что помогло мне

Что помогло мне и другим

Мне помогли бесконечные разговоры с друзьями и родителями о моем брате.

Мне помогли тепло и понимание моих друзей, их терпение и участие. Мне помогло чтение книг о депрессии, самоубийстве и о людях, потерявших близких в результате самоубийства. Мне помогла работа. Мне помогли конкретные дела, связанные с именем брата: работа над книгой, куст, посаженный на его могиле,. Nº 4/2011

табличка с его именем, деньги, пожертво-ванные на благотворительность в память о нем. Мне помогли встречи с группами поддержки для тех, кто потерял своих близких. Мне помогло сочинение, вернее, излияние стихов, написанных о нашем горе. Мне помогли пролитые слезы по поводу и без повода. Мне помогло время.

С самозабвением исследователя я искала ответ на вопрос, почему мой брат покончил с собой. Вопрос «почему?» - самый жгучий и самый частый, который задают родственники погибших. Следует смириться с тем, что мы так до конца и не узнаем всю совокупность причин, приведших наших близких к гибели. Наши домыслы и гипотезы, возможно, распались бы, как карточный домик, если бы наши близкие могли рассказать, почему они это сделали. В конце концов, нужно перестать задавать этот проклятый вопрос «почему» и смириться с тем, что мы этого не узнаем никогда.

Очень важно говорить о погибшем члене семьи. Избегание бесед о нем только усугубляет положение. Все равно никто не забыл его, так что никому не нужно искусственное умолчание.

«Перестаньте себя терзать бесконечными "если бы", "я мог бы", "надо бы-ло"»... «Если жертвой самоубийства был ваш ребенок, ваш супруг, ваш близкий че-ловек, ваш брат или сестра или ваш друг, их поведение было их решением. Они, возможно, пришли к решению умереть в результате искаженного мышления, которое характерно для их заболевания. Их страдание, безусловно, повлияло на их решение. Во многих отношениях можно сказать, что их смерть не была их виной.

Что можно сказать с определенностью - это то, что их самоубийство не было вашей виной» [6, с. 7-38].

Позвольте вашим друзьям вам по-мочь. И им будет легче, и вам. Вы обна-ружите, что есть люди, желающие вас поддержать в первые минуты после трагедии и не думающие о том, что вам будет тяжело и через несколько месяцев после случившегося, а не только в первые дни. Но есть друзья, готовые вас терпеливо выслушивать и помогать еще долго после того, как пройдет первый шок и случившееся перестанет быть но-востью. Эти друзья бесценны.

В США существует множество групп поддержки, которые образуются или сти-хийно, или при церковных конгрегациях, или при пунктах психологической помо-щи, или просто по инициативе кого угодно и когда угодно. Грушы людей, помо-гающих друг другу справиться с потерей супруга или родителей, группы больных раком, диабетом или другими смертельными и серьезными заболеваниями, под-держивающие семьи больных шизофре-нией, тех, кто ухаживает за престарелы-ми, и множество других групи, всех не перечислить. Почти в каждом городе есть группы людей, переживших самоубийство близких. Некоторым людям эти группы очень помогают, позволяя найти много общего в трагедиях, увидеть, что они не одни в мире, как зачумленные, стыдящиеся поднять глаза на окружающих, но есть множество других, прошедших через сходный ужас. Я дважды была на встречах групи родственников, у которых близкие покончили с собой. Встречи проходили под эгидой разных организа-ций, но были проникнуты удивительной чуткостью и пониманием, братской атмо-сферой. В одном случае встречей руководил психолог, в другом - волонтер. Люди выплакивали свое горе, открыто дели-лись наболевшим. Бумажные платочки икладные исследования и практика

были заранее приготовлены и очень при-годились. Невозможно предвидеть, что что-то одно магически поможет, обегчит горе. Я не ожидала чуда, но встречи явно были полезны.

Не все могут или хотят искать под-держки в группе. Некоторым нужна пси-хологическая помощь с глазу на глаз.

К сожалению, психологическая помощь в глазах наших соотечественников настолько стигматизирована, что люди стыдятся и не хотят даже попробовать поговорить с глазу на глаз с профессиональным психологом, не ищут облегчения своему горю.

Существует еще один барьер. Как уже было сказано, близкие погибшего настолько одержимы чувством вины, что не хотят, чтобы им стало легче. С такого рода реакцией я столкнулась у моих ро-дителей, которые ни за что, как бы я их ни упрашивала, не согласились прибегнуть к помощи ни в коллективном, ни в индивидуальном виде.

Не дайте трагедии вас разрушить. От-кройте свое сердце для благодарности тем, кто вас любит, и одарите теплом новых людей, входящих в вашу жизнь. Не думайте, что вы предаете тем самым память о своих любимых. Ваши отношения с ними не кончаются с их смертью. Они навсегда с вами.