Тени бродят по углам,
Обживаясь понемногу,
Их уже не отпугнёт,
Опрокинутый подсвечник.
От разбитого горшка,
Больше никакого проку,
Яркой бабочки судьба
До трагизма скоротечна.
Тяжкий и усердный труд —
Всё, что смертным остаётся.
Жизнь земная — тень и тлен,
Истина — за облаками.
Только кротким полной мерой
В лучшем мире воздаётся.
Прочим уготован ад
С меднобокими котлами.
Художник Готфрид Шалкен был истинным мастером жанра vanitas. И пусть Вас, дорогой читатель, не смущает отсутствие человеческого черепа в пространстве композиции. Уверяю, это именно он — старый добрый аллегорический натюрморт на тему суетности земного бытия. Причём настолько проникновенный в своей аллегоричной выразительности, что в процессе изучения нагнал на меня натуральную апатию. Увы, такое со мною время от времени случается...
Стремясь выбраться из тенет печали, я поимпровизировала со способом описания этой картины. В результате у меня родилось короткое стихотворение, которое Вы видели выше.
Всё же насколько по-разному зрители разных эпох видят одни и те же живописные шедевры! «Современный зритель, из числа неискушённых, разумеется! — запросто может принять «женщину, чистящую горшок» за бытовую зарисовку. В то время как для современников Шалкена его живописно-философско-назидательное размышление о конечности жизни было совершенно «прозрачным» по части авторского посыла.
Автор: Лёля Городная