Давно это было. В богатом городе Сидоне, вокруг которого раскинулись прекрасные оливковые сады, жил один человек. Звали его Йосэф. В Сидоне у него была стеклодувная мастерская, в которой он делал стеклянные сосуды, и лавка, в которой он продавал их. Далеко за пределами Ашерова удела славились его чаши и кувшины, в торговые дни купцы, прибывая по морю, охотно покупали их, платя немалые деньги. Был один секрет у Йосэфа: для своего стекла он использовал песок с дальних берегов Ливийской пустыни, привозя его раз в год.
И был у Йосэфа осёл. Замечательный ослик, серый с коричневой гривой и светлыми пятнами-очками вокруг глаз, который весело возил тележку, возя Йосэфа, а также стеклянную посуду к пристани.
Пришла пора Йосэфу отправиться в Ливию за партией песка, потому что предыдущий запас уже закончился. Собрался Йосэф в дорогу, а затем взял своего ослика под уздцы и отвёл к своему знакомому по имени Эфраим, жившему в соседнем квартале. Эфраим давно просил у него в аренду ослика, и Йосэф обещал дать ему его, когда сам отправится в дальний путь.
Постучал Йосэф в ворота Эфраима. Открыл ворота Эфраим.
— Мир тебе, Эфраим, — сказал Йосэф. — Привёл я тебе своего осла, как и обещал. Я уезжаю за песком в Ливию. Возьми его, заботься о нём, корми, приглядывай, можешь запрягать его в свою тележку. Вот тебе монеты на уход за ним.
— И тебе мир, — отвечал Эфраим. — Спасибо, беру твоего осла. Можешь не беспокоиться за него. А тебе — счастливого и лёгкого пути.
На том и закончили беседу друзья, попрощались. Йосэф оставил Эфраиму своего ослика, Эфраим взял кожаный мешочек с деньгами, завёл осла в свой двор и ворота закрыл.
Четыре луны не было Йосэфа, но вот его трудное путешествие закончилось, и он вернулся в родной Сидон ранним утром. Сгрузили его корзины с песком на пристань. Пошёл Йосэф к дому Эфраима, чтобы забрать своего осла, запрячь его в тележку, нагрузить корзины в порту и привезти их в свою мастерскую.
Вот и дом Эфраима. Стучит в ворота Йосэф. Открыл Эфраим ворота, поприветствовал Йосэфа и только начал говорить:
—Ты знаешь, Йосэф, тут рядом живёт один гончар, да ты его знаешь, его звать Нахум. Ты только вообрази себе...
В это время на улице показался Нахум.
— Мир вам, — поприветствовал Нахум. — Йосэф, твой осёл разбил большую партию моих горшков, отчего я понёс ущерб. Возмести мне его.
— Как это было? — спросил Йосэф.
— Понимаешь, когда я ходил со своей женой на базар, — начал рассказывать Эфраим, твой осёл каким-то образом открыл ворота, вышел со двора и направился по улице. А в это время Нахум что-то провозил в свой двор...
— Нет, наоборот: я открыл ворота, чтобы вывезти посуду на пристань, твой осёл вошёл в ворота и опрокинул тележку, на которой была моя посуда. И она вся разбилась.
— А отчего он вдруг опрокинул тележку? — удивился Йосэф, который возил много раз стеклянную посуду на тележке и знал, что что-то тут не просто так.
— Он потянулся к фруктам, которые лежали сверху, на посуде, — пояснил Эфраим.
— Да, — сказал Нахум. — И это твой осёл причинил мне ущерб. Теперь ты должен заплатить мне.
—Как так?! — воскликнул Йосэф. — Как так?! Меня же тут не было. А ослика я оставил Эфраиму. Отчего же я должен платить?
— Эфраим сказал, что ослик — твой, разве это не так?
— Так! — отвечали одновременно Йосэф и Эфраим.
— Значит, ты, Йосэф и должен мне возместить ущерб, который причинил мне твой осёл.
— Постой, — отвечал Йосэф. — Я отдал ослика Эфраиму. Может быть это его недогляд.
— Нет, — сказал Эфраим, — нет. Я тут ни при чём. Осёл сам вышел со двора, хотя я говорил ему, чтобы он не ходил на улицу, а кроме того, Нахум сам открыл свои ворота и сам положил фрукты на посуду.
Долго трое обсуждали кто должен возмещать ущерб от побитой посуды. Со двора вышел ослик Йосефа и встал между ними, слушая их спор. Наконец, они решили пойти к судье, который сидел у южных ворот Сидона. Ослик тронулся вместе с ними и зашагал рядом с Йосэфом, постукивая копытцами.
Вопрос:
как вы думаете, а как должен рассудить их судья, который сидит у южных ворот Сидона?