– Ты никогда не любил меня! – мать, высокая, худая, в неизменно чёрной одежде, театрально заламывала руки.
Отец сжимался, скрещивал руки на груди, словно защищался от стрел, которые метали страдальческие глаза жены. Становился маленьким, незаметным, сливался с серым диваном.
Ваня старался в это время скрыться в своей комнате. Сцены разыгрывались ежедневно, сценарий не менялся: отец опаздывал на 10-15 минут – мать устраивала скандал.
Был маленьким – пугался, повзрослел – смотрел снисходительно: жизнь у родителей неинтересная, развлечений нет, вот и бесятся.
К любви у него сложилось определённое отношение: её нет! Зачем люди женятся? Зачем образуют пары? Боятся жизнь по-одному? В чём прелесть? Бежать сломя голову домой, чтобы тебя пилили весь вечер? Допрашивали, где деньги?
Ваня вышел из комнаты. Мать рыдала на кухне. Отец смирно сидел у телевизора.
– Ужинать будем? – мальчик поднял крышку кастрюли – пусто.
– Посмотри на отца, сынок! – мать протянула худую руку в его сторону. – Ему и дела нет, что холодильник пустой!
Ваня не реагировал. Достал ведёрко с картошкой: почистить или так сварить, “в мундирах”? Возиться было лень, залил холодной водой – пусть сама отмокает.
– Он не любит нас! – мать не успокаивалась, подвывала, ища в сыне поддержку.
– Развелись бы вы, что ли! – Ваня взял кусок хлеба, посыпал солью. – Дожили: не разговариваете, каждый день скандалите… Надоело.
Мать затряслась в рыданиях.
– Чёрствый, как отец!
– Хлеб чёрствый точно, – Ваня стал перекладывать картофель в кастрюлю, включил плиту.
Деньги дома были. Мать накаляла обстановку нарочно, чтобы унижать отца. Похоже, ей это доставляло удовольствие.
Скоро успокоится, переоденется, начнёт суетиться с ужином.
Иван подсел к отцу.
– Па, что происходит? Почему ты позволяешь себя унижать?
– Виноват я. Не могу больше заработать, – отец опустил глаза, руки дрожали.
– Дело-то не в этом. Вы как чужие.
– Давно чужие.
“Не женюсь! Никогда!” – Иван дожевал хлеб, пошёл проверять кастрюлю.
Мать резала огурцы. В пёстром домашнем халате она преобразилась, смягчилась. Или просто проплакалась?
– Сынок, открой консервы! – подвинула банку. – Зови этого...
Ужинали молча. Иван смотрел в телефон. Мать с отцом – в телевизор. Шёл сериал о весёлой и большой семье.
– А почему у меня нет ни брата, ни сестры?
Родители жевали, не отрывая взгляд от яркого мелькающего экрана.
– Хорошо, что нет! – Иван взял тарелку и телефон, ушёл в свою комнату.