Утром Зоя не пришла, а притащилась на работу. У неё было ощущение, что её поймали на воровстве. Она понимала, что это связано с тем, как на неё взглянул Симон. Если бы он кивнул, или сделал вид, что не знает её, но отвращение… Она никак не могла справиться с отчаянием и гневом на себя. Зачем она была с ним близка, зачем?! Почему не с любимым? За что она себя так наказала?!
Клей, заглянув к ней, выскочил в коридор и, добежав до своего кабинета, щёлкнул Райцу.
– Если не приедешь, она либо наложит на себя руки, либо умрёт! Что-то произошло – у неё ужасная аура. Боюсь, что следующую ночь она не переживёт.
– Знаю, это наш родственничек, наследил.
– Кто?
– Симон.
– Гадёныш! Когда же его, наконец, женят?! Ладно, я попрошу ребят, чтобы никто к ней сегодня не заглядывал. Подсуну ей чай со специальными травами, но это слабо поможет.
Райц появился в конце рабочего дня и ввалился в комнату, где Зоя, закончившая работу, тупо смотрела в стену.
– Ты мне нужна, – он вывел её в приёмную и велел взять пустые пакеты. – Возьми штуки три!
– Хорошо, – девушка с равнодушием робота проделала всё. – Что дальше?
– Пошли со мной!
Он привёл её на ярмарку, где один из пакетов они набили яркими и незамысловатыми игрушками, а два других – незнакомыми ей фруктами, похожими на синие яблоки. Зоя тащила всё молча. Райц провёл её к светлому зданию за высоким забором.
– Что это? – равнодушно спросила она.
– Больница.
Зоя кивнула и потащилась за ним. Они прошли через светлый холл и вышли с другой стороны здания. Зоя поняла, что находится в больничном саду. Она огляделась – её окружали дети, с грустными мордашками. Они так обрадовались их приходу, что девушка опешила. Игрушки мгновенно были поделены между детьми, синие яблоки съедены. Маленькие мордашки детей самых разных рас мира Сайрин: эльфов, людей, дроу, дварфов, гоблинов лучились от восторга.
Забыв обо всех своих горестях, девушка научила их играть в пару земных игр. Визг и смех детей были наградой за это. Пока дети повзрослее играли в чехарду, Зоя рассказала двоим крохам, которые забрались к ней на колени, сказку про теремок. Дети ушли только тогда, когда красавица-дроу отправила малышей на процедуры.
– Можно будет зайти ещё? – спросила её Зоя.
– Конечно, только не приходите в таком настроении! Им и так нелегко, – попросила девушка.
Зоя и её опекун медленно шли в сторону монорельса.
– Детки такие худенькие. Что с ними? – спросила она
– Умирают, – грустно ответил Райц.
Зоя чуть не задохнулась от возмущения.
– Вы же маги! Неужели не можете помочь?!
– Половина из них проклята. К сожалению, каждого прокляли по-разному. Все ищут контрзаклятья, иногда удаётся. У второй половины как-то отнята жизненная сила. Не знаем как. Мы иногда находим таких детей, их выбрасывают в Седой лес или в старый карьер. Полиция дроу ищет, но пока… – Райц развёл руками.
– Они знают, что умирают? Я про детей, – взволнованно спросила девушка.
Райц вздохнул, и Зоя вдруг поняла, что он больше старается выглядеть старым, чем таковым является. Как же она раньше не видела, что он и Клей братья, только Райц более суровый? Какое-то время он молчал, потом ответил:
– Они верят, что найдут лечение. Ведь для некоторых нашли. Вот они и ждут, хотя им с каждым днём всё хуже.
– А они что-нибудь помнят?
– Те, кто накладывает такие проклятья, не демонстрируют свои лица. Да и заклятья очень мудрёные, так что спрашивать детей бесполезно. Сначала спрашивали, конечно, но потом поняли, что бесполезно. Они помнят только тьму.
– Но зачем? Кто это делает? Должна же быть причина!
– Если мы поймём зачем, то обнаружим преступников. Поверь, их ищут давно. Все кто может. В полиции целый отдел анализирует все случаи, но ничего общего между этими детьми не нашли. Таких детей находят не только в этой Конкреции. Просто дроу профессионально работают с проклятьями, поэтому клинику для этих детей построили здесь, но преступников ищут все, – Зоя потрясённо молчала, а Райц продолжил. – В этом городе несмотря на то, что каждая раса предпочитает селиться в своей Конкреции, не бывает расовых конфликтов. Никогда! Хотя соседи часто собачатся между собой, но если случится беда, то все объединяются. Эти дети – общая беда! Мы уже созрели для того, чтобы обратиться в ОРПС, но не уверены, что здесь имеет место преступление.
– Как это? Они же умирают! – Зоя от волнения закашлялась.
– Иногда проклинают сгоряча, не осознавая последствия. Это как раз то, что первым пришло в голову. Увы! Это не тот случай. Таких детей ведь немного, ты видела всех. Поэтому местные целители и решили, что справятся сами. Хочешь помочь?
– А я сумею? И потом, ты же видел меня. Я себе-то не могу помочь!
– Ты что же, собираешься всю жизнь жалеть себя?
Зоя села на лавочку, Райц присел рядом, и она глухо проговорила.
– Жалеть? Нет! Как примириться с предательством?
– Каким предательством?! Ты хотела страсти, ты её получила. На что ты жалуешься? – Зоя отвернулась от него, ну никак она не могла забыть той ночи с дроу, но Райц не жалел её. – Я много лет знаю Симона. Убеждён, он ни слова не говорил о любви. Он всегда честен, хоть и засранец.
– Я встретила его… Он от меня отшатнулся, как… Как от заразной!
– А ты? Если бы ты увидела его в гнойниках, с кожей, покрытой струпьями, бросилась бы ты ему на шею? – девушка закрыла рот руками, боясь закричать. Райц сурово смотрел на неё. – Ты что, ненормальная?! Ты хочешь счастья, как ребёнок конфетку, и как тот самый ребёнок, нашедший что-то на земле, похожее на конфетку, решил, что это она и есть. Да-да, ты взяла и облизала то, что нашла.
Зоя смутилась. Он был прав, не во всём, но прав! Её не предали, это она предала себя. Если бы она полюбила человека, то ей было бы всё равно, как он выглядит, а если бы с ним случилась беда, то никогда бы не оставила его и не разлюбила. Ей стало больно, что он так подумал.
– Райц…
– Нет уж, дослушай! Ведь ты его не любишь, значит, и не считаешь себя обязанной его поддерживать! Ты ведь с ним виделась третий раз в своей жизни! Почему же ты никак не разберешься с собой? – Райц мучился, пытаясь объяснить ей, как она не права.
Зоя, кусая губы, с трудом пролепетала:
– Райц, ты прав, он для меня чужой человек. Нет, не так. Он это – случайная ошибка. Райц, я хочу, чтобы ты знал. Даже если бы с ним случилась беда, я бы не демонстрировала свое презрение.
– Забудь о существовании Симона! Забудь! Я его знаю, давно. У нас отдалённое родство. Так вот, знай, он никого не способен любить. Его природа обделила! – она удивлённо посмотрела на него, Хранитель вздохнул. – Такие, как он, хотят владеть, а это…
Зоя положила свою руку на его.
– Ты прав! Это я сама виновата. Просто тогда рядом с ним была такая сказочная красавица, а я вся в прыщах…
– Он был с Милиамне?
– Не знаю. Эльфийка с золотыми волосами. Райц, откуда ты про всё про всех знаешь? Ведь ты живёшь не в городе.
– Я?! Я герцог Хранитель Границ.
Зоя не решилась спросить каких. Она очень волновалась. Неужели из-за того, что когда-то её предала та, которую она считала тётей, она перестала различать что такое хорошо, а что такое плохо? Райц всё бросил и приехал ради неё, не постеснялся показать изнанку этого мира. Он всё время её учит, а она, неблагодарная, не понимает этого. Стыдно стало так, что она задрожала.
– Сможешь простить меня?
Райц, который слушал её мысли, сердито фыркнул.
– Постарайся сама себя простить, ты передо мной не виновата.
Зойка обернулась на покинутую ими больницу, в саду было тихо. Видимо, детей отправили поспать. Ужасно, что у тех детей была только эта больница. Как же она посмела говорить про Симона здесь? Она ведь жива, дышит, видит красоту мира, а у тех малышей ничего нет, кроме сада и надежды на помощь взрослых. Самое страшное, что они знают, что дни их сочтены. Кто же это сотворил с детьми?
– Скажи, Райц, чем я могу помочь детям? – печально спросила Зоя.
– Ты работаешь в архивах. Ищи все странные и не раскрытые преступления. У нас замылились глаза. Ты и смотришь иначе, и у тебя истинное зрение, – Райц вдруг улыбнулся. – Я тут нашёл кое-что. Это ускорит линьку, но кем ты будешь, я не знаю. Рискнёшь?
– Да!
– Тогда ещё… Прошу, не ходи везде! Я так и не смог узнать, кому нужны глаза и для чего! Я что-то нащупал, но это было очень давно. Все участники этой истории давным-давно мертвы, поэтому не будем спешить, – Райц протянул ей баночку. – Держи!
Зоя вспомнила детей, обнимавших её, которым было наплевать, как она выглядит. Похоже, истинное зрение есть не только у неё. Она приняла у Хранителя баночку с мазью.
– Как этим пользоваться?
– Как обычным кремом, намажь на ночь, а утром смой. Учти, я ничего не гарантирую! Я его сделал по старинному рецепту, может и не помочь, – Райц посмотрел на Зою и постарался отвлечь от мыслей об её внешности. – Не забудь, чем быстрее ты найдёшь, что может помочь детям, тем больше их выживет!
На следующий день Зоя, выполнив привычные дела, зарылась в картотеке. Она испытывало острое недовольство от того, что не спросила главного, как давно это началось? Да и возраст детей надо было узнать, чтобы найти хоть какие-то улики. Она решила поспрашивать Клея, как долго живут представители разных рас, и как долго у них длится детство. Однако Клей не любил пустых вопросов, и поэтому она зарылась в каталоги библиотек, которые благодаря Сети Мира, поставляли копии любых книг.
Полученные сведения ошарашили. Все расы, даже люди, в этом мире жили от шестисот до двух-трёх тысяч лет. Взрослели все по-разному, но в целом детство длилось десять-пятнадцать лет, подростковый возраст также длился по-разному, иногда десять иногда тридцать-пятьдесят лет. Однако это не относилось к тем, кто рождался магом, у тех развитие часто зависело от переживаемых эмоций.
Девушка грустно улыбнулась. С точки зрения местных рас она была подростком, и прыщи у неё были типично подростковыми. Зоя осторожно потрогала щеки, и порадовалась тому, что гадкие прыщи подсохли и перестали болеть. Мазь Райца работала, как лекарство. Наверное, поэтому, её мозг стал работать более продуктивно. Зоя вдруг поняла, что они упустили настолько очевидное, что даже странно, что она не смогла спросить Райца об этом сразу. Ведь за похищения в этом мире были самые жестокие наказания. Почему же этих детей не ищут родные? Судя по реакции детей (ей ли детдомовке не знать) в больницу приходят, все кто о них знает, а не родители.
Перебирая в памяти всё, что надо ещё узнать, Зоя охнула. Ведь она сама из Детского дома, а ей не приходил в голову такой простой вопрос: есть ли в этом мире Детские дома? С этим она и отправилась к Клею.
Старикан надувался чаем и пребывал в прекрасном настроении, после разговора с Райцем. Увидев, как он улыбается, Зоя решила сразу выяснить, что знает Клей.
– Клей, ты бывал в больнице, у проклятых детей?
– Бывал и не раз. Многие там бывают, – Клей не ожидал такого вопроса и, забыв, что он толстый старикан, стал похожим на Райца. Заметив, что Зоя вытаращила глаза, он принял прежний вид и сварливо поскрипел. – А что?
– Скажи, а в Сайрин есть Детские дома, – розовощёкий толстяк непонимающе смотрел на неё. Зоя попыталась пояснить. – Ну, в нашем мире в Детские дома отправляют детей, которых бросили родители, или у которых не осталось родных, или родители лишены родительских прав.
– А как это можно отказаться от ребёнка? – просипел Клей. Он был так потрясён вопросом, что с него опять сползла иллюзия.
– Меня нашли в ноябре брошенной на вокзале и отдали в Детский дом.
Клей покашлял, было видно, что он смущён, вернул привычный облик старика, потом спросил:
– Голубушка, а что же ты сама не могла найти родных? – Зоя так на него посмотрела, что он угрюмо покивал. – Нет, у нас это невозможно.
– А как же проклятые дети в больнице?
Клей подпрыгнул на стуле, потом ещё раз подпрыгнул, потом щёлкнул кому-то, просипев:
– Срочно, три девятки! – через минуту перед ними стоял Райц. Клей толкнул Зою. – Что молчишь?! Он не может перемещаться попусту туда-сюда.
Зоя, не понимая его волнения, спросила:
– Райц, я что-то разволновалась тогда и забыла кое-что спросить.
– Не тяни! – Хранитель угрюмо кивнул.
Зоя решительно расправила плечи.
– Скажи, а у детей в больнице нет родственников, или от них отказались? К ним же родные не приходят? Это же и слепому видно.
Хранитель Границ схватился за голову.
– Что?!
– Вот-вот! – прокряхтел Клей, не обращая внимания на Зойку. – Это что же, заклинания шестого уровня, или даже седьмого, если у нас, старых дураков, не возник этот вопрос? Ты представляешь?! Ведь у них уникальная программа, которая так тонко действует на тех, кто с ними контактирует.
– Проклятье!! Надо поговорить с охраной этой больницы, хоть что-то они должны были заметить! – прорычал Райц. – Хотя бесполезно. Они же контактировали с детьми!
Оба они сердито засопели, погрузившись в размышления, а Зоя задала второй вопрос, который её тревожил:
– Райц, вот ты говорил, что некоторых забрали. А кто забрал детей, которых избавили от проклятья? Это их родные? Они рассказывали, как дети себя чувствуют дома? Не начали ли они опять слабеть?
Райц посерел и сразу щёлкнул по своему кольцу вызова.
– Привет, Серж, у нас тут экстренный случай! – Клей угрюмо засопел, явно не радуясь этому звонку, но Райц продолжил. – Хорошо бы, чтобы земляне посетили больницу с проклятыми детьми в ранге не менее барона.
Раздался сочный баритон:
– Нет сейчас никого! Все на заданиях.
– А-а… Тогда, как хочешь, а нам нужна чистка и защита.
Говоривший с Райцем свистнул.
– Я что-то не понял, Хранитель. Пробили вашу защиту? Вашу?! Я даже представить такого не могу!
– Пробили, и не только нашу, – проворчал Райц, а Клей горестно заскулил.
Говоривший с Райцем явно был потрясён, потому что голос его сел.
– Вот так новость! А как же ты определил?
– У меня здесь земная девочка, имеет истинное зрение и умеет восстанавливаться каким-то невероятным способом. Думаю, что она не человек, у неё вот-вот вторая линька начнётся.
– А-а… Так она кто? Что же ты не смог её почистить сразу?
– Не смог! Серж, у неё чья-то защита от любого вмешательства. Если я попытаюсь вмешаться, могут быть неожиданные последствия.
– Это кто же сделал? Родители?
– Не знаю! Могу добавить, что их две, в смысле защиты, последняя очень профессионально сделана.
– А кем? – говоривший с ним закашлялся, потом осторожно проговорил. – Как она связана с тем, что вы требуете чистку?
– Не морочь мне голову, я же сказал не знаю, кто ей поставил защиту. Она помогла выявить проблему. Срочно пришли чистильщика. Мне нужна защита от заклинаний десятого уровня. Потом я тебе всё сообщу.
Зоя увидела, как скис Клей. По-видимому, то, что попросил Райц, было очень серьёзным, так как его невидимый собеседник, долго молчал, потом, вздохнув, проговорил:
– Ты же понимаешь, кто сможет это сделать? Вы же опять поругаетесь!
– У тебя есть другое предложение? – Райц упрямо нахмурился.
Собеседник Хранителя опять вздохнул.
– Ладно. Блокируй все входы в архив. Я попрошу Морта, он не откажет, раз такая ситуация. Только я вас обоих прошу, не ругайтесь! Ну сколько можно дуться?
Через пару минут в здании потемнело. Погас свет. Стало холодно.
Продолжение:
Предыдущая часть: