– Простите, здесь кто-то есть?
Принцесса замерла, вслушиваясь в набирающий силу вой вьюги. После того, как глаза перестали видеть, она ощутила обострённость иных чувств. Уши улавливали малейший скрип снега, земля едва ощутимо подрагивала под ногами, девочке казалось, что нечто огромное словно скала закрывает её своей тенью. Описать ощущение лучше не получалось – принцесса чувствовала как снежинки скользят по правой щеке, не долетая до левой. Лицо заледенело настолько, что холодные кристаллы кололись, но не таяли от прикосновения к коже.
– Нет ли поблизости какого-нибудь жилья? – спросила девочка, стараясь, чтобы голос не звучал совсем уж жалобно.
Люди канцлера вывезли её из столицы в телеге под старой рогожей, до принцессы долетал аромат с улицы пекарей, крики торговых зазывал и далёкий перезвон субботнего колокола. Возможно, тогда ей и следовало звать на помощь. Но кто воспримет всерьёз крики оборванки, вдруг решившей объявить себя пропавшей принцессой? Даже не видя, девочка не сом