– Ну, вы их не уволили? – полюбопытствовал Вадим Васильевич, не чувствуя со стороны директрисы с этим коварным преступлением тесной связи.
– Да как же?! – заголосила пострадавшая. – Отдать деньги и уйти?! Не-е-ет! Я не смогу сама их уволить! На это есть вышестоящие органы! Маша, Наташа и я – недружная семья! Скорее, меня уберут! А им работать и работать! За полцены! Долгие-долгие годы! Ещё только начинают! После училища!.. Да и родители у обеих немощные!..
– Хорошо, Екатерина Петровна! – прервал разговор женатый молодой человек, на сильное мужское плечо которого так хотела положиться потерпевшая повелительница «Детского мира». – Думаю, купля-продажа нисколько не пострадает, если я вызову на беседу ваших продавцов?
– Нет, не пострадает! – проконсультировала взволнованная пострадавшая, уже представившая в своём воспалённом воображении, как её и девочек осудили на долгий срок за халатность и безответственность к невозмещённым государственным деньгам, как у неё отобрали двух сыновей детсадовского возраста, а у её двух подчинённых – больных родителей. – Подменимся как-нибудь!..
– А теперь до свидания! – вдруг прозвучала неожиданная фраза, когда лейтенантский вопросник иссяк: ведь опытная директриса ожидала ещё генеральной проверки по всем направлениям деятельности единственного в городе детского магазина. – Я позвоню вам, Екатерина Петровна, если мне потребуется от вас какая-либо информация.
– Да, хорошо! – сказала гражданка Петрова и собралась с силами. – До свидания!
Уходила обратившаяся в правоохранительные органы так же стремительно, как и пришла, будто смерч. На душе продолжал лежать неподъёмный камень. Разумеется, подробности данной кражи, так или иначе, рано или поздно, выльются в город. Екатерина Петровна, осенённая священной печатью с величественной надписью «Самый лучший директор года», откровенно дрожала от страха: ведь сама по себе даже косвенная причастность к уголовному делу нарушала идиллическую гармонию, годами заслуживаемую перед высокими чинами. Дознание только начиналось, а проверка, по внутреннему состоянию, как будто уже давно шла. Не хотелось модной матери внезапно свалиться с доски почёта: уж больно много это морально-материальное событие значило во всех отношениях. При таком общественно-социальном положении открывались любые двери. Несмотря на неоспоримый факт, гражданка Петрова не лезла выше, чем было указано: годами пока и бесконечно малым опытом не добилась, в отличие от немногих других, которые чудесным образом восседали по правую руку недосягаемого руководства, однако до поры и до времени: завистливых людей во все эпохи с «лихвой» хватало.
Примчавшись в своё детище, глубоко человечная начальница, проходя мимо двух новеньких, остановилась и высказала своё личное мнение: «Маша, Наташа! Сама буду вам помогать сводить кассу. С сегодняшнего вечера. Репутация магазина превыше всего! Авось оставят вас. Не переживу я, если Марфа Николаевна и Ирина Кузьминична, вырастившие вас в одиночку, уйдут раньше времени из-за нехватки дорогостоящих лекарств. Всё-таки мои учителя! Сама взяла вас на свою голову, вместе и отвечать!» – «Ой, спасибо, Екатериночка Петровна! – ответила Маша. – Вы такая добрая!» – «Да! Дорогая наша наставница! – воскликнула Наташа. – Этого злодея найдут. Хотела бы я ещё раз посмотреть в его злые глаза. Когда поймают его». – «Да, девочки! Я тоже, – сообщила добрая душа. – Мне просто интересно, кто это? Ведь в «Детском мире» подобного не бывало давно. Это ведь надо знать уже, у кого есть деньги. Час-то был поздний. Ну, ладночки! Работайте! И не берите в голову! Мамам ни слова! Не забывайте, сердце!» – «Не скажу!» – поклялась Маша, и Наташа тоже заверила: «Не узнает! Никуда не выходит».
Лейтенант Касаткин много размышлял. Необходимо было отработать разные версии. Главным образом основную: психологический взломщик торговой кассы с лёгкостью унёс почти всю выручку; ему, сразу же подумал Вадим Васильевич, крупно повезло; не зная ни места, ни времени, ни количества, преступник заглянул на ура и победил; интересно, что он шепнул двум «потакальщицам» лёгкой наживы, мучило набиравшегося профессионального опыта достаточно умного милиционера, стремящегося всеми фибрами бойцовской души раскрыть архисложные дела.
Продолжение следует...