Арина настаивала, кричала в трубку, умоляла, чтобы я приехала. Ho eё беременность ещё не повод, чтобы тащиться по пробкам через весь город. Тоже мне, нашла проблему — выбрать имя ребёнку, который должен появиться на свет только через семь месяцев! Досадно вздохнув, я всё же развернула машину и поехала к подруге. Она ждала меня у подъезда, выгуливая своего крохотного пинчера Пуфика. Глядя на пёсика, мне всегда становилось смешно: уж больно он напоминал хозяйку. Эти глазки-бусинки, вечно встревоженное выражение морды, мелкие зубки. Сходство добавлял и его голубой комбинезончик, подобранный Ариной в тон её новой куртке.
— Лилька, я так рада, что ты быстро примчалась! Вопрос жизни и смерти! У меня голова идёт кругом, и я не знаю, что делать. Впервые в жизни... — загадочно улыбнулась Арина.
— Действительно, с именем непросто определиться! Но пол ещё неизвестен, ты бы не торопилась. Да и ошибается УЗИ частенько. Мама твоя кого хочет: внука или внучку?
— Какая мама?! Ты о чём? Я тебя просто так тут, что ли, встречаю? Мама не в курсе. Пока...
Я, честно говоря, опешила:
— Арин, ты же вроде собралась рожать. И рано или поздно твой живот начнёт расти, и мама это увидит.
— Собралась, собралась... Только сначала надо всё хорошенько обмозговать. Пошли домой, поговорим.
Жизнь ради дочери
Мне всегда нравилась Аринина мама — обаятельная полноватая женщина с печальной улыбкой. Её муж умер очень молодым, ребёнка пришлось поднимать одной.
И почему Полина Николаевна поставила жирный крест на личной жизни? Мне это было непонятно, ведь кавалеры вьются вокруг неё до сих пор. Так или иначе, вся её жизнь посвящена дочери. И только ей! Вот и сейчас, когда мы вошли, от одного только взгляда на Арину глаза матери засияли:
— Почему так долго гуляла? Погода обманчивая, можно простудиться! Ты же знаешь, я волнуюсь!
— Мам, я ждала Лилю, а она в пробке застряла. Покорми её лучше, она с работы.
— Лилечка, давай я тебе щи подогрею, котлетки?
Я, конечно, для приличия сначала отказалась, но потом слопала все с великим удовольствием. Готовила Полина Николаевна отменно. Да и сама кухня безумно располагала к душевным посиделкам: большой круглый стол на резной ножке, расписной фарфоровый чайник, старый торшер с бахромой на потрескавшемся плафоне. Угловая тумба, маленький фонтанчик с семью счастливыми слониками. На окне — цветущие фиалки. Пестровато, но как уютно!
Дождавшись, когда мать уйдёт из кухни, Арина вскочила и плотнее прикрыла дверь.
- Я думала, что она никогда нас не оставит! Как прилепится вечно со своими душеспасительными беседами...
— Ну зачем ты так? Полина Николаевна лишь тобой и живёт! — заметила я.
— Лиль, только не надо начинать про её жертвы во имя меня! Бабка в своё время всю плешь проела, я в курсе. Давай о другом. Я сказала о ребёнке Вадиму.
— И?!
— Он счастлив. Носил меня по комнате на руках, сгонял за шампусиком. Собрался знакомить со своей маман. Несколько раз за вечер сделал мне официальное предложение руки и сердца, — Арина подмигнула и показала язык.
— Поздравляю! Рада за вас! Гульну на свадебке скоро, а то надоело уже девчонок от разводов откачивать.
Я действительно устала в последнее время от различных драм своих подруг. Кто-то делит имущество, кто-то — детей. Некоторые из моих знакомых семейных пар находятся в вечном состоянии гражданской войны. И вот наконец хоть одна счастливая история.
— Кстати, Арин, я недавно видела совершенно потрясающий свадебный салон...
— Да погоди ты! Я недорассказала!
— А что ещё? Надо звать Полину Николаевну, звонить Вадиму...
— Успеем... Лиль, ты Макарова помнишь?
- Андрея или Игоря? — У меня появилось плохое предчувствие.
— Игоря. Он мне тут звонил недавно, звал в ночной клуб. Я отбрыкивалась сначала, потом решила сказать правду.
— Умничка! И как бедный Ромео?
— Обрадовался!
— Чему?.. Первый раз вижу мужика, который счастлив, что его на повороте обошёл другой!
Арина посмотрела на меня как на инопланетянку:
— Ты не поняла, Лиль! Он решил, что я беременна от него, — выпалила подруга.
— Как это решил?! Ты хочешь сказать, что это его ребёнок, а не Вадима?
— Ребёнок-то Вадика, но у меня появился шанс! Что тут непонятного? Макаров при деньгах, квартира в центре, яхта, дача.
— Арин, ты бредишь? Твой Макаров — бандит, «держит» весь наш район, личность тёмная. Зачем тебе этот криминальный тип?! Кстати, почему он решил, что ребёнок от него? Уж не хочешь ли ты сказать, что встречалась с двумя парнями одновременно?!
— Хочу... Надоели трущобы!
— Ты чокнулась, да? Хочешь за счёт ребёнка купить себе маленький свечной заводик? Такие вещи добром не заканчиваются, Бог — не Ерошка!
— Ага, видит немножко. Вот и хорошо! Пора и мне получить что-то вместо этой халупы в трущобах! Что я видела в жизни?! Мамины бесконечные подработки и дешёвые тряпки! Я не хочу так жить — от получки до получки. Годами копить на поездку на море! — и Арина всхлипнула.
В этот момент она была похожа на маленькую девочку, у которой отбирают игрушку. Слезы, перемешиваясь с чёрной тушью, капали в чай. Приглушенные рыдания слились с шумом китайского фонтанчика. Я смотрела на плачущую подругу и ловила себя на мысли, что мне её нисколечко не жалко. С невозмутимым видом я ждала окончания истерики. Успокоившись, Арина важно изрекла:
— Хочу красивой жизни! Пусть даже с таким моральным уродом как Макаров! — она промокнула салфеткой глаза, поправила причёску. — Вот только не надо на меня смотреть как на дешёвую портовую шлюху!
Я с трудом подбирала слова. Мысли путались, новый аргумент тут же сменялся более веским. Главное ускользало, хотя было явно на самой поверхности.
Мелкий бандит
Меньше всего мне хотелось читать нравоучения, какое я на это право имею? Поэтому тривиально спросила:
— А как же Вадим?
Арина пожала плечами и отвернулась к окну. После паузы она сказала:
— Лиль, я, наверное, его не люблю. Вот. Он очень хороший, внимательный, добрый, удивительно честный. Но он всего лишь топ-менеджер в магазине мобильной связи.
— Действительно, куда ему до мелкого бандюка. Ни украсть, ни убить!
— Игорь не мелкий!
— Для прокурора или адвоката? Жить ты как с ним собираешься? — Изумлённо спросила я. - В вечном ожидании тюрьмы или похорон?! Будешь терпеть его любовниц, шестёрок-уголовников, сауны?..
Похоже, мои слова абсолютно не тронули подругу. Она даже не шелохнулась, сидела и молча наблюдала за моей реакцией.
Я же принялась тупо разглядывать фото на стене, с которого маленькая Ариша с любопытством смотрела на меня, обнимая плюшевого зайца.
«Все, зайчики кончились, — почему-то подумала я. - Начинаются серые волки».
На душе стало тоскливо и грустно. Захотелось домой.
— Ну, ещё откровения будут? — спросила я. — Так понимаю, ты уже давно все решила. Тогда чего ждала от меня.
Арина не ответила и стала молча собирать со стола грязную посуду. Пуфик вертелся под ногами в надежде получить что-нибудь вкусненькое. На подоконнике цвели фиалки, мирно урчал холодильник... Вдруг в моей памяти отчётливо всплыли слова с какого-то рекламного щита: «Будущее зависит от тебя!» Как кстати... Наверное...
— Ариночка, тебя к телефону! — Послышался из коридора голос Полины Николаевны.
Я обрадовалась наметившемуся перерыву в нашей с Ариной «дружественной» беседе. Но одной мне остаться не удалось, тут же вошла её мама. Заговорщически подмигнув, уселась рядом:
— Лиля, посекретничаем немного? Я хотела узнать: ты не в курсе насчёт Вадима? Ариночка приходила как-то с ним. Такой приятный молодой человек! Обычно она никого со мной не знакомит, я только переживаю вечно, где она и с кем? А тут домой привела на ужин. Обходительный такой, цветы мне подарил и бутылочку вина! Высокий, интересный, начитанный. Нравится ему дочка, как я заметила. Животных любит, с Пуфиком весь вечер возился. Я бы тебя не расспрашивала, да не было больше Вадика... А сейчас, когда он позвонил, Арина как фурия на него накинулась, меня выставила. Не знаешь, что у неё с ним? Ей ведь тридцать не за горами, а все скачет, как та стрекоза...
Уж на сковородке
Я внутренне сжалась. Врать ненавижу! Сразу чувствую себя как уж на сковородке. Сравнение банальное, но точнее не скажешь. Придётся прикинуться дурочкой, по крайней мере, не мне же расхлёбывать эту кашу...
— Полина Николаевна, да вы что! Арина вас с кем-то знакомила?! С ума сойти! Она всегда такая скрытная! Не думаю, что у неё с кем-то что-то серьёзное, я бы знала! — Скороговоркой выпалила я, предательски краснея.
Полина Николаевна понимающе погладила меня по руке, пожаловалась на магнитные бури и мигрень, извинилась за излишнее материнское беспокойство и удалилась. С горящими от стыда щеками я готова была провалиться сквозь землю. Надо сматываться отсюда поскорее!
Пытаясь найти свалившийся с ноги тапок, я задела ногой Пуфика, который тихо посапывал под столом. Он искренне обрадовался — наконец-то я уделю ему внимание. Каждый гость, по его собачьему разумению, приходит в дом именно к нему. Я взяла собачку на руки, погладила по мягкой шерсти. От неё исходило удивительное тепло. Маленькое, но преданное сердце билось прямо у меня под рукой. Почему-то захотелось плакать... Пёсик лизнул мою щеку, видимо, в знак особого расположения. Я почесала его за ухом. Продолжения сюрпризов от Арины мне больше не хотелось. Я чмокнула Пуфика в холодный нос и встала.
— Пора тебе меня провожать, мой добрый друг! — сказала я и посадила его на пол. Он заволновался, увидев, что я направилась к двери.
В прихожей никого не было. Одевшись, я позвала Арину. Та вышла из комнаты то ли недовольная, то ли рассерженная:
— Сбегаешь, да? Добрая девочка Лиля — вся такая правильная и воспитанная! Ходячая добродетель! Зачем дружить с отбросами общества, не так ли? Нужно жить как святоша и сидеть на воде и хлебе! — язвительно бросила она.
Я тоже не осталась в долгу:
— Арин, да живи ты как хочешь! Я бы на твоём месте тщательнее подбирала отца будущему ребёнку. Ты проверь, вдруг есть кто-то покруче в твоём списке контактов. Здесь ведь главное — не продешевить!
И я пулей вылетела на лестничную площадку.
Все в руках судьбы
По дороге домой я ругала себя за то, что не сказала Арине самого важного. Ведь авантюра, которую она затевает, может иметь страшнейшие последствия. Что будет, если Макаров узнает правду? И как воспримет это Вадим? Как потом объяснит всё это своим мужчинам Арина?
Мысль, что ещё не рождённый малыш уже страдает от действий своей матери, не давала мне покоя. Дозвониться до Арины было невозможно — она не брала трубку. Понятно, что о встрече не могло быть и речи.
Через три недели мне позвонила Полина Николаевна и, плача, сообщила, что Арина в больнице. У неё случился выкидыш...
Когда я мчалась в машине к подруге, мне на глаза то и дело попадались рекламные щиты со слоганом: «Будущее зависит от тебя!» Как бы не так! Черта с два!