После шести часов утра, когда хозяева начинают управляться со скотиной, в дежурную часть один за другим стали поступать тревожные звонки, свидетельствующие о многочисленных кражах овец в особо крупном размере. Чья-то преступная деятельность сразу охватила несколько близлежащих сёл и деревень, где жители выращивали «золоторунное» хозяйство для себя. По предварительным подсчётам, количество похищенных домашних животных стремительно приближалось к четырёмстам. Коллеги предполагали, что данная цифра возрастёт, поскольку имели-таки маломальское представление о разведении и содержании жвачного мелкорогатого парнокопытного подвида семейства полорогих в естественных условиях. К несчастью, не ошиблись. Несколько дворов разводило овец дистанционно, вблизи неразработанных полей и богатых травой подлесков. Услышав главную новость из рупора сарафанного радио, овчары-любители, наведавшись в первозданные овчарни, не обнаружили волношёрстное поголовье. Позвонило ещё четыре человека, и общий размер живой пропажи, с небольшой погрешностью, округлился полутысячей особей. Невероятное число! Эту серьёзную операцию ведь надо было как-то просчитать, организовать и провести. Всех заинтриговал необычный случай. Сообща сделали некоторые выводы. Шаблин предложил свою идею: во главе стоял некто, обязательно состоятельный, деловой и общественно-значимый, имеющий неплохие связи, вероятно, не так давно обживший сельскую местность, раз подобное произошло только этой осенью; он хорошо заплатил коренным информаторам, которые в конечном итоге и стали угонщиками. «Ребят, куда погнали бедных овечек? – в заключение спросил Никита Эдуардович. – Правильно! На бойню! Своим ходом! Ведь экономно, правда?» Весьма правдоподобную версию поддержал и заместитель начальника милиции. По горячим следам срочно выехали следственная группа на «уазике» и два легковых автомобиля патрульно-постовой службы. Таинственный инцидент признали как чрезвычайное происшествие. Началось долго-короткое расследование…
Милицейский внедорожник сразу же направился в эпицентр воровского беспредела. Руководить выслеживанием было поручено – как нельзя кстати! – старшему лейтенанту Шаблину, который с первых же минут зарекомендовал себя исключительно с высокой организаторской и информационно-развитой стороны. В его главную задачу, равносильно и сослуживцев, вошла предельно ясная цель – обнаружить и захватить невероятно большую отару овец, гонимую по пашням и дорогам, предположительно, к центральному уральскому мясокомбинату.
– Такое количество, – представил Никита Эдуардович, общаясь по пути с двумя напарниками, – невозможно и куда-либо погрузить, и где-либо разделать под открытым небом. Надо только взять след, как овчарка.
– Согласен, товарищ старший лейтенант, – одобрительно прозвучало от младшего лейтенанта Станицы, Сергея Дмитриевича, выполняющего ещё и нелёгкую роль опытного водителя.
– Далеко не уйти! – математически констатировал лейтенант Володин, Борис Николаевич. – Овцы передвигаются медленно.
– Верно, товарищ лейтенант! Да их надо всё время направлять! – пришло на ум Никите Эдуардовичу. – Осмелюсь угадать, что воров двое. Какие у вас мысли на этот счёт?
– Неа! – возразил Сергей Дмитриевич. – Мало! Как минимум, четыре!
– Да ну! – не согласился Борис Николаевич. – И трёх, думаю, достаточно! Если на «лошаках»! И при многолетнем опыте!
– Тут ты прав, Борис! – поддержал Шаблин, стирая не всегда удобную официальность, хотя бы в дружески коллегиальной беседе. – Погонщики и на «лошаках», и профессионалы.
– Интересно, Никита Эдуардович, – полюбопытствовал Станица, – а кто это такой, который решил, что можно у обычных крестьян красть овец?!
– Вот и я тоже хотел бы знать, – присоединился Володин.
– Пока, друзья, не могу сказать наверняка, – неуверенно ответил Никита. – Однако лицо достаточно крупное в общественно-политической среде. Его вотчина – воровская деятельность. Может быть, ошибусь, но сидел.
– Сидел! Сидел! – почти вместе продублировали друзья-сотрудники.
– Это надо быть сумасшедшим, чтобы пятьсот голов гнать через всю страну! – от души засмеялся Сергей.
– Точно! – присоединился Борис.
– Ну, такие люди – всегда сумасшедшие! – резюмировал старший лейтенант. – Любой риск, если помните, – психическая патология!
– А когда мы поймаем эту гадину, увидим! – спрогнозировал Борис.
– Поймать бы чабанов! – приземлённо размечтался Сергей.
– Всё-таки, товарищи милиционеры, чабанов сначала, – подкорректировал Шаблин, когда потрёпанный «уазик» трясся в небольшом сельце, из которого первым раздался визжащий сигнал бедствия: женщина в истерике сообщила, как у неё пропало стадо в «тридцать одну штуку» прямо из «огороженного в огороде загона».
Продолжение следует...