Возвращаюсь к вопросам и спорам и штрафам вокруг ловли форели-беглянки.
Я писала ранее, что делала запрос в Росрыболовство о ловле беглой аквакультуры. И наконец-то мне пришел ответ.
Вопрос был построен так: чем регламентируется и как вообще быть при поимке беглой радужной форели в больших водоемах типа Ладожское озеро и Финский залив, где очень много рыбоводных хозяйств, и потому невозможно определить, кто собственник сбежавшей рыбы.
Росрыболовство как всегда начало ответ с долгого вступления с бесконечным цитированием правил о запрете у нас ловли кумжи в разных локациях аж на 3-х страницах, потом, опять же как обычно, написало, что они не занимаются разъяснением законодательства Российской Федерации, практики его применения, а также толкование норм, терминов и понятий… И лишь на 4 странице они дошли до сути. Потому я всю эту воду публиковать не буду, а приложу скрин лишь самой главной части их длинного ответа – чуда не ждите, ответ дает лишь надежду, что когда-нибудь и беглянка будет в Правилах. И споры по этому вопросу закончатся. Когда-нибудь.
Так вот.
Первое. С их точки зрения на сегодняшний момент добыча (вылов) беглой аквакультуры не регулируется Правилами рыболовства. То есть лично я это понимаю, как отсутствие статей в Правилах, которые можно считать нарушенными и выписать на этом основании протокол. Да, нельзя ловить на территории рыбного хозяйства и в 500-метровой зоне от него, нельзя превышать количество крючков на человека, нельзя ловить сетями, нельзя ловить с использованием мотора в нерестовый период – но это всё общие нарушения, которые к беглянке прямого отношения не имеют. Лови ты хоть плотву, но, если при этом эти пункты нарушены, то тебя оштрафуют. А вот именно по ловле беглой аквакультуры – по мнению Росрыболовства – ничего в Правилах нет. И уже обсуждавшийся в статье Ивана Потехина пункт Правил 10.5 – видимо точно сюда не подходит. Хотя его иногда и пытаются вписать в протоколы.
Второе. С точки зрения Росрыболовство – аквакультура, покинувшая садки, остается в собственности рыбоводческого хозяйства или переходит в собственность страховой компании (если выплачена страховка) даже несмотря на то, что нет никакой возможности доказать, что это именно та самая рыба, а не из соседнего хозяйства, сбежавшая месяцем ранее или вообще год назад. Но это уже вопрос Гражданского законодательства, не рыболовного. Это видимо та самая история, когда полиция пугала рыбаков в Черемушкино статьей УК о краже. Тут, конечно, Росрыболовство никаких пояснений не дает, ибо это уже не их раздел законов, и они просто указывают на то, что конфликт с проверяющими службами при ловле беглой аквакультуры логичнее всего будет развиваться именно в этом направлении – о нарушении норм гражданского законодательства.
И третье. Росрыболовство согласно, что существует законодательный пробел в этом вопросе и он требует решения и разработки поправок в Правилах рыболовства и Законе об Аквакультуре в целях обеспечения экологической безопасности крупных водоемов. Например установить, что аквакультура, покинувшая садки, автоматически становится федеральным водным ресурсом, федеральной собственностью. И, как следствие, автоматически возникает разрешение на ее вылов в рамках действующих Правил рыболовства – те же 10 кг в сутки на человека. Но когда это будет… неизвестно.
А пока мы продолжаем жить и ловить в законодательном вакууме, где кто во что горазд.
вариант этого же ответа, но на одном листе, нормально читается при открытии картинки отдельно или скачивании ее в комп или на телефон.