинченная мать не слушала её.
— Я деньги копила всю жизнь, пока не лишилась квартиры! — причитала Софья Михайловна, — а вы всё своё потратили! Теперь будете сидеть и ждать, когда я помру?
— Мама, что ты такое говоришь? — ахнула Ольга, удерживая её за плечи, пока та не замахнулась платком.
— Правду говорю! — не унималась старушка.
— Да кто ж знал, что так получится! Вы и впрямь думаете, что я рад? – нервно высказал Виталий.
— А что мне думать, если у нас даже на хлеб не хватает? — со слезами кричала Софья Михайловна, — из-за тебя и я в нищету впала!
— Хватит! — оборвала её Ольга, становясь между ними, — немедленно прекратите оба! Мама, как тебе не стыдно кричать на Виталика, он же старается изо всех сил! А ты лишь обвиняешь его, хоть он и не виноват ни в чём!
— Что вы мне сделали? — рыдала старушка, утирая слёзы, — из-за вас я всё потеряла! Совсем без гроша осталась!
— Так уж ты и без гроша, — раздражённо бросил Виталий, скрестив руки на груди, — как же мы тогда платим за коммуналку? Или ты забыла, кто нас те пару раз выручал, когда были проблемы?
— Вот именно я вам помогала! — взвизгнула Софья Михайловна, — а сейчас кто мне поможет, а? Никто, ведь никто!
— Так, довольно уже ныть и обвинять всех вокруг! — не выдержал Виталий, сверкая глазами.
— Хватит! — рявкнула Ольга, вставая между рьяно ругающимися родственниками, — замолчите оба! Прекратите распри вести в нашем доме! Разве мы не одна семья? Должны поддерживать друг друга, а не грызться из-за каждой мелочи!
В кухне на минуту воцарилась звенящая тишина. Софья Михайловна шмыгала носом, печально поникнув, Виталий с хмурым лицом уставился в пол.
— Хватит, я сказала! — твёрдо повторила Ольга, решительно обводя их взглядом, — выслушайте меня хорошенько! Мама, ты была не права, обвиняя Виталия и навешивая на него ярлыки. Он делает всё что может, чтобы обеспечить нашу семью! Виталик, а ты зря кричал на мою мать — она моя мама, я её люблю и не дам в обиду. Поэтому прошу, умоляю вас — отныне забудьте все ссоры и недопонимания! Иначе из этого дома выйти придётся...
Она тяжело перевела дыхание и огляделась — муж и мать разошлись, ничего не говоря.
Но в голове у Виталия уже зарождались сомнения…
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.