Человеческий разум устроен уникально – с каким бы явлением он не столкнулся – он всегда ищет ему объяснение. Однако в ряде случаев – это объяснение не упрощает картину мира – а, наоборот, плодит без числа новые сущности.
Пожалуй, с того момента как люди поняли, что дети получаются в результате полового акта (а это, на самом деле, не очевидно), их стал интересовать вопрос – почему потомство похоже на своих родителей. С переходом от присваивающего к производящему хозяйству, человечество даже умудрилось поставить это явление себе на службу. Тем не менее, понимание этого процесса не появилось, и все объяснения сводились либо к воле богов, либо к теориям, объясняющим предсуществование микроскопического животного или человека в мужских или женских половых клетках – т.н. преформизм. Но иногда люди сталкивались с совсем уже из ряда вон выходящими событиями – когда потомство было похоже не на отца или мать, а на первого полового партнёра. Первым учёным, который отметил этот феномен стал Аристотель. Он утверждал, что признаки могут наследоваться не только от родителя, но и от других мужчин (самцов), от которых мать уже имела беременности или сношения (а в случае растений - скрещивания). Поскольку авторитет Аристотеля как основателя европейской науки был непререкаем на протяжении многих веков – эта мысль плотно вошла в образ мысли цивилизации, и не подвергалась критическому осмыслению аж до XIX века.
Одним из первых учёных, который постарался найти материалистическое объяснение этого феномена, был Чарльз Дарвин. В одной из своих работ, он описал случай с арабской кобылой лорда Мортона. Эта лошадь сначала принесла жеребёнка от самца квагги, а затем была покрыта арабским жеребцом, причём полученный от него жеребёнок тоже имел полосы на шее и на ногах. Сам великий создатель теории эволюции скептически отнёсся к этому сообщению, и предположил, что появление полосок на ногах у жеребёнка, является не следствием наличия среди партнёров его матери квагги, а проявлением архаичного признака, свойственного всем представителям лошадиных. Но к мнению гения не прислушались, тем более что с годами, сообщений об аналогичных случаях стало всё больше и больше. В первую очередь это было связано с бурным развитием селекции. Через некоторое время данный факт, стал незыблемой истиной, и публиковался в ветеринарной и биологической литературе как аксиома.
Однако название для этого явления появилось только в конце XIX века, в ходе спора двух великих умов – Августа Вейсмана, который утверждал, что генетический материал может передаваться только и непосредственно от родителей, и Герберта Спенсера, который утверждал, что эффект первого партнёра имеет право на существование. Феномен получил название «телегония» от двух греческих корней – «tele» - далеко, и «genno» - порождаю. Не обошлось, правда, и без мифологии – Телегон – сын Одиссея и нимфы Церцеи, убивает своего отца, не зная кто он.
Справедливости ради стоит отметить, что изначально Спенсер довольно скептически относился к идее телегонии, но во время дискуссии с Вейсманом она была слишком выигрышным аргументом, чтобы легко от него отказаться.
Одну из своих статей, Спенсер, сопроводил пространным «Постскриптумом», в котором обратился к вопросу телегонии, там он ссылался на «одного любезного корреспондента» из Соединённых Штатов, который сообщил следующее: «Дети белой женщины от белого отца весьма часто обнаруживали признаки чёрной крови в тех случаях, когда женщина имела прежде связь с негром». Далее шла речь о том, что у Спенсера был в гостях «один американец», который сказал, что «в Соединённых Штатах существует на этот счёт общераспространённое убеждение». «Не желая, однако, полагаться на молву, − продолжал Спенсер, − я тотчас написал в Америку… Профессор Марш… прислал мне письмо, где говорил: «Сам я не знаю подобных случаев, но слышал многие утверждения, делающие этот факт вероятным… Доктор В. Юменс из Нью-Йорка переговорил со многими профессорами медицины, которые, хотя сами не встречали подобных фактов, выразили мнение, что допускают их».
Источник подобных рассказов в свете отношения многих белых американцев к неграм совершенно понятен. Так, например, на страницах учебника американского физиолога А. Флинта, были приведены аналогичные сведения из третьих рук. Общее заключение Спенсера таково: «Мы должны… принять за доказанный факт, что во время беременности черты организма, унаследованные от отца, влияют на организм матери и что эти сообщенные действия передаются следующему потомству. Мы, таким образом, получаем абсолютное опровержение учения профессора Вейсмана, гласящего, что воспроизводительные клеточки независимы от соматических и не подвержены влиянию последних; вместе с тем исчезает предполагаемое препятствие к передаче приобретённых признаков».
Следует понимать, что время спора Вейсмана и Спенсера – это время борьбы идей наследования благоприобретённых признаков по Ламарку и Дарвиновской теории эволюции. Долгое время сторонники наследования приобретённых признаков для признания аргументов наследственных изменений в половых клетках под влиянием изменённой сомы ссылались на явление телегонии. Причём они имели в виду не точные эксперименты, а научно не проверяемые мнения практиков. Так поступал, в частности, Х.Ф. Кушнер. Вот что он писал: «Зоотехнологическая практика в области коневодства и собаководства уже давно придаёт большое значение тому, с какими производителями спаривать молодых кобыл и сук, полагая, что неудачный подбор производителей для первой беременности может повредить последующему племенному использованию маток».
Тем не менее, большинство случаев, принимаемых за телегонию, основывалось, вероятно, на некритическом отношении к делу и недостаточном исследовании всего явления, потому оно и принимается за случай телегонии. Так, например, произошло со случаем, который описывал Дарвин. Альфред Юарт выяснил родословную кобылы лорда Мотрона. Оказалось, что она происходит от индийского пони, имевшего такую же полосатость, как и один из её жеребят от арабского жеребца. Таким образом, в данном случае имел место возврат к типу предка (реверсия, атавизм) или расщепление, с точки зрения генетики. Можно подумать, что в этом ключе объясняются и другие случаи телегонии. По крайней мере, такой опытный исследователь, как Юарт, произведший множество скрещиваний различных млекопитающих и птиц, в том числе и лошади с зебрами, ни разу не наблюдал такого явления.
Единственным критерием истины является опыт, и в начале ХХ века исследователи разных стран приступили к экспериментальной проверке телегонии. Ланг экспериментировал с собаками, Белль – с голубями. Но особенно много опытов было проведено в России. В заповеднике «Аскания-Нова» - отечественные биологи Иванов и Фальц-Фейн провели большое количество опытов по скрещиванию различных животных, но ни в одном из экспериментов подтвердить явление телегонии не удалось.
К сожалению, наука часто становится заложницей политики – так и произошло в СССР. В 30 – 50-гг, вместе с «учением» Т.Д. Лысенко (которое, по сути, является довольно вульгарным ламаркизмом), на страницы учебников и научных статей, телегония вернулась в виде непререкаемой истины.
Последние экспериментальные исследования телегонии были проведены в 1959 году, когда существование этого явления не удалось продемонстрировать ни на крысах, ни на дрозофилах. А после краха лысенковщины, телегония оказалась там, где ей и полагается быть – в разделе истории науки, и стала игрушкой маргиналов. Но такие гипотезы легко не сдают позиции в умах людей. Новый всплеск интереса к этой гипотезе произошёл уже на рубеже XX и XXI веков, когда одновременно в разных странах Европы, США и России появилась гипотеза «волнового генома». Эта гипотеза гласит, что большая часть информации на спирали ДНК содержится в виде волны, а молекула ДНК способна меняться под действием голосовой речи и даже эмоций. Эта волна способна передавать информацию лазерным путем и, даже, записывать её на носители. Телегония подтверждала эту гипотезу ничуть не хуже, чем наследование благоприобретённых признаков по Ламарку.
Но если «волновой геном» — это очередное псевдонаучное учение ловких мошенников и проходимцев, то настоящие учёные тоже не могли остаться в стороне. И в 2013 году, в среде биологов прогремел гром среди ясного неба – на XIV конгрессе Европейского общества эволюционной биологии прозвучал доклад с названием «Каков отец, таков и сын? Негенетические отцовские эффекты возрождают возможность телегонии» Его представила австралийский биолог Анджела Дж. Крин, которая провела исследование на мухах-нереидах, в ходе которого получила удивительные результаты. Самцов мух разделили на две группы – одну из них выращивали на обогащённой питательной среде, в результате чего они становились крупнее чем в норме, а вторую группу – наоборот – на «тощей» - из-за чего мухи становились меньше обычного. Молодых самок, выращенных в нормальных условиях, спаривали с самцами из разных групп, а когда самки достигали зрелости – меняли им партнёра. В результате этого опыта оказалось, что размеры потомства от второго самца, всё равно определяется диетой первого партнёра.
Убедительного объяснения этому явлению, в настоящее время не существует, однако исследователи предполагают, что эффект объясняется впитыванием молекул семенной жидкости первого партнёра в незрелые яйца самок, и вероятно, оказывает некие эпигенетические эффекты. Однако это не совсем телегония в том смысле, которым наполнял её Спенсер. В данном случае происходит передача не генов, и следовательно, признаков первого партнёра, а воздействие неких веществ его организма, на наследственный аппарат матери. Отечественный биоинформатик Александр Панчин, придумал для этого забавную аналогию – если женщина заразится ВИЧ-инфекцией от первого партнёра, и передаст это заболевание своему ребёнку, зачатому с другим отцом, едва ли можно читать это эффектом телегонии. Да и вообще, не корректно переносить редкий лабораторный эффект, полученный на мухах – на человека.
Таким образом, в настоящее время не существует убедительных доказательств существования такого явления как телегония. Так что смело спаривайте своих породистых диванных собачек с уличными Бобиками, и будет им счастье – эффект гетерозиса самое лучшее средство для повышения жизнестойкости потомства!
Фото из открытых источников
Список использованной литературы:
1. Бляхер Л.Я. Проблема наследования приобретённых признаков. – М.: Наука, 1971.
2. Милс Синтия. Теория эволюции. / Пер. с англ. Рева О.Н. – Москва: ЭКСМО, 2009.
3. Панчин А. Ю. Телегония у мух, эволюция по Ламарку и наследуемость не по Менделю
4. Филипченко Ю.А. Генетика. – М – Л.: ГИЗ, 1929.
5. Филипченко Ю.А. Эволюционная идея в биологии. Исторический обзор эволюционных учений XIX века. – 3-е изд. – Москва: Наука, 1977.
6. Шноль С.Э. Герои, злодеи, конформисты отечественной науки. – М.: URSS, 2012.
7. Angela J. Crean, Anna M. Kopps, Russell Bonduriansky. Revisiting telegony: offspring inherit an acquired characteristic of their mother's previous mate // Ecology Letters[en]. — 2014.
8. Crean A. J., Kopps A. M., Bonduriansky R. Like father like son? Nongenetic paternal effects reinvigorate the possibility of telegony (Abstracts)
Автор: Артемий Липилин