Ну, мы все, конечно, знаем, что на углу Кривого и Лютного переулков в магической части Лондона находится самый надёжный, прямо как швейцарские часы, банк, основанный гоблином Гринготтом в 1474 году. Прямо скажем, что иных банков волшебной Англии вовсе нет, так что все, кто имеет галлеоны, хранит их именно в этом банке. Вообще-то правда, что из известной истории нарушить защиту этого банка удалось лишь дважды. В 1991 году это сделал Квиринус Квирелл, правда, тогда он своего не достиг, так как искомый им философский камень из сейфа был забран накануне, но в ячейку-то 713 он-таки проник и таки вышел из банка невредимым. А вот второй раз это проделала весёлая троица в 1998 — Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер и Рон Уизли, и они, как вы знаете, вскрыли банковскую ячейку семьи Лестрейндж и оттуда чашу Хельги Хаффлпафф всё же попятили. Что ж... бывает.
Вообще-то в этом банке работали, в основном только гоблины, отношения с людьми у них были.... несколько сложные, признаться. Тем не менее, в банке всё же работали люди. Например, Билл Уизли долгое время работал ликвидатором заклятий в египетском филиале «Гринготтс», однако, когда Билл вступил в Орден Феникса, то он перевелся в лондонское отделение банка. Флёр Деланкур после выпуска из Шармбатона, как раз устроилась работать туда же, чтобы совершенствовать английский язык.
Кстати, платили в банке Гринготтса очень неплохо: Биллу положили уплачивать каждое новолуние по 100 галлеонов, а в первый же день уплатили единовременно 50 галлеонов.
Буквально на следующий день, после того, как Билл начал работать в Лондоне, он принёс с работы бланк договора, который ему дали гоблины в банке, и предложили его подписать.
Вот что значилось в нём:
— Это что? — спросил его братец Рон, заинтересовавшись тем, как его брат внимательно через кристалл осматривает лист на лужайке около дома.
— Представь себе, вот это мне предложили в банке. Ты же знаешь, я неплохо умею устанавливать защиту от тёмной магии и снимать тёмные заклинания, но пока не могу понять — в чём тут дело... ищу признаки тёмной магии и найти не могу.
Тут к ним подошла Флёр.
— П’гивет, — сказала Флёр, — чем вы зан’яты? Что-то интег’есное?
— Я теперь работаю в Лондонском «Гринготтсе», — начал Билл, при этих словах Флёр невольно радостно улыбнулась, — и, только представь себе, в первый же день мне не только выдали сразу пятьдесят монет, но и предложили подписать вот такой договор, который выглядит слишком выгодным. Представьте себе, каждую луну вклад будет удваиваться.
И Билл протянул Флёр лист бумаги с текстом.
Флёр углубилась в чтение.
Через некоторое время она закончила изучение. В глазах стояло недоумение.
— Дай-ка мне, — Рон взял лист бумаги из рук Флёр и стал читать. — Хм... помню, помню, как мы забрались в этот банк — я, Гермиона и Гарри... да... что ж... странно, — эксперимент невиданной щедрости, — бормотал Рон.
— Понимаешь, Рон, — заметил Билл, — я очень внимательно обследовал текст даже с кристаллами и ничего магического не нашёл, но... что-то тут...
Тут все трое решили, что надо бы посоветоваться с Гермионой Грейнджер. Точнее, решил так на самом деле Рон, так как по каждому поводу искал повода встретиться с Гермионой, но остальных двоих — Билла и Флёр такое тоже устраивало, лишь бы заниматься общим для них делом.
Они взяли листы бумаги, которые немедленно упаковали в широкие рукава одежды Рона и отправились к Гермионе.
Ну, а пока они идут, попробуйте решить сами:
- стоит ли подписывать Биллу предложенный договор?
- выгодно ли заключать такой договор и если да, то кому и в каком случае?
- а что бы вы сделали, если бы такой договор предложили подписать вам?