Для первой в этом году оперной премьеры Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко выбрал оперу Родиона Щедрина «Не только любовь». Написанная в самом начале 60-х, она сразу же была поставлена, — в 1961 году буквально одна за другой, с разницей в месяц, премьеры вышли в Новосибирском театре оперы и балета и в Большом. Для зрителей первых спектаклей это была очень близкая, понятная история, в которой заботы колхозников о посевной были не фоном, а вполне соразмерными параллельно развивающимся любовным историям. А решение председателя колхоза Варвары Васильевны отказаться от вдруг нахлынувших чувств и не вставать поперёк любви вернувшегося в родные края Володи Гаврилова с его невестой Наташей, казалось единственно возможным в мире, где правили партком и моральные принципы строителя коммунизма. В опере Щедрина о руководящей роли партии нет ни слова, и с самого первого и никак не прекращающегося дождя силы природы здесь явно сильнее любых уставов и принципов, сильнее — до тех пор, пока сама Варвара не наступает на горло собственной песне — конечно, в фигуральном смысле. Можно сказать, дитя Оттепели, поскольку у Щедрина тут царит вольных дух русской частушки — и в музыкальном строе, и в игривом слове; они как бы вторят дождю и ветру, поскольку частушки, как дождь и ветер на земле появились раньше колхозов.
В общем, должно было пройти 60 лет, чтобы историческая дистанция позволила воспринимать героев без колхозных скидок. Декорации меняются, а чувства по-прежнему волнуют и героев на сцене, и публику в зале.
Хотя надо отдать должное режиссёру Евгению Писареву (а по-моему, он поставил один из лучших спектаклей последних лет, и в музыкальном, и в драматическом театре), — вопреки всем старо- и новомодным тенденциям, персонажей Щедрина и Василия Катаняна, написавшего либретто, он не пытается переселить в наше время, куда-нибудь вперёд или наоборот назад, и это идет на пользу спектаклю. Если бы не одна или две ненужные вольности — вначале один из трактористов зачем-то отбегает справить нужду под опорой электропередачи, в другом случае, пока хор переживает из-за мешающего начать посевную дождя, наверное, чтобы публика не заскучала от хорового пения, в правой части сцены появляется женский танцевальный квинтет, — вероятно, как привет от балетной части труппы. Во всём остальном и декорации Максима Обрезкова, и костюмы Марии Даниловой, и хореография Сергея Землянского вопросов не вызывают. Даже финал фильма «Кубанские казаки», который режиссёр запускает, когда по сюжету разворачивается сцена в колхозном клубе, представляется оправданным и уместным.
Вроде бы весёлый, легкий жанр частушки в опере «Не только любовь» становится и отражением, и выражением сильных чувств, до поры неконтролируемых страстей, которые владеют и Варварой, и Наташей, и Володей, — ещё, кажется, минута-другая, шаг в сторону и трудовой топор станет орудием убийства, а сюжет рванет в сторону «Леди Макбет Мценского уезда»…
В моём спектакле Варвару пела Лариса Андреева, которую в предыдущей премьере, «Царской невесте», критики отметили в партии Любаши. В опере Родиона Щедрина она сумела сыграть и драматизм, и пропеть свою партию, не оставив ничего неясного или невнятного в характере и в словах своей героини. Одно, наверное, но, хотя тут никто из участников нынешней постановки не виноват. Судьба оперы «Не только любовь», её известность связаны всё-таки не с премьерой в Новосибирске или в Большом, а со спектаклем Камерного театра Бориса Покровского, которым он и открылся через 10 лет после первого исполнения оперы. В интернете нетрудно найти запись арии Варвары в исполнении Тамары Ильиничны Синявской. И вот этого всего — и глубины понимания, драматизма характера, ну и конечно вокальной неповторимости сегодняшним исполнителям недостаёт.
Впрочем, оркестр под управлением Феликса Коробова сумел передать и драматизм, и красоту частушечного распева, широту русского характера, чем очевидно был увлечён в пору написания оперы Родион Щедрин.