Адвокатам, назначенным защищать обвиняемых в совершении теракта в "Крокусе", стали поступать совершенно дикие угрозы вплоть до "отрезания ушей". От них потребовали отказаться от защиты обвиняемых. Ситуация крайне серьёзная, однако самим защитникам, как выяснилось, деваться абсолютно некуда.
Четверо обвиняемых в совершении террористического акта 22 марта в "Крокус Сити Холле" предстали перед судом и были арестованы на 2 месяца с возможностью продления срока ареста. Произошедшее в концертном зале трагическое событие не смогло никого оставить равнодушным - граждане горевали и оказывали всяческую поддержку пострадавшим и их родственникам.
Никто из адвокатов не захотел защищать боевиков, попавших на скамью подсудимых, поскольку все прекрасно понимали, что именно произошло, и тот факт, что у террористов нет ни единого шанса. По этой причине адвокаты обвиняемым были назначены государством. Однако вскоре им и их родственникам начали поступать всяческие угрозы и обещания расправы вплоть до "отрезания ушей". Подробнее о ситуации рассказала член Совета по правам человека при президенте (СПЧ) Ева Меркачева для mk.ru.
Меркачева объяснила, что правозащитник практически не имеет возможности отказаться от вверенного ему дела, поскольку этому препятствуют ряд нормативно-правовых обязательств.
После суда все обвиняемые были доставлены в следственный изолятор "Лефортово". Но даже в коридорах изолятора, уточняет член СПЧ, среди адвокатов велись активные дискуссии о необходимости отказаться от данного дела и сетования на коллег. Однако, как выяснилось, это невозможно.
Объясню ситуацию. Когда приходит "разнарядка" на защиту обвиняемого, там указана только фамилия. Рядом с ней не пишут справку в духе "это тот самый негодяй, убивший сотни людей". До последнего ФИО подозреваемых в страшном теракте в "Крокусе" никто не знал. И вот свободный адвокат нажимает кнопку, принимая "заявку". Всё, с этого момента он не может отказаться. Да и если бы мог, то все равно это пришлось бы делать кому-то другому. Закон есть закон. Без участия адвоката (если сам обвиняемый не отказался от него) невозможны ни следственные действия, ни судебный процесс,
- объясняет Ева Меркачева.
То есть, поясняет член СПЧ, необходимо соблюсти эту процедуру, даже если это выглядит как правовая формальность и с обвиняемыми и без того "всё ясно". Однако самое страшное в этой процедуре происходит, когда люди перестают видеть разницу между убийцей и его назначенным государством адвокатом, будто они сливаются воедино.
Адвоката обвиняемого в преступлении зачастую путают с пособником. Одни относятся к нему как к тому, кто подносил патроны и помогал резать. Другие - как к тому, кто сам не участвовал, но оправдывает, одобряет. Для людей, хоть сколько-то разбирающихся в праве, подобные измышления звучат дико. Но сколько тех, кто не смыслит в юриспруденции вообще ничего?! <...> "Ты адвокат серийного убийцы? Да ты сам скрытый маньяк, выходит". Подобные оскорбления адвокаты получают регулярно. И не только у нас, а во всём мире,
- подытожила Меркачева.
Адвокаты террористов по закону не имели права отказаться от этого дела, не рискуя потерять свой адвокатский статус. Тем более что если бы все адвокаты внезапно отказались от защиты обвиняемых, сам процесс мог бы и не состояться вовсе, а он "обещает быть одним из самых громких в истории современной России". Член СПЧ Меркачева добавляет в конце, что адвокат на судебном процессе нужен ещё и для того, чтобы впоследствии никто не мог внезапно заявить, что суд был неправильный и несправедливый, и не принялся вдруг оспаривать решение.
Удивительно, что в момент, когда вся страна переживала настоящее горе, когда практически каждый человек пытался так или иначе помочь жертвам страшного теракта или их родственникам, а президент России объявил общенациональный траур, нашлись не только те, кто решил обвинить назначенных правозащитников в пособничестве террористам, а также и те, кто умудрился сочувствовать именно террористам, что кажется и вовсе из ряда вон выходящим и чем-то невероятным.
________________
Промо:
В России ожидается Пенсионная реформа? Рассказываем в новом дзен-канале.