- Вот в командировку собираюсь, - он указал на спортивную сумку на полу, - я же говорил.
- Нет, не говорил, - Вика насупилась.
Она не очень любила его командировки. Да, они разговаривали по телефону каждый вечер. Да, он привозил подарки...
- Вика, хватит меня злить! – бросила Нина.
Вика оторвала удивленный взгляд от монитора и посмотрела на коллегу.
- И не надо мне строить глазки! – Нина насупилась.
- Да что я сделала? – не понимала Вика.
- Она еще и не понимает! – Нина отодвинула клавиатуру и водрузила на свободное место руки, сцепленные в замок. – Сидит она тут, счастливая! Сияет, понимаешь! И чем ближе конец рабочего дня, так ты ерзаешь на этом стуле, как на сковородке!
- Правда? – удивилась Вика. – Я не замечала.
- Зато я заметила! И весь коллектив заметил! Ты, как замуж вышла, стала просто невыносима! Улыбаешься постоянно, домой летишь, как на крыльях! Бесишь!
Вика рассмеялась.
- Вот! Вот! – Нина ткнула в нее рукой. – Нормальная бы женщина скандал закатила за такой наезд, а ты ржешь, как две лошади! Счастливая она, видите ли!
- А что в этом плохого? – спросила Вика, продолжая улыбаться.
- Вот я тебе желаю поскорее ребенка завести! А лучше двух. Нет! Троих! Вот тогда ты хлебнешь материнского счастья! И будешь как все, с проблемами, усталостью и тоской о вольной жизни на лице!
Вика расхохоталась в голос. Понятно, почему Нина злится.
- Я как представлю, что мне сейчас за одной в садик, за вторым в школу, а потом как-то пробежать мимо детской площадки без всех этих:
«Мы сейчас быстренько поиграем!»
А потом в магазин, ужин, уроки! У-У! – Нина схватилась за голову.
- Мы тоже собираемся с Сергеем ребенка заводить, - произнесла Вика. – Он настаивает. Говорит, что у матери был один, скучал. Хочет минимум троих.
- Сам? – Нина округлила глаза. – Вот везет же кому-то на мужиков…
***
Вике действительно с мужем повезло. Год они встречались до свадьбы, да уже полгода в статусе супругов, а отношения у них сохранили романтику и бережное отношение друг к другу.
- Милая моя! – закричал Сергей, подбегая к вышедшей из автобуса супруге.
- Сережа! – она рассмеялась. – Я могу и сама с остановки дойти!
- А вот и нет! – он подхватил ее на руки. – Накоплю на машину, буду тебя возить. А пока, только так!
И нес до самого подъезда.
А дома ее уже ждал ужин, чистота и порядок, и букет цветов на кухне.
Он работал сварщиком на частника, поэтому график у него был странным. Иногда пару часов в день работал, а иногда на неделю уезжал в командировку.
- У меня печенье в духовке, - сказал он, помогая Вике раздеться, - это нам на вечер.
- Ты не следишь за моей фигурой! – в шутку она упрекнула мужа.
- Как раз таки слежу! Не дай Бог похудеешь! Ты и так худенькая! Тебе еще откармливать и откармливать! – поддержал Сергей шутку.
С фигурой у Вики было все прекрасно. Не костлявая модель, и не матрона дородная. «А самый, что ни на есть, сдобный пирожок!» - Сергей так окрестил.
Ужин, диван, телевизор. Добрый фильм под хруст печенья.
«Господи, - ловила себя на мысли Вика, - неужели так бывает? Вот такое счастье?»
***
Ночная гроза заставила Вику подпрыгнуть на кровати. Но испугалась она больше не грома с молниями, а пустого места рядом. Вскочила и выбежала в коридор.
- Что случилось, милая? – донесся голос из кухни.
- Я проснулась, а тебя нет, - ответила Вика.
- Вот в командировку собираюсь, - он указал на спортивную сумку на полу, - я же говорил.
- Нет, не говорил, - Вика насупилась.
Она не очень любила его командировки. Да, они разговаривали по телефону каждый вечер, да, он привозил подарки. И каждый раз они отмечали его возвращение с испепеляющей страстью.
Но без него по вечерам было тоскливо, пусто и одиноко. Она даже куталась в его банный халат, представляя, что он рядом и ее обнимает.
- Наверное, забыл, - он выпрямился и почесал затылок. – Ты не волнуйся, там работы дней на семь. И я уже поговорил с начальником, чтобы работать только в городе. Надоели мне эти разъезды.
- А он согласится? – спросила Вика с надеждой.
- Я ж женат, а у нас еще трое в штате холостых. Пусть они катаются! – он улыбнулся. – Иди, ложись! Я выходить буду, поцелую в носик!
- Хорошо, - она его обняла и ушла в спальню.
***
Долго спать без Сергея в выходной день Вика не могла, поэтому поднялась еще до восьми. А через полчаса после подъема кто-то позвонил в дверь.
- Интересно, - проговорила Вика, направляясь к двери, - никого не ждала, никого не звала.
На пороге стояла мама Сергея, Ольга Антоновна.
- Ой, а я думала, мне Сережа откроет, - смутившись, сказала она.
- В командировку уехал, - вздохнула Вика, - а вы заходите! Он вчера печенья напек, мы его сейчас с вами под чаек и покушаем!
- Спасибо, Викочка, - улыбнулась Ольга Антоновна, - а можно я у тебя до вечера посижу? У нас в доме где-то трубу прорвало, так нам все перекрыли. Ни приготовить, ни убрать. Прости, даже в туалет не сходить.
- Конечно, - согласилась Вика, - я скучаю без Сережи, а так мы с вами поболтаем!
- Какая же ты хорошая! – умилилась Ольга Антоновна. – А я тебе пирог испеку! С грибами! Грибы сама собирала, сама сушила! Не магазинные! Боровики с лисичками! М-м! Объедение!
***
Насладились чаем, отдали дань печенью, и Ольга Антоновна занялась пирогом.
- Сиди-сиди, девонька, - остановила женщина невестку, когда та хотела помочь, - тебе на работе забот хватает, вот и отдыхай. А я тут сама!
Вика улыбнулась и переместилась с табуреткой в уголок, чтобы не мешать.
- Хорошая ты, Вика, - говорила Ольга Антоновна, занимаясь тестом, - повезло Сережке с тобой. Я как мать тебе скажу, он переменился весь. Улыбается. За голову взялся. Работает. Старые привычки бросил. А я ж так боялась, что он снова за старое возьмется!
- А что за привычки? – поинтересовалась Вика. – Он как-то не рассказывал.
- Не рассказывал, так может, тебе и знать не надо, - махнула рукой Ольга Антоновна, - говорю же, переменился он! Только б дружки его снова с пути не сбили.
- Плохая компания? – спросила Вика.
- Да уж хорошими их не назовешь, - женщина вздохнула, - по юности связался со шпаной, да уже сам сто раз пожалел.
- Он и об этом не рассказывал, - Вика задумалась.
А на самом деле. Замуж вышла, а прошлое мужа – одни сплошные пробелы. Он больше ее слушал, чем сам что-то рассказывал.
- Ай, даже не думай об этом, - сказала Ольга Антоновна, ставя пирог в духовку, - ты ж ему самый близкий человек. А если тебе не сказал, значит, и для него самого это перевернутая страница.
- Ну, наверное, - Вика пожала плечами.
- Ты с ним счастлива? – вдруг спросила Ольга Антоновна.
- Да, - ответила Вика сразу.
- А мне другого и не надо, - она уселась за стол. – Живите счастливо, да жизнь стройте! А прошлое пусть остается в прошлом.
Пирог получился выше всяких похвал. Вика уплетала за обе щеки:
- Очень вкусно! Понятно, в кого Сережа такой кулинар!
Но тему сына Ольга Антоновна не поддержала. И так сказала, по ее мнению много лишнего.
До самого вечера болтали ни о чем, как закадычные подружки.
- Поеду я, - сказала ближе к ночи Ольга Антоновна.
- Так оставайтесь на ночь, - предложила Вика, - вряд ли они там все за один день починили.
- Не-не, поеду, - Ольга Антоновна обняла невестку, - и проверить надо и посмотреть. Они ж там чего угодно могли наделать. А сразу бригаду не вызовешь, так потом и не дозовешься!
- Ну, если там завтра будет, как сегодня, так вы приезжайте и даже не думайте! Я всегда рада вас видеть!
- Хорошая ты, Вика, - в дверях сказала Ольга Антоновна, - повезло с тобой Сережке!
***
На следующий день свекровь не приехала, по телефону только сказала, что все нормально.
Второй выходной день без Сережи давался с трудом. Вика побродила по квартире, как между делом навела порядок, а после обеда села на диван перед телевизором с вязанием.
Вика ждала вечерний сериал, мерно постукивая спицами, и не сразу уловила смысл начавшихся срочных новостей.
«… Задержана группа опасных грабителей рецидивистов. Они в составе восьми человек во время обеда ворвались в ювелирный магазин и, угрожая оружием, пытались похитить содержимое кассы и витрин. Стоит отдать должное храбрости одной из консультанток, которая, рискуя жизнью, нажала тревожную кнопку. Грабители жестоко избили девушку, она в больнице в тяжелом состоянии... Доблестные полицейские взяли грабителей на выходе из магазина…»
Вика подняла взгляд на экран.
- Ограбление магазина? – удивилась она – Разве такое сейчас бывает? Как в фильме, честное слово.
А на экране показывали фотографии задержанных.
Вязание выпало из рук, а клубок закатился под диван. Но Вика этого даже не заметила. На нее с экрана смотрел ее Сережа. Без улыбки, глаза злые, щетина. Но это точно был он.
- Как же это? – прошептала она.
Она схватила телефон и начала дозваниваться до Сергея, номер был недоступен. Она отправляла ему сообщение за сообщением, но и они не доходили до адресата.
В полном шоке она позвонила Ольге Антоновне.
- Викочка, чуяло мое сердце, да я верить не хотела, что он за старое возьмется. Я сейчас к следователю поеду, буду свидание просить.
- И я поеду, - решила Вика, – это же не в нашем городе?
- Нет, девочка, не в нашем.
Поехали вместе.
***
Свидания пришлось ждать две недели. Все это время Вика с Ольгой Антоновной прожили в одном номере в гостинице. А разрешили свидание только одной.
- Иди ты, Вика, - сказала Ольга Антоновна, - я его в любом случае не брошу, да и что я ему скажу? Когда он в прошлый раз сел, я ему тогда все сказала. А тебе с ним поговорить надо.
***
Серые стены, железные стулья, привинченные к полу, затхлый воздух и одинокая муха, летающая под плафоном.
- Не хотел я, Вика, - начал говорить он убитым голосом, - подельники меня нашли и сказали, что тебе расскажут и на работу сообщат о моих подвигах. Я откупиться думал, а они сказали, что деньги и так возьмут, им я нужен, чтобы сейф вскрыть.
Он помолчал.
- Я когда тебя встретил, твердо решил, что назад ни ногой. Новая жизнь! А они меня вот так. Понятно, надо было в полицию идти и сдавать их с потрохами. А побоялся, что они за меня тебе мстить будут. Вот и залетел, так залетел.
Вика тихо плакала.
- Ты на развод подавай, - сказал Сергей внезапно, - мне от семерки светит, а у тебя жизнь. Я понимаю, что все неправильно и плохо, только другого не дано. На самом же деле жизнь заново начал. Люблю тебя больше жизни. Ты прости меня, да не суди строго. И так осудят, тянуть не будут.
Она так ничего и не сказала до самого конца их короткого разговора. Плакала все время.
***
И только в номере тихие слезы переросли в истерику.
- Тише, девочка, тише, - успокаивала ее свекровь, - как говорится, от тюрьмы да от сумы не зарекаются. Хотелось птицей в небо, а получилось жабой в болото.
- А ему, правда, семь лет дадут? – спросила Вика.
- Или около того, - сказала Ольга Антоновна, - в прошлый раз семь дали. А что он тебе рассказал? – спросила женщина.
Вика рассказала...
- Будешь на развод подавать? – спросила Ольга Антоновна.
- Ну, нет, конечно, - ответила Вика, - я же его люблю. Ждать буду. Передачки посылать, на свидания ездить.
- Если по уму, - проговорила женщина, - так семь лет срок долгий. Разведешься, через пару лет другого кого встретишь.
- Так это, если по уму, - Вика грустно улыбнулась. – А я люблю его. И он меня любит. А там, где любовь, разум молчит.
Любовь не слушает разум
Соавтор: Захаренко Виталий