Неунывающая мокрушница
А старики разве опасными могут быть?
Александра Шалашова "Красные блокноты Кристины"
"Фрекен Мод просила ее не беспокоить" вторая часть приключений старушки-веселушки,которая не задается вопросом: "Тварь я дрожащая или право имею?", а прямо идет и устраняет препятствие. По завету Родиона Раскольникова, вышибая мозги из стоящих между ней и комфортной, уютной, обеспеченной жизнью. С той разницей, что действует не топором, а предметами, от которых меньше ждешь смертоносности: ходунками, тростью, булавкой, миндальным тестом, глыбой льда.
Шведка Хелена Турстен снова пытается вызвать у читателя симпатию к героине с расстройством личности явно психопатического свойства. Рассказывает, как тяжела и и неказиста была жизнь фрекен, после смерти богача отца оставшейся с долгами, беспомощной матерью и инвалидом умственного труда сестрой на руках. Как ей, бедняжке, пришлось пойти преподавать французский и английский в частную гимназию. Как гадкая тетка, на роль заместительницы которой Мод была принята, вдруг вернулась, и нашей девочке пришлось довольствоваться урезанным расписанием с жалованьем, сокращенным вдвое. Как такое вынести?
И конечно, наиболее естественным поступком в этом случае стало устранение конкурентки. И в самом деле, зачем таким жить? Турстен распахивает окно Овертона настежь, пытаясь представить серийную убийцу не то Немезидой, не то частью той силы, что вечно хочет зло и вечно творит добро. А для того. чтобы закрепить в сознании читателя мысль, что именно такой способ действий вернее любого другого содействует счастью, отправляет старушку в люксовое путешествие в ЮАР, не жалея красок на описание дольче вита, ожидающей солидных господ под патронажем солидного Господа.
Но самый впечатляющий тут финал, в котором матерая человеконенавистница Мод внезапно перековывается в благотворительницу и защитницу чернокожих. С каковой целью распродает антиквариат из своей шведской квартиры, одна из картин которой оценивается в 10 000 000 крон (под девяносто лямов в рублях) и образовывает Фонд имени себя. В самом деле, обидно, что после ее смерти все достанется государству, а так хоть добрым словом помянут. Только вот стоп, ребята, а за каким нам вкручивали на протяжении двух книг о бедственном положении героини, которое единственное послужило причиной истории с ридикюлем?
Ох, прогнило что-то в шведском королевстве. На самом деде нет. Там есть Фредрик Бакман и много других отличных писателей. Но Хелену Турстен я бы к ним не относила.