Часть первая.
По тундре, по широкой дороге, где мчится скорый...
Этот рассказ не про еду. Хотя лангет из свинины там присутствовал, и самый настоящий.
Выражение «Груз Громова» являлось кодовой фразой обозначения конвоя на федеральном транспорте (из той же серии, что «груз-200», обозначающий перевозку трупа). Проходишь регистрацию на авиарейс вместе с прицепленным к тебе браслетом арестантом, а на борт самолёта уже передают сообщение: к вам на посадку следует "груз Громова 3 места". Поднимаешься по трапу на борт, стюардесса встречает и тут же по радиосвязи сообщает КВСу: "на борту места такие-то заняты под груз Громова". Такая вот незатейливая зашифровка. Почему именно "груз Громова" - не спрашивайте. Я не знаю, никогда не задумывался.
Но мой конкретный "груз Громова" в описываемом случае доставлялся не по воздуху, а по железной дороге обычным пассажирским поездом (а не специализированным вагонзаком), там никаких регистраций и стюардесс не было, а проводникам было по барабану - хоть "грузом Громова" назовись, хоть самогонным аппаратом, лишь бы билет был на руках. Железнодорожники вообще об этом не спрашивали.
Объявленные в розыск преступники попадались в самых разных регионах страны, и их нужно было оперативно доставить по месту возбуждения уголовного дела . В штате любого отделения уголовного розыска даже состояли специальные розыскники. У нас был такой только один. Но разыскиваемые то исчислялись многими десятками. Кроме этого, на нём висели все "потеряшки", неопознанные трупы и много чего ещё. Запросы, ответы на них, ориентировки, осмотры, опознания... Понятно, что он физически не мог охватить необъятное. К тому же конвой для одного преступника должен состоять из двух конвоиров. Потому задействовался весь оперсостав методом случайного выбора.
Вот об одном таком эпизоде и будет этот рассказ. О других и рассказы будут отдельные.
Точный год событий не помню, но это была
Суббота накануне 8 марта (скорее всего, 6-ое число).
Утром я заступил на суточное дежурство в составе следственно-оперативной группы (СОГ), но уже вечером меня с него сняли и отправили в срочную командировку. Второй «жертвой» и моим напарником в поездке стал старший оперуполномоченный по имени Витёк, которого тоже где-то отловили.
Насколько помню, срочность поездки заключалась в том, что какой-то проходящий по нашему уголовному делу вор был задержан в Калинине (сейчас это Тверь) несколькими месяцами ранее. Там он тоже совершил преступление и вроде бы даже успел получить срок, потому двинулся по этапу. Поскольку одновременно он состоял в розыске за нашим следствием, то должен был прибыть не в колонию, а в наш СИЗО. Каким образом наши отследили путь движения вагонзака - не в курсе (я не вникал в детали, так как не имел никакого отношения к тому делу).
Понял только одно – на узловой станции в соседней области за 400 км от нашего города состав поворачивал на север в солнечную Якутию и наши договорились с УИН (теперь это ФСИН), что жулика снимут с вагонзака и оставят в местном ИВС, откуда его заберёт наш конвой. Арестант мог доехать с этапом и прямо до нас, но это вкруговую заняло бы ещё месяца полтора, а его зачем-то нужно было доставить быстрее. Вероятно, процессуальные сроки поджимали.
Такие срочные командировки всегда были головной болью для всех участников. Начальнику – проблема найти в выходной день кандидатов в конвой. Попавшимся под руку исполнителям – решить элементарные вопросы по финансам и билетам.
Сама система оформления командировок была такой: выезжающий сотрудник(и) пишет рапорт «прошу направить меня в служебную командировку для выполнения того-то туда-то сроком на…», затем с рапортом нужно мчаться к начальнику или профильному заместителю начальника УВД, получить его резолюцию, с рапортом идти в финотдел, где получить командировочные документы, суточные деньги и ВПД (воинские перевозочные документы) на приобретение авиа или жд билетов.
Понятно, что в выходной день никакой финотдел не работает. Скрепя зубами, начальник угрозыска из денег на оперрасходы выдал нам с Витьком ровно 30 рублей (один плацкартный билет туда стоил 6 рублей). Нас двое (6х2=12), а обратно – уже трое (6х3=18). Суточные и прочие получить было просто негде.
Кроме полученной тридцатки, у меня и Витька было рубля по полтора своих денег.
Уже затемно с помощью коллег из транспортной милиции взяли билеты и погрузились в последний в те сутки поезд в нужном направлении (все остальные ушли днём).
Часов через восемь ранним утром вышли на нужной станции городка, где в местном изоляторе временного содержания (ИВС) нас ожидал "груз Громова".
Продолжение следует. Ссылка ниже