Мехмангуль Нури – дочь советского солдата Сергея Красноперова, который попал в плен к афганцам в 1984-м году, принял ислам и остался жить в этой стране. Хотя позднее вернуться домой у него возможности имелись, он провел в Афганистане и тяжелые годы гражданской войны. Ни приход к власти талибов, ни вторжение американцев не заставили его изменить решения. Но в конце 2021-го года он отправил свою дочь учиться в Россию, зная, что при движении Талибан у нее нет будущего.
Сергей в армии страдал от неуставных отношений, и в ноябре 1984-го года после одного из очередных эксцессов сбежал в самоволку. У него не было замысла дезертировать – это было спонтанное эмоциональное решение. Тем не менее, советский боец попал в плен.
Это случилось в центральной провинции Гор, где живут, в основном, таджики, фарсиваны (афганские персы), хазарейцы, чараймаки и представители прочих не пуштунских общин. Красноперова поймал отряд хазарейцев – отаджиченных монголов шиитской веры. Они и сами находились в вялотекущем конфликте с пуштунами, знали, что такое вражда по национальному признаку.
Может быть, именно это сохранило Сергею жизнь – по крайней мере, в первое время. Но обменять его не обменяли, отбить не смогли, и забытый всеми солдат был вынужден принять ислам просто потому, что не было иного выбора. У него были золотые руки – парень начал с починки автоматов, а в конце концов, создал для моджахедов целую мастерскую. Впрочем, есть версия, что он, наоборот, охотно участвовал в боях и перебежал к духам по своей воле.
Так или иначе, Сергей, а точнее, теперь Нурмамад, женился на дочери своего афганского командира, нашел работу на строительстве дорог, а затем стал электриком. В начале 2020-х зарабатывал 90 тысяч афгани, т.е., более 100 тысяч рублей или тысячи долларов. По местным меркам, это очень и очень неплохо.
Старшую дочь он выдал замуж, остальные дети для брака еще были малы. Мехмангуль или просто Гуля, его вторая дочка, стала настоящей папиной радостью. Хоть в Афганистане это сложно, девочка серьезно увлекалась компьютерами и даже прошла на родине краткосрочные курсы. Когда американцы ушли и стали возвращаться талибы, Нурмамад начал серьезно опасаться за будущее и рассмотрел возможность отправить ее в Россию. Тем более, что Гуля, как дочка русского, привыкла к более свободной жизни. Афганскую бурку она почти никогда не носила, как и большинство женщин в провинции Гор. А при Талибане это было необходимо.
Так или иначе, в российских ВУЗах есть квота на бюджетные места для афганцев. Одно из них получила и дочь бывшего советского солдата. Первые несколько курсов она освоила через интернет удаленно, хотя это было не так уж просто в афганских горах. Но в 2021-м отец сумел договориться о переводе на очное обучение, и девушка, почти не знающая русского языка, отправилась в Екатеринбург. Но сложностей она не боялась – язык науки и техники интернационален.
Там Гуля встретилась с дядей и старой бабушкой, которая в девяностые, еще до ее рождения, сама посещала Афганистан. Поселилась в университетском общежитии, попробовала русские блюда – была уверена, что шаурма является одним из них. Но больше всего ей понравилось, что по улицам можно ходить без страха, в одном лишь мусульманском платке.
Никакие женихи ее в Афганистане не ждут, и отец дал слово не выдавать ее по принуждению. Сказал: «Выйдешь замуж, когда захочешь и за кого захочешь». Но сейчас девушка думает лишь об учебе и о том, можно ли перевезти в Россию родителей. Впрочем, Нурмамад пока не решился на это – талибы стали умнее и воздерживаются от ненужных репрессий. А на родине работу с аналогичным заработком в своем возрасте ему не найти.