Описание событий Гражданской войны обычно грешит сгущением красок. Рисуются некие батальные схемы, рисуются эпичные картины. Может, где-то было и так, но судя по событиям в Крыму, все было чуть иначе.
Большая часть населения абсолютно индифферентно относилась ко всей этой междоусобице, и абсолютно не вдохновлялось какими либо «идеями». Были и объективные причины: мобилизационный ресурс Крыма был в значительной степени исчерпан в Первую Мировую.
Генерал А.А.Боровский, взлетевший с полковника в 1914 году до генерал-лейтенанта в январе 1919 года, несмотря на все его победные реляции и громкое звание «командующий Крымско-Азовской Добровольческой армией» и солидный перечень «знамен» (13-я, 34-я, 4-я и 5-я пехотные дивизии), в реальности имел под командованием не более 5 тыс. человек (и, дело тут не только в его пьянстве). С другой стороны, 2-я «красная» бригада Заднепровской дивизии (П.Дыбенко) очистившая почти весь Крым от «белых» (кроме Керченского полуострова) имела по 600-700 человек в полках. Именно поэтому «красные» заняли выжидательную позицию в переговорах по Севастополю.
После прихода «красных» в Крым была сделана попытка создать «КСА» или полностью «Крымскую Советскую Армию» численностью хотя бы до дивизии.
И, отчасти «красным» это удалось: командующий Украинским фронтом В Антонов-Овсеенко, приехав в Крым 26 апреля, констатировал, что из 2-й бригады 1-й Заднепровской дивизии развернулась 1-я Крымская дивизия. В дивизию вошли три бригады: Ударная, Особая и Заднепровская. Но не все они были в Крыму.
Ударная бригада состояла из полков:
1-й Ударный полк (бывший 1-й Резервный), 800 штыков, размещавшийся
на ст Пологи
2-й Ударный полк (бывший 2-й Резервный), 600 штыков, сначала базировавшийся в д. Тамбовка, штаб на станции Грамматиково, а позже направленный на Ак-Монайский фронт — официально называвшийся фронтом Керченского направления.
3-й Ударный полк (бывший 3-й Таврический), 550 штыков, г Севастополь
В Особую бригаду входили следующие полки:
1-й Особый полк, 700 штыков, дер Карасань
2-й Особый полк, 550 штыков, Сеит-Асан
3-й Особый полк, 475 штыков, Сеит-Али
Там же находились и штабы этих полков
Батальон 3-го Особого полка размещался в Геническе, численность 600 штыков
Заднепровская бригада включала пехотные полки бывшей 2-й бригады
Заднепровской дивизии Как пишет Антонов-Овсеенко — это костяк всей дивизии.
Нумерация полков сохранилась со времен 1-й Заднепровской дивизии:
4-й Заднепровский полк, 800 штыков, Джанкой Сначала этот полк был задействован в боях на Ак-Монайском фронте, затем ушел и участвовал в подавлении Григорьевского мятежа.
5-й Заднепровский, 500, Ак-Монайский фронт
6-й Заднепровский — 718, Новопрокровка — Ак-Монайский фронт, но артиллерия этого полка была размещена в Геническе.
Антонов-Овсеенко приводит следующие данные о военной мощи 1-й Крымской дивизии на 26 апреля: штыков — 13 000, 30 пулеметов, три батареи (полевая в 4 орудия, 77 мм (так в оригинале), 4 орудия и две гаубицы), два броневика (один с орудием) (Антонов-Овсеенко В.А. Записки о гражданской войне Т 4 издание 1933 года ).
Создавались и другие формирования, но завершить их укомплектование не успели. Создавался 1-й Интернациональный советский полк с дислокацией в Евпатории (командир полка Силка), 1-й Севастопольский полк (точнее — батальон) — 284 человека, 1-й Джанкойский советский полк (215 человек, в основном, татары-ногаи).
К сожалению, несмотря на их численность, части были очень слабо вооружены.
«…Нам необходимо немедленно: по меньшей мере три тысячи русских трехлинейных винтовок, тридцать пулеметов «Максим», восемь гаубичных сорока восьми линейных или сорока двух линейных орудий и двенадцать легких трехдюймовых с соответствующим количеством амуниции, один миллион трехлинейных патронов В отношении патронов положение отчаянное — достреливаем последние, о чем Вам сообщено телеграммой от 24-го мая за № 951 Вообще следует сказать, что мы за последний месяц ничего не получили от Укрфронта Люди босые, голые и на этой почве начинается сильное брожение Мы принуждены конфисковать у населения последние штаны для Армии, но это мало помогает, необходимо десять тысяч комплектов обмундирования Просим все указанное имущество спешно отправить Вашими средствами в Симферополь, или же мы пошлем своих приемщиков Ответ ожидаем сейчас же Предсовнарком Крыма Ульянов, Замкомандарма Петровский, Член Реввенсовета Толмачев.
Армия содержалась в основном на ДОБРОВОЛЬНЫЕ пожертвования населения. По данным на 7 мая на Акмонайском фронте задействованы следующие полки КСА:
— от Ударной бригады — 2-й Ударный полк численностью 900 человек (это бывший 2-й Резервный полк, участвовавший в Перекопской операции)
— от Заднепровской бригады — 5-й (командир Лунев)
— и 6-й Заднепровские полки, 350 и 600 человек, соответственно
— От Особой бригады — сводный Особый полк, 1200 человек, составленный из 1-го
и 2-го Особых полков (командир И С Моисеенко, комиссар С Я Байша)
Таким образом на Акмонайском фронте были представлены полки всех
трех бригад КСА Итого штыков: 900 + 950 + 1200 = около 3000 штыков.
Естественно, удержать фронт протяженностью почти 30 километров было нереально. В принципе, был еще кавалерийский полк Г.К.Маркозошвили (800 человек), но вскоре он убыл на подавление мятежа атамана Григорьева.
Изначально, силы «белых» были даже меньше: «Мелитопольский полк 450 человек., Феодосиевский 250 человек, Керчь-Еникалийский 300 человек, гвардейский Павловский 400
человек, кавалерийский офицерский 200 человек».Но при этом «белые» обладали преимуществом в артиллерии. Вскоре ситуация начла меняться.
27 апреля 1919 года после артиллерийского обстрела английским дредноутом, «белая» кавалерия, численностью 1500 сабель произвела рейд на Владиславовку. Убито 45 красноармейцев и 27 местных жителей.
Повседневную ситуацию на фронте в этого периода в какой-то
мере иллюстрируют отрывки из оперативных сообщений штаба 1-й дивизии КСА из Ислам-Терека
7 мая, к 20 часам Французские суда обстреляли ст Владиславовка со стороны
Черного моря Обстрел продолжался около часа, особенного вреда не принес В тылу противника слышна ружейная и пулеметная стрельба Всю ночь со стороны ст Ак-Монай был слышен сильный шум и взрывы Полотно железной дороги у ст Ак-Монай взорвано в нескольких местах Активных действий противник в последнее время не проявляет
8 мая, к 20 часам На правом фланге противник пытался наступать, но был
отбил пулеметным и ружейным огнем В центре нашего расположения наши части устроили демонстрацию и выяснили, что в неприятельских окопах никого нет Заняли их, но вынуждены были отойти на прежнюю позицию ввиду сильного артиллерийского огня союзных судов
На станции Ак-Монай противник взорвал водокачку
и другие железнодорожные сооружения Разведкой установлено, что противник
вывозит из Ак-Моная все что только возможно.
10 мая, к 10 часам Два наших бронированных автомобиля неожиданно для неприятеля ворвались на его заставу Неприятель потерял более 15 человек убитыми, остальные
разбежались Ввиду сильного артиллерийского огня с моря автомобили отошли обратно
11 мая, к 20 часам Наши самолеты ведут усиленную разведку, сбрасывая в тылу
противника бомбы
12 мая, к 20 часам Нашими частями был сбит неприятельский самолет, который упал в ста саженях от ст Акманай Наши части пытались захватить его, но подоспевший неприятельский Пульман отбил На линии деревни Семисотка противник
роет окопы и устанавливает проволочные заграждения
14 мая, к 20 часам Сегодня ночью нами была занята ст Акманай, но вследствие
обстрела судовой артиллерией наши части вынуждены были отойти в исходное положение Положение на фронте устойчивое, настроение солдат выше всякой похвалы
14 мая, к 10 часам Противник отступил за ст Акманай и окопался, имея три
ряда окопов и три ряда проволочных заграждений Ст Акманай взорвана противником и находится в данный момент нейтральной зоной <…> В районе Сиваша моторная лодка вновь пыталась приблизиться к Чонгарскому мосту, но была отбита метким ружейным огнем.
Своеобразный "эпизод" произошел 31 мая. Англичане позиционировали себя как "международную силу, сдерживающую конфлик", фактически выступая на стороне "белых".
В этот день к причалу Феодосийского порта подошел английский миноносец «Монтроз» в сопровождении крейсера «Кагул». На кораблях были вывешены белые флаги Комендант города П. Грудачев на вопрос, чем вызвано прибытие непрошенных гостей, получил ответ одного из русских офицеров, что миноносец прибыл по распоряжению командующего английской эскадрой для выяснения, имеются ли в амбарах феодосийского порта подводные лодки, якобы привезенные из Балтийского флота и собираемые в амбарах порта Далее последовала угроза, что если феодосийские власти не позволят им в этом убедиться, то они будут обстреливать не только позиции красных, но и порт и город.
Комендант, понятно, категорически отказал им в осмотре Тогда офицеры попросили разрешения переговорить со штабом Крымской армии, что им было позволено Прибывший вскоре начальник Ак-Монайского участка Шишкин также категорически отказал в осмотре амбаров Грудачев вызвал фотографа, чтобы снять миноносец. В ходе съемок русские офицеры попрятались в трюм и за башни, чтобы не попасть на снимок и не «дискредитировать английское командование» Через час суда ушли, парламентеры заявили, что «Феодосия не гарантирована от обстрела» Однако обстрела не последовало Скорее всего, это была разведывательная вылазка А поиск мнимых подлодок — только удобный предлог для вылазки.
Потом случился мятеж Григорьева, и значительная часть войск из Крыма ушла. Причины мятежа – тема отдельного рассмотрения. Мятеж оттянул часть сил из Крыма, и в этот момент началось новое наступление войск А.И.Деникина. Ситуация была предсказуемой.
Еще в апреле В И Ленин предупреждал 1 председателя совнаркома Украины
Х Г Раковского: «насчет планов Дыбенко предостерегаю от авантюры — боюсь, что кончится крахом, и он будет отрезан».
Советские источники стараются «смягчить» ситуацию, но…
В общем-то, если подходить объективно, то и противоположная сторона (эмигрантские историки) очень сильно искажаются события.
Распиаренный десант Слащева в Коктебель силами роты 52-го Виленского полка с 10 пулеметами с крейсера «Кагул» не решал ровным счетом ничего. К этому времени «красные» части уже отошли из этого района. Около 17 часов, без боя десант соединился с частями генерала Боровского. Почему так произошло?
В период с 9 по 11 июня, т е за 10 дней до известного десанта Слащова были разработаны приказы о действиях в случае прорыва фронта. Причем главную опасность штаб КСА видел не на Акмонайском фронте, а в действиях Добровольческой армии севернее Крыма Имелось в виду намерение противника 5 прервать железнодорожную магистраль Севастополь-Харьков в районе Александровска, «создав тем самым угрозу разделения частей Украинской и Крымской армий и угрозу закупорки Крыма».
Деникинский штаб планировал начать наступление на Ак-Монайские позиции красных 18 июня. Белые спешили, это была «битва за урожай»: им нужно было получить хлеб (начиналась жатва озимых).
К этому времени в Керчь поступило значительное пополнение. Так 31 (18) мая в приказе генерала Боровского 16 по Крымско-Азовской армии впервые упомянуто о прибытии пополнения для его армии с Кавказа, что позволило, в частности, развернуть роты офицерских полков в отдельные батальоны. 4 июня (22 мая), из батальона был восстановлен Симферопольский офицерский полк.
Из пехотных частей добавились кубанские пластунские батальоны и соединение юнкеров Екатеринодарского училища, из конницы — чеченский кавалерийский полк Всего по данным разведки КСА, на Ак-Монайских позициях белые имели до 7–8 тыс человек, что превосходило численность советских войск. Красные имели на этом направлении 2,5 тыс. человек. Наступление велось при активной поддержке британского флота (французы к этому моменту заявили о намерении прекратить интервенцию, но официального документа еще не было).
Фактически, вся история боев в этом районе, это бой «красного» арьергарда, прикрывающего отход основных сил. Дорогу Карасубазар –Симферополь прикрывал Карасубазарский «красный» отряд (ради интереса: на 47% состоявший из татар). Первое боевое столкновение произошло 20 июня 1919 года у деревни Суук-Су, где этот отряд поддержал небольшой Старокрымский отряд Петра Грудачева.
Однако на следующий день белые продвинулись с боями к селу Бахчи-Эли. Последний бой на этом направлении красные дали 22 июня под г. Карасубазар (Белогорск) Там отряд реорганизовался в отдельную Карасубазарскую роту, откуда отошел к Перекопу, а потом на Каховку. Второе направление отхода «красных» - вдоль дороги и ж\д к Чонгару.
Налет красной конницы из района станции Грамматиково на авангарды «белой» кавалерии, это просто попытка задержать «белых», с тем, чтобы успела отойти пехота. Все дело в том, что «белые» же пытались рейдами своей кавалерии отсечь отходящие «красные» части. 2-му кавалерийскому полку была поставлена задача совершить рейд в тыл «красным» и взорвать железнодорожное полотно у ст. Сейтлер. И им это удалось. Ночью два эскадрона кавалеристов и артиллеристы с двумя орудиями пробрались к железной дороге и 20-го июня в пяти местах взорвали путь. Как следствие, некоторые красные части продолжили отход в пешем порядке, но большая часть эшелонов успели уйти к Чонгару.
На рассвете 22 июня белые снова атаковали, после чего отступавшим пришлось уйти на Перекоп и закрепиться в Армянском Базаре (Армянск) Как вспоминает С Н Шидловский, 28 (15) июня началось наступление на окопы красных между озерами севернее Юшуни (Ишунь) Позиции были взяты кавалерией с налета и белые ворвались в Армянск В окопах действовал Еврейский коммунистический
полк, поэтому «пленных не брали» В Армянске тоже произошел по выражению Шидловского «здоровенный еврейский погром». Но в этот момент к Армянскому Базару на помощь отходившей группе красных прибыл 2-й советский полк Ф Д Калиниченко, оборонявший северные тылы КСА и… немного порубал погромщиков.
24 июня «белые» вошли в Симферополь, Крымская Советская республика прекратила свое существование. Но, при этом, помешать «красным» уйти из Крыма, вывезти учреждения и вывести войска «белым» не удалось.
Из воспоминаний Каганицкого:
«Как только вошел в город казачий отряд, первым его делом было повешение на углу Салгирной и Екатерининской улиц одного гражданина. Дело произошло таким образом. При появлении белых стали собираться кучки народа, и вот среди одной такой кучки зевак стоял молодой еврей. Один из казаков обратил на него внимание и спросил, кто он такой. Тот ответил: «концессионер гостиницы». «А, комиссар». Его сейчас же схватили, набросили веревку и повесили на дереве. Толпа разбежалась, и несчастный концессионер висел часа три, служа украшением улицы на радость освобожденной буржуазии и удивление толпы. <…> Казаки расхаживали по улицам, врывались в дома, занимались грабежами и отысканием коммунистов. Стоило кому-либо из обывателей указать на кого-то и сказать, что это коммунист, как озверелые бандиты тут же на тротуаре расстреливали или зарубали шашками невинных. Как потом выяснилось, многие обыватели сводили свои мелкие счеты в эти тяжелые дни со своими врагами. «Наведение порядка» продолжалось три дня, после чего были назначены комендант, губернатор и прочие власти. Трудно описать наглую радость буржуазии в эти дни. Дамы, одетые в лучшие платья, подносили цветы офицерам, благодаря их за избавление. Можно было видеть, как выкапывали из земли имущество — мундиры генералов и офицеров. Духовенство служило молебны. Улицы были полны гуляющей буржуазией. Одним словом, это был праздник мести за пережитые страхи. Рабочее население пряталось, и выходило на улицу только в случае крайней необходимости. В первый день прихода белых был устроен крестный ход, причем был слышен возглас: «бей жидов». Над городом навис призрак погрома. Однако обошлось без него»