В интервью BraveWords вокалист Dark Tranquillity и The Halo Effect Микаэль Станне рассказал о моменте, который изменил его жизнь, когда он решил, что музыка станет его карьерой: «Май 1989-го в Гетеборге. Место под названием Kåren. Выступали Kreator, и я был очень взволнован. Это было потрясно». Какой альбом... "Pleasure To Kill"? «Нет, "Extreme Aggression". Как раз когда он вышел». Грандиозная пластинка Epic Records. Это был важный момент для трэш-металла, когда крупный лейбл подписал контракт с Kreator. «Да, я пошёл на концерт, и это было самое крутое, что я когда-либо видел. Я стоял сзади. Мы только начинали музицировать, и я думал о том, чтобы купить гитару. Потом я увидел Тритце — оригинального второго гитариста. И я подумал: "Я хочу заниматься ЭТИМ". Когда ты (имитирует тремоло) и трясёшь головой всё шоу, не заботясь ни о чём. "Ага. Это то, что я хочу делать". А через два месяца мы создали группу. Было волшебно увидеть Kreator, особенно в нашем родном городе, на площадке, которую
В интервью BraveWords вокалист Dark Tranquillity и The Halo Effect Микаэль Станне рассказал о моменте, который изменил его жизнь, когда он решил, что музыка станет его карьерой:
«Май 1989-го в Гетеборге. Место под названием Kåren. Выступали Kreator, и я был очень взволнован. Это было потрясно».
Какой альбом... "Pleasure To Kill"?
«Нет, "Extreme Aggression". Как раз когда он вышел».
Грандиозная пластинка Epic Records. Это был важный момент для трэш-металла, когда крупный лейбл подписал контракт с Kreator.
«Да, я пошёл на концерт, и это было самое крутое, что я когда-либо видел. Я стоял сзади. Мы только начинали музицировать, и я думал о том, чтобы купить гитару. Потом я увидел Тритце — оригинального второго гитариста. И я подумал: "Я хочу заниматься ЭТИМ". Когда ты (имитирует тремоло) и трясёшь головой всё шоу, не заботясь ни о чём. "Ага. Это то, что я хочу делать". А через два месяца мы создали группу. Было волшебно увидеть Kreator, особенно в нашем родном городе, на площадке, которую мы знали. Потому что все группы играли в Стокгольме, Копенгагене или где-то ещё — где-то близко, но не в Гётеборге. Поэтому, когда у нас устраивали крутые экстремальные металл-шоу, это было просто умопомрачительно. И то шоу стало для меня началом. В 19 лет или около того я пошёл в художественный класс и создал макет, использовав материалы из "Extreme Aggression", потому что это довольно стильный альбом. Я сделал всё это и получил какую-то награду в классе. В моей средней школе, в кафетерии или где-то ещё, в обеденном зале, на стене годами висело то, что я сделал по мотивам "Extreme Aggression". Так что я очень горжусь этим моментом».
А Милле об этом знает?
«Нет».
Вы с ними встречались?
«Да, да, мы гастролировали вместе. Я рассказывал Милле много постыдных вещей. Однажды я позвонил ему, когда мне было 14 лет».
Вы позвонили ему?
«Да. Когда он жил с родителями. Я хотел узнать текст песни "Flag Of Hate", потому что мы хотели сделать кавер, когда только начинали. Я позвонил ему, чтобы спросить о тексте, а он сказал: "Я не помню". А потом повесил трубку».