В эфире радио Спутник Михаилу Хазину был задан вопрос:
Санкции ЕС в отношении российских алмазов европейские трейдеры назвали абсурдными, поскольку они вызвали хаос на ювелирном рынке Европы. Об этом пишут британское «The Times» публикуя материал под заголовком
«Торговля бриллиантами в Европе теряет свой блеск из-за санкций против России».
Ну, в общем, в чём суть. Ограничения требуют, чтобы все алмазы, поступающие в страны Евросоюза, направлялись в Антверпен, где проверялись, не из России ли они случаем. В результате, трейдеры жалуются, что появились не только длинные задержки, но и потребовались дополнительные расходы, что вызвало недовольство у клиентов.
Если раньше заказ можно было сделать за два дня, то теперь это, в лучше случае, занимает пару недель и конечно негативно сказывается на всей отрасли торговли алмазами в Европе.
Но, насколько я помню, именно алмазная часть стала тем краеугольным камнем, может быть главной составляющей какого там пакета санкций, которым так гордилась Урсула фон дер Ляйен. В итоге, как я понимаю, Европа опять сделала хуже себе или все-таки преодолеют они это и всё у них наладится там с алмазами?
Михаил Хазин: Объясню, в чём дело. Дело в том, что если компания «DeBeers» эту монополию потеряет, то не хочу сказать, что алмазы будут стоить как булыжники, но цены упадут очень сильно. По этой причине все очень опасаются, что у СССР, СССР очень специфически работала с «DeBeers» и советские алмазы были в СССР, а «DeBeers» алмазов в СССР не было.
А соответственно потом в начале 90-х Чубайс отдал российскую алмазную отрасль «DeBeers». В результате гранильные компании у нас начали умирать, практически умерли, но а «DeBeers» продолжал сохранять монополию.
Если сегодня сделать этот запрет, то фактически это означает, что российские алмазы и не только российские, потому что кто-то будет работать через Россию начнут попадать на рынок независимо от «DeBeers». И вот это реальная катастрофа для всей алмазной отрасли.
Вопрос: Для алмазной отрасли или для компании «DeBeers»?
Михаил Хазин: Нет, для алмазной отрасли в целом, да и для компании «DeBeers» тоже, потому что она будет очень сильно проигрывать.
Россия будет проигрывать тоже, потому что мы продаём через «DeBeers» и поэтому наши алмазы стоят дороже, чем они будут стотть, если на алмазы будет свободный рынок.
Мне даже рассказал один мой знакомый, в 90-е годы, как он был где-то в Африке и там такая типичная деревня африканская, рынок в этой деревне.
Как устроен рынок – стоят такие вот деревянные столики, над ними навесики порытые пальмовыми листьями и там торгуют чем-то. И стоит бабушка, которая держит в руках такой бумажный пакетик. Говорит, что у меня даже появилось такое непреодолимое желание сказать ей по-русски «Бабушка почём семечки?». Только оказалась, что это не семечки, а алмазы. Не такие кончено, сильно меньше, но всё равно, почему, потому что в Африке алмазов много, их вывести нельзя. При попытке вывезти алмазы из Африки у вас будут большие проблемы.
А как их вывезешь, для этого нужно, чтобы бы обладали независимым каналом. А те, у кого есть самолёты, которые могут туда прилететь без контроля, те это конечно могут сделать. Вот, всякого рода частные вооруженные военные компании, они могут играться в эти игры. Но потом всё равно предстоит попытаться легализовать эти алмазы как-то.
Так вот весь фокус состоит в том, что вот эти вот станции они подрывают вот эту вот монополию. По этой причине все, кто работает в этой отрасли, просто если финансовый поток упадёт два-три раза, то у всех упадут доходы в два-три раза. Это никому не нужно. Поэтому они так себя ведут.
Ведущий: Подождите, ну хорошо, вы сказали Чубайс отдал алмазы компании «DeBeers», до этого такого не было. А что сейчас мешает выйти из этой компании России?
Михаил Хазин: А я не знаю. Не знаю, действует ли этот договор. Я это помню только потому что этот договор заключался в 97-ом году. Я только только пришёл в администрацию президента и мы тогда приостановили этот договор в связи с его очевидной невыгодностью для России. Но, как бы, очень сильное давление, в том числе со стороны руководства администрации, привело к тому, что его всё-таки подписали. Там были ещё некоторые контексты, о которых я пока умолчу. Потому что по имеющимся у меня данным личные доходы от этой сделки пошли на некоторые стратегические политические проекты.
Ведущий: Хорошо. Михаил Леонидович, не подумайте, что я переживаю за рынок европейских алмазов, мне в принципе всё равно, что там происходит, но сама ситуация интересная. По сути, эти санкции не выгодны ни России, ни европейским торговцам. Они не выгодны, в финансовом отношении, никому, но тем не менее политики все равно будут сохранять хорошую мину при плохой игре и говорить, что мы победили.
Михаил Хазин: Дело не в этом. Дело в том, что Россия нарушила те правила, даже не просто нарушила правила, они сами свои правила регулярно нарушают. Россия посмела нарушить монополию тех, кто правила пишет.
Мы не будем называть сейчас кто это из мировой элиты, их поставили в ситуацию, при которой никуда не деться. Они не имеют монополию на написание правил. Это месть. Это попытка доказать, что так нельзя. Беда состоит в том, что система контроля за соблюдением этих правил разрушается с такой скоростью, что скоро в этом не будет никакого смысла.
По этой причине эти санкции будут отменены. Другое дело, что в этом случае придётся менять всю систему, так сказать, установления более или менее консенсуса правил. Собственно в этом вся проблема. Те, кто пока питает иллюзии, что старую систему можно сохранить – они пытаются сопротивляться.
Собственно, вот, организация терактов на территории России и на территории других стран, это всё продолжается. Я, кстати, думаю, что теракты будут не только в России, но и в Западной Европе в скором времени.
Ведущий: Те, кто пытается эту старую систему сохранить – сопротивляются. Насколько они вообще сильны?
Михаил Хазин: Понимаете, у них же система рассыпается на глазах. Они, конечно, очень сильны, но их ключевая проблема в том, что завтра их ресурс будет меньше, чем сегодня, послезавтра меньше, чем завтра и так далее.
По этой причине, держать всю систему в силе они не в состоянии. Если бы они отошли заранее на подготовленные позиции, может быть, можно было бы что-то спасти, как-то что-то сделать, но они упёрлись и в результате, скорее всего, они окажутся в ситуации, при которой сохранить не удастся ничего.