Он заставлял нас улыбаться чаще. На этой неделе не стало народного артиста России и президента Тетра Сатиры Александра Ширвиндта.
На вопрос журналистов «Что будет после смерти?», он всегда уточнял «Чьей?». Шутить на полном серьезе так не умел больше никто. Себя Ширвиндт называл русским интеллигентом, который мечтает «лежать в ногу со временем». Народную любовь Ширвиндту принесла роль шутника из Гнесинки в картине «Приходите завтра».
«Запомнили именно Ширвиндта. Тем более, что, он там впервые появляется в своей ширвиндтовской замечательной маске – маске сытого ироничного кота. Идеальное попадание в роль», – вспоминал кинокритик Александр Шпагин.
«Маска» – это прозвище Александра Анатольевича, которое придумали «Дрюсик» и «Минька». Ширвиндт, Миронов и Державин – это не только блистательное трио, но и пример идеальной дружбы, когда «трое в лодке, не считая собаки». После смерти Миронова дуэт Державина и Ширвиндта не распался.
«Если быть искренним до конца, нас ведь никто не любит, кроме народа», – размышлял Ширвиндт.
С Державиным они были знакомы с детства. «Мы начинали, когда нельзя было пить еще. А сейчас уже нельзя пить! Вот, практически жизнь так и прошла», – рассказывал сатирик. Своим студентам он всегда говорил: «Давайте играть «по-столичному». Держите уровень. Не важно, кто ваш персонаж – провинциальный пианист или мировая звезда».
«Он был человеком, который держал температуру, чуть-чуть повышая градус. В этом качестве он оказался необходимой и важной деталью в советском кинематографе тех лет», – отметил ректор ГИТИСа Григорий Заславский.
Худрук – это профессия, говорил он. Однако специальной методы нет. Кнут и пряник. А еще – каждой твари по паре, чтобы у актеров было ощущение конкуренции.
«Его любили в театре, потому что он умел не обижать людей. Худрук всегда обижает, когда дает новые роли, а вот он умел не обижать людей», – заявил театральный критик Григорий Заславский.
Последняя роль Ширвиндта – старый клоун, который доживает в Доме ветеранов сцены и не собирается вешать накладной нос на вешалку.
«Как бы не было трудно, тяжело, сложно, народ имеет право на вздох, на улыбку, иронию», – подчеркивал Ширвиндт.
В кино главных ролей у него почти не было, но без Ширвиндта кино представить невозможно. Что, если бы его персонаж Павлик не собрался лететь в Ленинград?
«Это как елка, шампанское. «Ирония судьбы» – это непременный атрибут новогоднего вечера», – рассказывал Александр Ширвиндт.
Последние годы народный артист Ширвиндт пробовал себя в новом жанре – как блогер. Точнее, папа блогера. Вместе с сыном Михаилом они готовили знаменитый омлет «по-ширвиндтовски». Помимо молока и яиц добавляли минералку – чтобы попышнее было.
Кажется, что он разбирался во всем. Преподает, играет, руководит театром, пишет. Что ни книга, то шедевр: «Былое, без дум», «Склероз, рассеянный по жизни», «Опережая некролог». Каждая – как энциклопедия мудростей. Вот только одна цитата: «Человеческая душа как самогонный аппарат – заливается туда всякая гадость, а выходит настоящий эликсир!».
А как-то в эфире телеканала «МИР» Ширвиндт увидел программу про себя. Попросил помощников найти номер кинокритика Александра Шпагина.
«Он мне позвонил и сказал: «Вы так хорошо обо мне говорили, напишите про меня некролог, потому что я собрался помирать». Это было год назад. Я говорю: «Александр Анатольевич, вы же вряд ли сможете проверить, выполнил ли я вашу просьбу». Он ответил со своей фирменной ироничной интонацией: «Ну, на честном слове!», – рассказал кинокритик Александр Шпагин.