Дон Кихот с атакой на мельницу не так уж и нелеп на фоне реальных рыцарей. Как только они не чудили в истории. Например, в Битве Тридцати, произошедшей 26 марта 1351 года.
«Битва» является эпизодом Войны за бретонское наследство. А та, в свою очередь, органично вплетена в Столетнюю войну. Стратегически обстановка выглядела следующим образом.
В 1341 году скончался герцог Бретани Жан III. На наследство претендовали двое:
а) его единокровный брат Жан граф де Монфор,
б) Карл де Блуа, женатый на племяннице покойного герцога Жанне де Пентьевр.
Тут-то в борьбу не преминули вмешаться короли Англии и Франции. Англичане поддержали Монфора, французы Блуа. Учитывая, что между Англией и Францией и без того с 1337 года шла война, боевые действия в Бретани фактически стали частью Столетней войны.
Рассмотрение перипетий Войны за бретонское наследство не является темой очерка. Ограничусь лишь констатацией: к 1351 году война зашла в стратегический тупик. Север и запад герцогства контролировался сторонниками Монфора (и англичанами). Юг и восток оставались за Блуа и французами. В центре можно считать, лежала нейтральная территория.
На самом деле не всё так просто и однозначно, но нам для понимания обстановки хватит. Так вот, где-то в центре располагались два замка: Жослен и Плоэрмель. В Жослене главным был сторонник Блуа Жан де Бомануар. Гарнизон Плоэрмеля возглавлял сторонник Монфора Роберт Бемборо.
Сначала два слова об источниках. События вокруг Битвы Тридцати описаны Жаном Фруассаром. Он делал упор на рыцарское благородство, честь и вообще на красоту турнира благородных людей. А причиной Битвы называет спор за честь дам.
Имеются и местные бретонские баллады. В них одна из сторон – англичане – выглядит непрезентабельно. Дескать, разбойники и убийцы. Вот этих мародеров и решили покарать сторонники Блуа.
Понятно, что романисты вольны выбирать наиболее им симпатичную версию. Например, Артур Конан Дойл в романе «Сэр Найджел Лоринг» следует, скорее, Фруассару. Оно и понятно – англичанину было бы неприятно писать, что его соотечественники банальные мародеры и разбойники. Версия о дамах куда красивее.
Между прочим, роман весьма неплох. Он хорошо этак поддевает рыцарские благоглупости. Да и саму Битву Тридцати описывает очень подробно. Так что, если кто не читал, но интересуется, я бы рекомендовал.
Тем не менее противоречия в источниках не позволяют однозначно трактовать причины сражения. Перейду-ка сразу к 26 марта 1351 года.
Жан де Бомануар и Роберт Бемборо договорились встретиться приблизительно на полпути между замками. С каждой стороны предполагалось выставить по тридцать бойцов. Сражаться предполагалось пешими.
Бой обставлялся торжественно. Собралась большая толпа зрителей. На поляне между замками разыгрывался настоящий турнир.
Отряды не состояли сплошь из рыцарей – столько их попросту не нашлось. Бретонцы выставили, как говорят, 9 рыцарей и 21 оруженосца. Состав английской рати был более плебейским. Англичане находились в чужой стране и не имели равного количества воинов благородного происхождения.
Бой кипел довольно долго. Доспехи у сражающихся были крепкие. Так что после какого-то времени (говорят примерно о часе или даже больше) обессилевшие воины разошлись отдыхать. Убитыми оказались два англичанина и четыре бретонца.
После отдыха начался второй раунд. Англичане быстро лишились своего лидера – Бемборо был убит. Тогда они свернулись в плотное построение типа «коробки» или даже «ежа» – не совсем понятно. Бретонцы долго прыгали вокруг этого кулака и ничего с ним поделать не могли.
Тогда один из бретонских оруженосцев – баллада сохранила его имя: Гийом де Монтобан – вскочил на коня и мощным ударом в тыл (значит, не «ёж»?) английскому построению опрокинул нескольких обороняющихся.
Понятно, что упавшие не смогли быстро подняться. Пешие бретонцы воспользовались преимуществом и развалили строй противника. Победа осталась за воинами Жана де Бомануара.
Сколько-то рыцарей (или воинов) погибло, сколько-то было изувечено. Никакого стратегического или тактического эффекта бой не имел. Только удовольствие для менестрелей, воспевающих рыцарские подвиги.
Удивительно, но обе стороны гордились Битвой. Бретонцы/французы потому что победили. Англичане – потому что могли оправдаться подлым поведением Монтобана. Дескать, предательский удар в спину. Не рыцарское поведение. Так что и поражение не считается.
Уж было так или нет, сегодня уже не узнать, а легенда о бесстрашных и не всегда разумных рыцарях осталась в веках. И не воспевающим героизм «Тридцати» упрекать Дон Кихота.