Лев Васильевич Успенский
Я родился в Петербурге, на Бассейной улице (Некрасова - прим. Библиотека семьи Рерихов), в зимнюю вьюжную ночь 27 января девятисотого года, считая по юлианскому календарю. А за три дня до этого, существенного лишь для семьи межевого инженера В. В. Успенского, события тихий профессор физики Александр Степанович Попов в шхерах возле тогдашнего Бьерке (потом оно стало Койвисто, потом - Приморском) впервые в мире связался по беспроволочному телеграфу с сидящим на камнях в заливе броненосцем "Генерал-адмирал Апраксин". Передал на судно и принял с судна вести.
Теперь же, лет через шестьдесят с небольшим, я сижу в покойном кресле,и экран моего телевизора - правнук поповского "грозоотметчика" - мерцает,
и я вижу на этом экране, как открывается лючок в космическом корабле и из
него в бесконечность мира выкарабкивается человек в скафандре и мчится
вокруг Земли с непредставимой скоростью, и там, за его плечами, за его
головой, намечается - точь-в-точь такое, как на глобусе, -- восточное
побережье Черного моря и степи Кубани, и завитые спиралями циклонов облака над моей Землей, и что-то еще никогда не виданное и потому почти неразличимое на неопытный глаз...
И я вижу совсем близко от себя камни, валяющиеся на поверхности Лупы. И
я слышу "Интернационал", передаваемый не из Москвы, а оттуда, с лунного
лика, где столько тысячелетий человеческий взор различал то рыбака с
неводом, то дровосека с вязанкой, то Каина с Авелем на плече...
День в день через три года после моего появления на свет японские крейсера блокировали "Варяга" и "Корейца" в Чемульпо. Через четыре года и
неполных одиннадцать месяцев поп Георгий Гапон привел тысячи безоружных людей под дула винтовок под окна Зимнего дворца... Четырнадцать с половиной лет спустя грянул в Сараеве выстрел гимназиста Принципа, открывший первую мировую войну. Еще два с половиной года -- и кончилась царская Россия. Еще восемь коротких месяцев - и залпом "Авроры" означился рубеж новой эры... А 1924 год и кончина Ленина? А годы пятилеток? А величайшая трагедия и великое торжество нашей Отечественной войны, с блокадой Ленинграда, с подвигом Сталинграда, с Советской Армией в Берлине! А первый спутник в просторах космоса на моем пятьдесят седьмом году... А тот день, когда все мы, и я, шестидесятилетний (шестидесятиоднолетний, но так не говорят), увидели на экранах телевизоров "гражданина Советского Союза Юрия Алексеевича Гагарина", идущего по красному ковру славы и почестей, превосходящих славу Христофора Колумба и Фернандо Магеллана и честь, оказанную им?
И все это я видел своими глазами... Так ведь, пожалуй, - надо писать!