После премьеры «Калины красной» Василий Шукшин напился и потерял сапог. О самом известном фильме режиссера, вышедшем на экраны ровно полвека назад, 25 марта 1974 года, — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».
Шукшин мечтал снять фильм о Степане Разине. Эта тема и этот герой стали для него практически наваждением. Масштабная киноэпопея требовала больших денег. Ради нее Шукшин перешел со студии им. М. Горького, где снимал всю жизнь, на «Мосфильм» с его огромными производственными мощностями, но даже там запустить фильм про Разина было трудно. В результате Шукшин решил снять что-нибудь «полегче», на современную тему, быстро, всего за год, сделал самую главную свою картину — «Калину красную». Но нельзя сказать, что эта лента далась Василию Макаровичу легко.
«К моменту сдачи «Калины красной» — шел конец 1973 года — Шукшин с очередным приступом язвы попал в больницу, — рассказывал историк кино Валерий Фомин. — В это время пришло редакторское заключение из Госкино на «Калину красную». В нем было огромное количество замечаний, и все — такие разрушительные, что Шукшин не выдержал и ушел из больницы. Сбежал в одних тапочках и шел в них через всю Москву, хотя на дворе стоял декабрь. Несколько недель он перемонтировал «Калину», вылизывая эти поправки, под которыми стояла подпись Даля Орлова, тогдашнего главы Госкино. Каждый день он приходил в студию, и каждый день на него накатывал приступ язвы. Шукшин белел, клал голову на стол и так, лицом вниз, замирал. Мы все выходили, давая ему возможность отдохнуть полчасика. Потом он выходил: «Ну, все, вроде, полегчало. Пошли дальше работать!» В итоге чиновники фильм пропустили, опасаясь, что Шукшин не выдержит таких издевательств над своим детищем и умрет».
Название ленты Шукшину подсказала будущая жена Лидия Федосеева-Шукшина, с которой он познакомился в 1964 году на съемках картины Эдуарда Бочарова «Какое оно, море?». Тогда, во время их первого свидания, она спела ему песню «Калина красная» — и навсегда завладела сердцем сибирского самородка, как называли Василия Макаровича.
Киноначальство пообещало Шукшину: если с «Калиной» все получится, то так и быть — запустишься на «Мосфильме» со «Степаном Разиным». Успех картины превзошел самые смелые ожидания — лента стала лидером проката, получила призы на кинофестивалях, а журнал «Советский экран» назвал ее лучшей картиной года.
«Я Шукшина таким счастливым не видел никогда в жизни! — рассказывал режиссер Сергей Соловьев. — В одном сапоге, пьяный-пьяный и плачет. Я говорю: «Вася, что с тобой? Сапог мы найдем!» — «Да какой сапог! Ты бы видел, как мою картину смотрели! Как ее смотрели!!! Я был на восьми сеансах — в зал зайти было нельзя!»
История Егора Прокудина, вернувшегося из тюрьмы на волю и не нашедшего себе места в обычной жизни, потрясла зрителей. Особенно горячий отклик картина нашла «в местах не столь отдаленных». За те искренние чувства и эмоции, что вызывала лента Шукшина, автору простили даже неправдоподобный финал. «Если бывший зек хочет начать честную жизнь, его за это не убивают. За предательство, за долги, за крысятничество — это пожалуйста. А за нежелание возвращаться к прошлому — это все кино», — писали бывшие уголовники.
Фильм сразу разошелся на цитаты: «Народ для разврату собрался!», «С такими руками только замки ломать, а не тапочки шить!», «Я из вас букет сделаю и посажу в клумбу. Головками вниз», «Я нервничаю, потому что мне деньги жгут ляжку. Сто листов! Их же надо взлохматить!»
После успеха «Калины красной» выстраданное разрешение на съемки фильма о Стеньке Разине было, наконец, получено. А через несколько месяцев Шукшина не стало. Его обнаружил мертвым коллега и друг Георгий Бурков — тот самый, который убивает Прокудина в «Калине красной».
Фильм о Разине Шукшин так и не снял. А его «Калина красная» вот уже полвека рвет душу зрителям.