Что Джохар Дудаев предсказал России
Нельзя забывать историю.
Расистская педерация так сейчас называют, эту империю. это почти зеркальное отражение Германии 30-х годов, это как фарс “История повторяется, во-первых, как трагедия, во-вторых, как фарс”. С годами эта цитата вошла в обиход, особенно в начальной части ‘История повторяется’.
Германия, где также не брали на работу евреев, им же запрещали профессии... Наци́стская читай рашисткая, ра́совая поли́тика — политика расовой дискриминации, ксенофобии и геноцида нацистской Германии, основанная на идеологии нацизма и его расовой теории, включая идеи превосходства «арийской расы» и её борьбы с «семитской расой», а также концепцию «расовой гигиены». Снова задействовали русские скинхедские ячейки их Zондеркоманды действуют аналогично с гестапо в Германии с полицией и ФСБ России в поисках "мигрантов".. А ведь еще лет 10 назад в программе "60 минут" у Онищенко вырвался из уст что русским оставшимся в бывших республиках не дают российское гражданство с 1993 года, для того чтоб они служили пятой колонной, чтоб был повод обратного захвата этих независимых уже государств, как аналогично Крым, вот так хотели собрать империю образца 1913 года..
Читайте что пишут в комментариях.
Читайте комметарии под этим ВИДЕО, где пишут совершенно лишенные человеческих чувств. эмпатийных чувств, ...
Или боитесь читать?
Вот она Черносотенная Zonderкоманда, по преследованию нерусских жителей, даже в Алмааты, как видите и в 142 городах, и это только одна из многих подобных легальных черносотенных партий, у каждого членов тоже немало.
Скинхедов 90-х, 2000-х организовали из кремля, имена кураторов известны.
Создать Кавказскую федерацию без внутренних границ https://vk.com/wall-176475064_6184
Почему Россия и Ичкерия не Америка?
Почти наверняка можно сказать, что воссоединение Крыма с Россией в 2014 году стало для Запада большой неожиданностью, хотя это событие предсказывали за много лет до этого. Ещё в интервью программе «Взгляд» в 1995 году первый президент Чеченской Республики Ичкерия* Джохар Дудаев говорил, что полуостров окажется под юрисдикцией Москвы, а Киев «схлестнётся с ней на непримиримых». Что ещё обещал России генерал? Будет бойня Джохар Дудаев – лидер движения за отделение Чечни от России в начале 1990-х годов. Будучи одним из главных действующих лиц на Кавказе, он постоянно контактировал с другими политиками и, естественно, имел представление об их планах. «Прозорливости» ему добавляла и служба в советской армии. Почти за 30 лет в Вооружённых силах СССР он дорос до звания генерал-майора и должности командира стратегической бомбардировочной дивизии в Эстонии, руководил операциями во время войны в Афганистане. Начальник такого уровня, конечно, хотя бы частично был посвящён в замыслы руководства. И именно это позволяет предполагать, что многие его оценки имели под собой основание.
«Через все мои жилы за эти четыре года (с момента провозглашения независимости Чеченской Республики (Нохчи-чо) и избрания Дудаева её президентом в 1991 году – прим. ред.) прошли политические авантюристы в высших эшелонах власти России... И куда нацелились эти, я хорошо чувствую, знаю. И планы знаю: и в Европе, и Азии, и на Востоке. Достаточно известно и из первых источников», — уверял генерал в интервью «Взгляду». Например, ссылаясь на некую карту, «спланированную в Генеральном штабе», Дудаев говорил о намеченной российской экспансии.
«Чечня – только фактор. А далее – Кавказ, Балтика, Средняя Азия. Планировались здесь, что Аджария, Абхазия, Нагорный Карабах, Лезгинистан, вычлененный из Дагестана и Азербайджана, Южная Осетия должны быть полностью под юрисдикцией с присутствием российских войск на Кавказе, — отмечал он. Далее побережье Каспийского моря, включая Лезгинистан по периметру до Иранской границы: всех рабочих, потерявших работу на Крайнем Севере, на Дальнем Востоке, на Урале, в Сибири должны были заселить сюда, изменить демографическую ситуацию, вытеснить дагестанцев и остальных с побережья Каспийского моря в горы».
Затем, в соответствии с описываемым президентом Ичкерии проектом, перемены ждали Крым и восточных соседей России. «Заканчивалась кампания «Чечня», все войска должны были перейти в Крым. В Литве и Белоруссии – коридор в Калининградскую область, оккупированный российскими войсками, которых девать некуда», — перечислял Дудаев.
После, по его словам, две военно-морские и семь наземных военных баз планировалось создать на оккупированной территории Латвии. Казахстан и Киргизстан якобы ждала участь колоний. При этом генерал подчеркнул, что речь шла о планах, которые были у Москвы «примерно до конца 1995 года». Однако Афганистан, затем Ичкерия заставили Россию «поубавить аппетиты». Так, заверил он, было решено изменить политику – привлечь Европу на свою сторону, заигрывать с ней, чтобы усилиться до Индийского океана, Ближнего Востока, Босфора, и Красного моря. «А потом шлёпнуть и Европу», — констатировал политик.
Но самое главное, Дудаев предсказывал, что «в Крыму ещё будет бойня». «Украина ещё схлестнётся с Россией на непримиримых», — гласит самый известный его прогноз.
Неотвратимость наказания Впрочем, были у Дудаева и собственные взгляды на будущее России. Отвечая на вопрос о прогнозах на ближайшее время, он с уверенностью сказал: «Для России прогноз неблагоприятный». И это не было простым заявлением антагониста: в доказательство своего утверждения генерал привёл целую теорию.
Главная проблема России, на его взгляд, заключалась в русизме. В интервью он сравнил её с другими человеконенавистническими идеологиями: фашизмом, нацизмом и расизмом, — назвав её самой страшной из всех. Именно она, считал Дудаев, лежит в основе всех захватнических планов.
Русизм, по мнению президента Ичкерии, ни что иное, как болезнь, за которую придётся расплачиваться.
«Испытания российскому народу предстоят очень тяжелые. Причины тому реальные – нет идеи. Идеи коммунизма, социализма, построения общества равных возможностей – всё как мыльный пузырь лопнуло, потому что строилось на идеях русизма.
К тому же нет легитимности власти. А раз нет ни идеи, ни легитимности власти, значит, нет места и политике – и внутренней, и внешней. А раз нет третьего компонента, значит, нет места и идеологии. Тогда нет и мотивов, нет стимула. На этом и заканчивается перспектива», — констатировал генерал.
Он отметил, что у России, помимо русизма, есть альтернативные пути развития. Но, по признанию Дудаева, они так или иначе ведут в тупик. Например, попытки политиков начать объединение народов на славянской основе – славянизации – обречены на провал, «поскольку главный составляющий компонент славянизации – украинцы – никогда не смирятся с русификацией и русизмом».
Ещё один вариант – духовность. Но и этот путь для России закрыт, считал политик. По его словам, чтобы «целый народ стал духовным, над этим нужно работать» минимум в течение трёх поколений. К тому же в основе духовности должна быть идея, а у русского народа, по убеждению Дудаева, самого бездуховного, её нет.
«Можно идти по примеру Запада – сделать своей идеей доллар. Это идея настолько опасная… Все возьмут булыжник, а у кого есть – автомат или ракету, и гражданской войной будут разрешать этот спор», — констатировал он. Одну из ключевых проблем Дудаев видел в том, что виновники «бессмысленных народоубийств» — во время Венгерского восстания в 1956-м, вторжения в Чехословакию в 1968-м, войны в Афганистане в 1979-1989-х – не наказаны. И генерал был уверен, что пока они не будут привлечены к ответу, а их последователи не почувствуют неотвратимость наказания за преступления, «беды России будут расти с каждым часом».
В частности, по его словам, будет усиливаться борьба с русизмом. «И напрасно русские думают, что сейчас армией своей, ядерным оружием, запугают мир. Не запугают. Уже все пуганные, все прошли этот ад русизма. И русских поставят в строй земной цивилизации», — заверял политик.
Дудаев признавал, что для этого потребуется приложить массу усилий. Так, он считал нужным ликвидировать противостояние военных блоков и оставить только один – НАТО, целью которого была бы защита интересов всех народов земного шара.
Кроме того, предлагал лишить Россию статуса постоянного члена Совета Безопасности ООН и вообще «выбросить» её из организации. В чём-то Джохар Дудаев действительно оказался прав. Поиск «русской идеи», ответственность политиков, давление внешнего мира – вопросы, актуальные и по сей день.
И всё же прогнозы генерала обязательно нужно рассматривать через призму того времени и тех обстоятельств, при которых он давал свои оценки. 1995-й год, в Чечне вовсю идёт война, а её президент под гнётом социальных факторов теряет доверие и поддержку населения. В таком положении приукрасить свои слова, какая бы вера в них ни была, «хлеб» для политика.
======
Почему советский генерал Джохар Дудаев предсказал России скверное будущее
В своей книге “Миллион первый” Алла Дудаева упоминает некоего журналиста, который однажды в беседе сказал ей о готовности русских солдат воевать под началом Джохара Дудаева. Будто популярность мятежного генерала среди россиян была столь велика, что в какой-то момент его даже выдвинули на выборы в Президенты России.
Не беремся судить о достоверности этих сведений, но, пользуясь доступными интервью самого Джохара Мусаевича, а также воспоминаниями Аллы Федоровны, отметим моменты, касающиеся его отношения к России и ее гражданам.
Отличительными чертами выступлений Дудаева являются категоричность и драматизм, отчего все сказанное им кажется истинным и весомым. В прошлом советский генерал, Джохар Мусаевич был человеком образованным и проницательным, и некоторые его замечания относительно нашей страны, как стороннего человека, хотя и предвзятого, достойны внимания.
Вот он отмечает, что “русский народ, российское государство потеряли идею, на которой страна держалась. Исчезла ложная идея коммунизма — прекрасного будущего. От этого никуда не денешься. А раз нет идеи, нет политики. Нет политики — нет идеологии. Нет идеологии — нет мотивов. Нет мотивов — нет стимула. Все. Пустота…” С этим трудно поспорить. Национальную идею, говорят, мы “нащупываем” до сих пор.
Далее Дудаев нагнетает эмоции, предрекая России скверное будущее: “Какой путь у России? Взять доллар и сделать своим богом? Они к этому готовы хоть сейчас. Что из этого получится? Это — самоуничтожение, разрушительный путь. А духовности нету — веры нет. Полная бездуховность, безнравственность, отсутствие морали”.
В своих мемуарах Алла Федоровна пишет, что супруг ее относился к русскому народу, как к достойному, но одурманенному ложью своего руководства, противнику:
Я не виню русский народ. Мы-то хоть знаем, за что умираем. Он обманут и уничтожается так же, как и чеченский. Кому это нужно? Скорее всего, тем, кто дает деньги на продолжение этой бойни. Кто платит, тот и заказывает музыку! Денежные подачки Запада и Америки России — это ее же деньги, возвращаемые ей за счет дармового экспорта российского природного сырья.
Раньше золотом должен был подтверждаться каждый американский цент, теперь доллар в этом не нуждается. Его золотой запас — огромная Россия: ее леса, алмазы, уголь, нефть. Все отдает Россия за американскую «макулатуру», которую Америка бесконтрольно печатает уже который год. И за ее же «фиговые» бумажки Россия воюет в Чечне, «освобождает» проданную и преданную российскую и чеченскую землю от «лишних» людей! Парадокс, да и только! Ведь и с той, и с другой стороны умирают самые лучшие молодые и сильные мужчины.
Плацдарм для наступления в будущем любой военной силы уже открыт! Жаль российскую армию, вместе мы могли бы отразить любую силу зла”.
Можно представить всю гамму чувств, испытываемую чеченцем, воспитанным в советской среде, прожившего большую часть в России, женатому на русской женщине, чьи дети наполовину русские, и вынужденному сделать выбор, какую сторону занять в назревшем конфликте. При доступном выборе средств разрешения этого конфликта, были использованы самые страшные. А могло, наверняка, все быть иначе.
«Из человека чести превратился во врага России»
В этот день ровно 20 лет назад в результате удара самонаводящейся ракеты был убит лидер чеченских сепаратистов, глава непризнанной республики Ичкерия Джохар Дудаев. Некогда блистательный советский генерал, после развала СССР он превратился в главного врага федерального центра и сторонника жестокого радикализма.
В автобиографической книге о муже его вдова Алла Дудаева пишет, что как командир полка Дудаев пользовался авторитетом у коллег-офицеров, а хорошо знавший Дудаева как летчика генерал ВВС Владимир Безбоков лично рекомендовал сделать его командиром полка. «Если не поставите командиром полка Джохара Дудаева, порядка в гарнизоне не будет», — эти слова Безбокова приводила в своей книге Дудаева.
На многочисленных форумах авиационных ветеранов о Дудаеве как о командире до сих пор отзываются с уважением. Военный эксперт Константин Сивков напоминает, что в стратегическую авиацию, где служил Дудаев, «случайных людей не брали». «Был тщательный отбор, и Дудаев был достойным летчиком», — говорит он. Как рассказывают знавшие Дудаева в период службы, на резкую радикализацию его настроений повлияло последнее место службы. Он был командующим дивизией 46-й воздушной армии в эстонском городе Тарту, когда республика провозгласила независимость.
Уволившись из армии в 1990 году в звании генерал-майора, Дудаев принял предложение стать главой Общенационального конгресса чеченского народа. Конгресс представлял собой большую группу различных оппозиционных деятелей, резко настроенных против официальных советских властей Чечено-Ингушской АССР. Среди его членов были и будущие командиры чеченских боевиков Зелимхан Яндарбиев и Мовлади Удугов.
Бравого отставного генерала с тонкой щеточкой усов быстро подняли на щит лидеры чеченского сепаратизма. «Он попал в руки радикалов, для которых он был очень важен как человек авторитетный. А когда он согласился и стал служить бандитам, он из человека чести превратился во врага России, — говорит Сивков. — Если бы в Кремле ему могли предложить высокий пост, никакого Дудаева-сепаратиста бы не было».
Воспользовавшись путчем августа 1991 года, Дудаев и его сторонники выступили против местных властей, назвав их предателями и узурпаторами.
Еще недавно уважаемый советский генерал вместе с вооруженными людьми ворвался в здание Верховного совета, из которого прикладами выгоняли избиваемых людей. «Я смотрю в окно и замираю: к зданию стремительно, словно горная лавина (плечи ходят в такт друг другу), несется бесконечный многотысячный поток кричащих людей. В руках обрезы, автоматы, палки, кинжалы», — вспоминает о штурме здания Верховного совета ЧИАССР оказавшийся в те дни в Грозном журналист Павел Анохин.
Став практически единоличным лидером мятежной республики, подчинив себе все органы управления Чечней, Дудаев фактически упивался ролью вождя. В этом смог убедиться и автор этой статьи, когда побывал в Грозном в начале 1993 года с группой журналистов.
Вполне дружелюбный в личном общении, при появлении телекамер он тут же впадал в раж и обещал России «газават до последнего чеченца».
Ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, президент Научного сообщества кавказоведов Александр Крылов отмечает, что уже в то время на территории Чечни начали распространяться идеи исламского радикализма. Эксперт считает, что, возможно, если бы Дудаев действовал в иной ситуации, он выбрал бы путь примирения с Россией. Он приводит в пример другого лидера Чечни — муфтия Ахмада Хаджи Кадырова, который сражался с федеральными войсками, однако решил сложить оружие: «Все могло бы развиваться по другому сценарию — так и случилось, когда появился выбор».
«Будем воевать, Паша»
В ноябре 1994 года в Грозном состоялась последняя личная встреча между министром обороны России генералом Павлом Грачевым и Джохаром Дудаевым. На фото той поры два бывших «афганца» сидят рядом возле небольшого письменного стола.
Однако разговора у бывших «афганцев» не получилось. Как вспоминали свидетели той встречи, Дудаев жаловался, что президент России Борис Ельцин не хочет с ним встречаться. Экс-глава администрации президента Ельцина Сергей Филатов, который занимал эту должность с 1993 по 1996 год, рассказывает, что и федеральному центру, и Дудаеву трудно было пойти на сближение, учитывая многие обстоятельства.
«Рядом с Дудаевым всегда были Басаев и его команда, которые не давали ему ни с кем говорить, — вспоминает Филатов. — Попытки встретиться с Ельциным у него были, однако в Кремле к ним относились неоднозначно: многие предполагали, что он хочет использовать встречу, чтобы поднять свой рейтинг, который у него начал падать, а также что он хочет использовать ее для ультиматума нам». По мнению Филатова, в отношении Чечни была «совершена целая серия ошибок».
Фотограф газеты «АиФ» Владимир Сварцевич вспоминал позже, что в 1994 году,несмотря на то, что Грачев и Дудаев называли друг друга на ты, договориться они так и не смогли. «Ну что, Джохар, будем воевать?» — «Да, Паша, будем воевать», — ответил Грачеву Дудаев.
Больше они так и не увиделись. Поначалу Кремль пытался помочь техникой и небольшими группами военных антидудаевской оппозиции во главе с Бисланом Гантамировым. Многие считали, что поддержка вооруженной оппозиции была правильной тактикой — о том, что популярность Дудаева падала, писали и западные журналисты. «…Вопрос был лишь в том, когда и на каких условиях Чечня снова станет частью России», — писал впоследствии американский журналист, эксперт по Кавказу Томас де Волл.
В конце ноября 1994 года было принято решение о начале контртеррористической операции в Грозном. Грачев грозился взять Грозный «одним десантным полком», однако сделать этого не удалось, многие из командиров боевиков, включая Аслана Масхадова, прошли службу в Советской армии и понимали действия противника. Генерал Лев Рохлин впоследствии назвал разработанный Грачевым план взятия Грозного «преступной авантюрой».
Пока в Москве и других городах отмечали Новый год, российские военные в тяжелейших условиях штурмовали Грозный. Во время этих боев погибли более 1,5 тыс. российских военнослужащих.
Всего во время первой чеченской войны потери федеральных сил составили, по официальным данным, более 5 тыс. человек, число раненых и контуженых составило более 16 тыс. человек, более 3,8 тыс. боевиков были убиты. По оценкам правозащитников, погибли более 25 тыс. мирных жителей.
Для мирного населения остальной России апофеозом той войны стало нападение одного из самых жестоких лидеров боевиков Шамиля Басаева на город Буденновск, в ходе которого погибли 140 человек. Потом был рейд боевиков Салмана Радуева на Кизляр, когда погибли 78 человек.
Ликвидация Дудаева помогла добиться определенного перелома в кампании: летом 1996 года между Россией и руководством мятежной Ичкерии был подписан Хасавюртовский мир, благодаря которому боевые действия прекратились, а рассмотрение статуса Чечни откладывалось до лучших времен. Вернуть Чечню в состав России удалось лишь в начале нулевых.
Бывший глава администрации президента Сергей Филатов говорит, что в отличие от Дудаева Кадыров-старший «оказался более мудрым человеком». По его словам, «когда Россия пошла на некоторые уступки, он сделал так, чтобы повернуть республику навстречу России».
«Мы все были лохами, верили Дудаеву». Идеолог отделения Чечни от России о войнах в республике, мафии и жестокости 1990-х
«Лента.ру» продолжает цикл публикаций о первой чеченской войне, которая была в разгаре 25 лет назад. В этот раз мы поговорили с Мусой Темишевым — человеком, которого называют идеологом чеченской революции. Он писал программные документы для Общенационального конгресса чеченского народа, который объявил выборы президента непризнанной Ичкерии, а также занимал ключевые должности в первые годы правления Джохара Дудаева и был его советником. Сейчас Темишев живет в эмиграции в Европе. В интервью он рассказал о том, как был очарован Дудаевым и почему разочаровался в нем, кто и почему на самом деле хотел независимости Чечни и почему началась первая чеченская война.
«Лента.ру»: Что, на ваш взгляд, привело к тому, что Чечня объявила о независимости? С чего все началось?
Темишев: Все эти причины в основном общеизвестны: деградация советской системы, притеснения в национальных республиках.
Почему они это делали? Боялись?
Да не боялись, какое там! Тогда такого не было. Тогда другие реалии были. Тогда все было тотально под КГБ, АБВГД. Армия там — все было расплющено. Это не 30-е годы и даже не 40-е. Советская власть вот эта, тоталитарная, утвердилась целиком и полностью, и казалось, что это навсегда.
Поэтому не было никакого страха. Я считаю, что это все был «великорусский шовинизм», который, как мне кажется, нагнетался искусственно, хотя русскому народу ничего такого и не надо было, и угнетался прежде всего именно русский народ. Шкуру драли с простого русского народа. Сверху, как это всегда принято в колониальном государстве, продвигалась идея титульной нации. Русский народ. Русское поле. Русский дух. Русский характер. «Хотят ли русские войны?» Из каждого утюга: «русское, русское, русское. »
Вы говорите о советских временах?
Да, именно в советские времена все это нагнеталось, вносило разлад и разжигало ненависть у местных — чеченцев, дагестанцев.
В республике не было ни одного первого руководителя-чеченца. Обязательно первый руководитель — русский
Даже в городских ОРСах (отделы районного снабжения — прим. «Ленты.ру») первым председателем не мог быть чеченец — он был разве что на побегушках. В чеченский институт даже уборщицу-чеченку не брали. Были целые предприятия, на которые чеченцев сторожами и разнорабочими не принимали.
Если вы анализируете ситуацию — так хоть раз сделайте нормальный анализ. Шовинизм был, понимаете?
Ненависть по отношению к другим национальностям?
От имени русских, русскими руками давят других. Нищенствовали-то русские. Чеченцы, например, могли как-то там химичить, заниматься отходными промыслами. Они целыми семьями, группами семей выезжали в Россию на стройки. В адских условиях строили коровники, жилые помещения. Зарабатывали за сезон три-пять тысяч рублей — в то время это были большие деньги. Потом приезжали домой и так существовали до следующей весны. Русским, мне кажется, было сложнее.
В общем, такие дела — шовинизм был. Фактор номер один. Повсеместно, везде: в Узбекистане, в Средней Азии, на Кавказе.
Вы тогда пришли к мысли о независимости?
Я не был сторонником — во всяком случае, к началу 1991 года — отделения Чечни и развала Союза. Потому что к 1991 году, когда на очередном съезде Верховного Совета отменили шестую статью Конституции о руководящей и направляющей роли КПСС, все было нормально. Демократия была максимальная, намного больше чем здесь, на Западе, где я живу уже почти 20 лет. Я все вижу, я могу сравнивать.
К 1991 году СССР был самым демократическим государством в мире. Не было никакой надобности в распаде страны
Что вы вкладываете в понятие «демократия»?
Выборы, возможность участия народа в управлении государством, разделение властей — такое, как оно должно быть, не формальное, как декларировали, а натуральное. Когда суды — отдельно, законодательные органы — отдельно, исполнительные — отдельно. Когда закон не кончается у порога власти. Это и есть демократия. Она во все времена либо есть, либо ее нет. В общем, после отмены пятой статьи в СССР была наиполнейшая демократия.
В феврале 1992 года я опубликовал статью, из-за которой меня объявили русским агентом, генералом КГБ, врагом чеченского народа и Аллаха. Я писал в ней, что мы все находимся на четвереньках — и чеченцы, и русские, и все остальные. У нас одна судьба, одна география, даже одна психология. Кто бы что ни кукарекал, мы уже ментально были все одинаковы.
Поэтому нам, во-первых, невыгодно отделяться от России, во-вторых, мы никому абсолютно не нужны — ни Турции, ни Америке, ни Китаю, ни Европе, никому. Давайте вместе с русскими на едином экономическом и культурном пространстве вставать с четверенек на обе ноги. Эта статья называлась «Лучше горькая правда».
То есть вы не считали, что у Чечни и России разные пути?
Я не был сторонником оголтелого суверенитета. Я был сторонником полной демилитаризации Чечни и Кавказа, чтобы там не было войск. Понимаете, пока там были войска, никаких законов, выборов и демократии быть не могло.
Как развивались события чеченской войны, смотрите в хронологии «Ленты.ру»:
Я тогда предлагал вывести все эти воинские части к черту, пусть остается одна полиция, внутренние органы, КГБ. Внутри СССР они не нужны были, они нужны на границе. Полная демилитаризация нужна была, чтобы духа их не было на территории Кавказа. Вот это — да. А отделяться, противопоставлять чеченцев русским — я всегда был против и сейчас против. Так это все и вызревало, сам режим толкал народы на такие дела.
Я в 1997 году с Аркадием Вольским ездил в Ташкент по неполитическим делам. Мы там жили две-три недели. Часов до трех-четырех мы решали вопросы, а потом были свободны, и мы ездили по злачным местам.
Ради интереса я всегда спрашивал у узбеков, сидящих за столами, о Советском Союзе, счастливы ли они, что отделились? Я не встретил ни одного узбека, который был бы доволен своим суверенитетом
Они ностальгировали по советскому режиму, говорили, мол, нас эти баи сейчас эксплуатируют, на хлопок, как скот, сгоняют. То есть это натуральное рабство. В советское время хотя бы был закон — напишешь жалобу в ЦК КПСС, приедет инструктор, и все местные баи становятся шелковыми.
А как же вы тогда отнеслись к Общенациональному конгрессу чеченского народа, собрание которого и стало первым шагом к объявлению независимости?
Все его программные документы готовил я. Там, конечно, было реакционное крыло, ратовавшее за полное отделение, но было и крыло солидарных со мной. Они выступали за демилитаризацию Северного Кавказа и дальнейшее развитие в составе России, вместе с ней.
Как вы относитесь к фигуре Джохара Дудаева сейчас, по прошествии трех десятилетий?
Сейчас, к сожалению, он чрезмерно героизирован, у него очень много сторонников. Тогда он был принят нами всеми на ура — все-таки он был генералом. Нас было четыре главных руководителя: Яндарбиев, я, Удугов, Саид-Хасан Абумуслимов. Кто мы были? Я — журналист, Яндарбиев — писатель. Короче, с нами можно было расправиться в два счета, посадить в тюрягу, и никто бы не вякнул.
А тут — генерал. Его уже так запросто в тюрьму не посадишь, и мы его в качестве боевого коня выдвинули. Оформили задним числом как делегата, сфальсифицировали — он делегатом не был, а был просто приглашенным гостем. Выбрали Дудаева в исполком, потом оформили как председателя, и все были довольны.
Но он с порога начал не госстроительством заниматься, а стал создавать мафии по тейповому принципу. У нас есть тейп Чинхой, и он оттуда набрал отъявленных жуликов. Мамадаев еще в советское время прогремел как расхититель социалистического имущества, два или три строительных управления с молотка умудрился пустить в советское время. Потом Мараев — хороший спортсмен, но не руководитель. Он не имел никакого образования, опыта работы. Бислан Гантамиров — наркоман и жулик.
Собрав эту шушеру, Дудаев фактически сформировал из них кабинет министров (тогда мы его называли КОУНХ — Комитет по оперативному управлению народным хозяйством). Вот тогда я сразу же пошел против него. Написал первую статью в газете «Кавказ» под названием «Остановиться, оглянуться». Там я прямо обращался к Джохару: мы же предложили демократическую программу, народ нам поверил, а ты посадил в кабинете министров жуликов — к чему ты хочешь его привести? После этого мне пришлось участвовать в разборках, щелкать затвором автомата.
А когда вообще вы впервые узнали о существовании Дудаева? И как развивались ваши отношения поначалу?
О том, что он есть, я узнал в статье газеты «Грозненский рабочий». А увидел я его на конгрессе, который проходил в течение трех дней. На первом заседании я узнал, что тут у нас сидит этот приглашенный генерал. Я тогда с ним даже не хотел разговаривать, до перерыва.
А в перерыве ко мне подошел мой бывший тренер по вольной борьбе, которой я занимался в юности, и говорит: «Давай, Муса, я тебя познакомлю с нашим первым генералом». Я отказался — мол, не нужен мне этот первый генерал, он на службе у империи был, и так далее. А потом во второй части конгресса Дудаев попросил слово, и я дал ему семь минут (временем распоряжался тоже я).
И он выступил с такой речью! Я был просто потрясен. «Мы, чеченцы, такие же, как и все другие народы мира, нас господь бог создал одинаковыми, у нас великая история, мы заслуживаем не меньше, чем русский, украинский народы. Некоторые могут сказать — на нас пошлют танки. Пусть! Под танки лечь можно!» И тому подобное.
У меня волосы дыбом встали, мне аж стыдно стало от самого себя. Думаю: вот я негодяй, не зная человека, так плохо о нем подумал. И в конце первого дня заседаний я сам подошел к нему, извинился, мы поручкались, и тогда я его узнал. Перед вторым днем заседания всю ночь мы с Яндарбиевым и Абумуслимовым обсуждали, как сделать так, чтобы затянуть генерала в нашу затею. И тогда мы решили делегировать его на съезд задним числом.
Вы говорите, что вас восхитила речь Дудаева о суверенитете, о том, что «пусть они попробуют послать танки». Ваши взгляды тогда претерпели изменения?
Нет, у меня и в то время были те же взгляды. Я же говорил, я выступал за демилитаризацию. Не силой нужно строить государство, а законами, демократией, уважением к народу.
Так, по-вашему, тогда у Чечни должен был быть суверенитет.
Но не оголтелый, не тот, который установил Джохар, а потом и Масхадов. Нормальный, цивильный суверенитет — без танков, без пушек, без КГБ. Абсолютного нет даже у США. Сейчас мир взаимосвязан — и экономически, и политически. А тем более мы, осколки СССР, самой гнусной империи, куда денемся друг от друга?
Вы говорите о «нормальном» суверенитете и «ненормальном» при Дудаеве. А была в додудаевской Чечне поддержка оголтелого сепаратизма, радикального ислама?
Тогда это везде было, во всех национальных окраинах. Уже в 1990 году к нам начали проникать эти бородачи-ваххабиты с Ближнего Востока.
Так вопрос был о том, было ли это до 1990 года?
До 1990-го. Знаете, нет. Недовольство было, а так, в общем-то, никаких национальных противоречий не было. Говорят, что русских вырезали — это неправда, это такая кощунственная ложь! Был бандитизм — особенно после 1991 года, натуральный бандитизм, с легкой руки Джохара. Он буквально выпестовал его. Но он распространялся на всех — и чеченцев убивали, и русских. Не тотально, просто были случаи грабежей — богатых русских грабили, богатых чеченцев грабили.
У нас была соседка, тетя Лена, русская. Работала в торговле, у них были деньги. И к ним ночью полезли чеченцы, хотели ограбить. Она стала кричать, и мы выскочили к ней с автоматами. Одному я ноги прострелил, другие сбежали. А в поселке Калинина две семьи чеченские буквально расстреляли. Глава одной из них был золотых дел мастер, ставил золотые зубы, и всю его семью убили — его, жену, детей. Чеченцев.
А чтобы чеченцы против русских, или русские против чеченцев — этого не было. Мы жили очень мирно. Были заключены тысячи и тысячи смешанных браков. Женились на русских, на татарках, на еврейках. Не было национализма в Чечне — особенно в Чечне! Чечня и Азербайджан были самыми демократическими республиками
Хорошо. А насколько народ вообще поддерживал Дудаева?
В то время его поддерживало подавляющее большинство — больше 50 процентов населения точно. Выборы были самые натуральные, хотя несколько фальсификаций, конечно, было. Семь депутатов мы таким образом провели, сейчас об этом можно уже говорить откровенно.
Чечня с 1991-го по 1994 год что собой представляла? Это была демократия, диктатура, еще что-то?
К концу 1994 года это была натуральная диктатура дудаевской банды. Республикой правила банда — сначала одна, потом другая, другого тейпа. Они пушками, танками выбили из горисполкома Мамадаева, Гантамирова. Руками второй банды он выбил первую, и она потом освежевала республику, поставила ее на поток разграбления. И первые ваххабиты появились при Дудаеве, хотя я об этом говорил денно и нощно (тогда и телевидение было в моих руках, я курировал все средства массовой информации).
Я говорил, что надо религию отделить от государства. «Давайте защитим ислам, — говорил я. — Отделив его от государства». А ему это все на руку играло.
Его взгляды изменились со временем или он всегда таким был?
Мне кажется (дай бог мне ошибиться), что Дудаев был заслан в республику специально. Особенно поначалу он был очень косноязычен. Такую речь, с такими аргументами он не мог произнести экспромтом. Это просто исключено.
Но все, что он потом делал, играло на то, чтобы прилепить к чеченцам ярлык бандитов и религиозных экстремистов. Он поставил республику на поток разграбления. Он не мог не знать, что в основе любого государства лежит экономика, это ученики средней школы даже знают.
В Чечне была мощнейшая промышленность. 98 процентов авиамасел для всего СССР производилось там. Три нефтеперерабатывающих завода, один химзавод. Завод «Молот» всесоюзного значения, поточные линии которого можно было за 48 часов перестроить на выпуск тяжелых танков. Чудовищно богатая республика была, если бы Дудаев ее не отдал на разграбление. Мы бы жили намного лучше этих арабских шейхов. А он начал это делать с порога, с самого начала.
Например, добычу, переработку и реализацию нефтепродуктов он отдал в аренду одному жулику, уголовнику, который сидел в тюрьме за убийство. Вы можете себе такое представить даже сейчас? По этому поводу у меня с ним в 1992 году был отдельный скандал. Это ж ужас дикий!
Имаеву, заведомому агенту КГБ, он отдает должность министра юстиции, генерального прокурора и руководителя Центробанка. Ну как это? ***** [блин], ты что делаешь?! Я с ним чуть не подрался после этого, нас разняли тогда.
Если бы он хотел создать государство, разве занимался бы этим? Кроме всего прочего, я был главным редактором правительственной газеты «Ичкерия». И мне пришлось уже в 1992 году, в самый разгар нашего долбанного «суверенитета», опубликовать на двух разворотах полностью все движения нашей нефти и нефтепродуктов — кто сколько своровал, поименно.
Опять получилось очень громкое дело. Мне снова пришлось вооружаться — гранатометчики, автоматчики затворами клацали. Разборки пришлось делать. Эта статья должна быть в библиотеке Ленина в Москве — мы нашу газету высылали и туда, и на факультет журналистики, и еще куда-то. Ее можно найти и посмотреть.
И как отреагировал Дудаев?
Все без толку. В личной беседе он говорил: «Да, Мусик, да, мы все сделаем». Даже записи какие-то делал. И все.
Он меня считал за лоха. В принципе, лохом я и был. Мы все были лохами, легко верили. Дудаев всех нас облапошил
Но самое главное его преступление состоит в том, что он не пошел на подписание договора с Россией. Я был первым переговорщиком, в декабре 1991 года я более двух недель провел в Москве у первого зама Хасбулатова. Все эти вопросы мы с ним обговаривали — в том числе и то, что я лично не хочу полного суверенитета, что мы должны быть на одном экономическом, военном, культурном пространстве, только единственное — не нужны эти оккупационные войска.
Мы разработали план, назвали этот договор ассоциативным, потому что словосочетание «федеративный договор» уже многим чеченцам, особенно экстремистски настроенным, слух резало. Написали бы «федеративный» — пошло бы: «О! Темишев опять нас хочет в рабство отдать! В СССР, в КГБ и так далее». У меня очень много врагов было с самого начала.
Мы по этому договору могли бы иметь больший суверенитет, чем Татарстан. Даже охрану внешних границ Чечни с Грузией предполагалось осуществлять силами чеченских погранвойск (но с условием, чтобы они входили в состав погранвойск России).
Что сказал Дудаев, когда вы вернулись из Москвы?
Я в составе группы из пяти человек, в которой были Удугов и Яндарбиев, привез ему этот документ и сказал: «Джохар, надо подписать, на большие уступки Москва не пойдет, такой суверенитет нам достаточен». В общем, изложил суть документа тезисно. А он так посмеялся ехидно, сделал жест пальцами — «чик-чик» — и сказал: «Мусик, ты парень умный, но смотришь на проблему через московские очки. Мы их сможем в бараний рог свернуть!» Я ответил: «Адольф Гитлер, который покорил весь мир, раком поставил земной шар, не смог сделать этого с Россией. А мы — два калеки. Жизни свои мы, конечно, отдать готовы, но ничего не сможем сделать. Джохар, ты ведешь народ к войне!»
Еще один хороший пример: как только мы выбрали президента и парламент, я поговорил с главным раввином чечено-ингушской общины Давидом Моисеевичем Хазаном, чтобы он на телевидении благословил чеченский суверенитет, президента, парламент и так далее. Чтобы мир заодно узнал, что мы демократы. Он согласился, мы пришли, сели в студии, замечательное интервью было. Давид Моисеевич пропел на иврите молебен в поддержку президента.
Вы предвидели введение федеральных войск в Чечню в конце 1994 года? Где вас оно застало?
В 1994 году на меня возбудили уголовное дело как на врага религии, за систематические оскорбления президента и парламента республики, отстранили от всех должностей, и я вынужден был бежать в Москву, где у меня были друзья, например — академик Игорь Иванович Артюх, которого я знал со студенческих лет.
В это время в России повсеместно была катастрофа. Ельцинская банда раздербанивала ВПК, заказы снижались. А у Артюха простаивали сверхсовременные поточные линии. Чтобы не сбежали квалифицированные работники (там минимум кандидат наук сваркой занимался), он отдал армянским бизнесменам некоторые из этих поточных линий. Они там делали золотые украшения с инкрустацией, какие-то бутылки для шампанского выпускали. И на их копейки он поддерживал рабочий тонус предприятия «Тори» по производству СВЧ-оружия. Он был большой патриот России, мы по поводу этого с ним часто спорили, один раз даже поругались.
Но все же вернемся к вводу федеральных войск. Помните ли вы тот день и что вы тогда испытали?
. И вот Артюх мне, человеку очень ему нужному, выделил два огромных кабинета в Союзе предприятий города Москвы. Там я продолжал издавать газету «Кавказ» 100-тысячным тиражом, там я и застал ввод войск.
Я это дело ожидал, этого ждали многие. Было очень жутко, страшно. Я знал, что будет кровопролитие, особенно после того, как услышал, что в первую очередь стали бомбить роддома, Министерство финансов, здание Центрального банка... То есть заметали следы. Война была организована мафией, как признал генерал Рохлин в своем последнем интервью. Когда у него спросили, за что умирали русские солдаты в Чечне, он ответил: «За интересы мафии».
То, чем все закончилось, — закономерный итог?
Да, конечно. А чем еще это могло закончиться? Не было положительных стимулов ни со стороны России, ни снизу. Чечня была уже исковеркана этой мафией, беспредельной войной... Такой беспредельной войны нигде не было.
------------
Слова могут быть разными (как одежда человека) но действия, методы идентичные! От того что насильник меняет одежду с другим цветом, он сам тоже меняется ? Нет. Империализм, колониализм, шовинизм, фашизм, нацизм (от NSDAP), (нем. Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei (NSDAP); сокр. НСДАП, аббр. в переводе — НСНРП или НСРПГ) коммунизм, и вот РАШИЗМ, "россиянство") об этом Дж.Дудаев в начале 90-х говорил, как пророк, Рашизм как наиболее человеконенавистническая форма фашизма. "Обыкновенный русизм, страшнее фашизма, нацизма, всех человеконенавистнических идеологий, возведенный в высший ранг государственной политики России. Русизм страшнее фашизма", - отметил Дудаев. Когда фашизм пошел по Европе и миру и наступил на хвост России, она первая заголосила о помощи. И весь мир пришел ей на помощь в борьбе с фашизмом. А теперь русизм уничтожает целые народы, сметает с лица земли, выбирая самую беспомощную жертву. "Всю историю Россия выбирает самую беспомощную жертву на полное уничтожение с лица земли и устрашение всего мира, мол, вот какие мы сильные, коварные, злые, хищны. https://youtu.be/YAg3QGk2jHw Джохар Дудаєв в 1994 предвидел Крымский сценарий: https://youtu.be/r38xA5wU2Yw... Рашизм - наиболее популярная идеология современной России, пропагандирующая превосходство русских над всеми остальными нациями и этносами в мире и стремящаяся распространять и использовать ее, посредством прямых угроз и актов насилия, для незаконного захвата и оккупаций территорий независимых и суверенных государств. Рашизм — это разновидность тоталитарного, фашистской идеологии, симбиоз основных принципов фашизма и сталинизма. Он обоснованием варварской геополитики РФ, направленной на оккупацию и аннексию территорий других государств, часто сказывается штампом «собирания земель русских» и опирается на местный коллаборационизм и поддержку русского пятой колонны. ... Повторная волна распространения этого термина пришлась на период абсолютно незаконного вхождения Крыма в состав Российской Федерацией, сбивания самолета Boeing 777 возле Донецка 17 июля 2014 года и начала русско-украинского политического и военного конфликта в Украине в 2014 году.